Валерий Иващенко - Дети Хаоса

— Боюсь, Аэлирне догадается об этом нескоро.

Ровер, шипя сквозь зубы, вытащил ало мерцающий черный наконечник стрелы, которую своей рукой вонзил себе в бедро. Тут же шагнул к донье Эстрелле и, взглядом еще раз попросив прощения, с размаху воткнул в ее белоснежное плечо. Императрица дернулась и побледнела. Чуть покачнувшись, судорожно втянула воздух непослушной грудью.

— Как жжет… — прошептала она враз побелевшими красивыми губами.

— Потерпи чуть. Еще немного. — рыцарь отвернулся, и Император с удивлением увидел в глазах сурового некроманта боль и слезы. — Ну, не сопротивляйся… я дам тебе как можно больше. Да! Да…

Глаза его закатились, он побелел, вздрогнул и упал, выпустив стрелу из мелового цвета пальцев. Леди Бру, которая, закусив от страдания губы, стояла рядом, подхватила оседающую Императрицу и увлекла ее на тахту.

— Все-все, лапочка, — заворковала она, хлопоча над раненой. — Сейчас поддержим твой ритм ауры… вот так, а теперь вынимаем эту гадость. Вот и все, теперь закроем…

Рыцарь пошевелился и с трудом открыл глаза на лице, в котором, казалось, не осталось ни капли крови. Незрячим взглядом посмотрел куда-то мимо наклонившейся над ним Айне и еле слышно прошептал.

— Темно… почему темно? Где я?

Айне белкой скакнула к камину и зачерпнула полный стакан пламени.

— Пей. Еще. Ну, еще глоточек!

— Нет! Не уходи! — вдруг закричала она, роняя слезы. — Подлец! Как ты можешь оставить нас…

Она отвесила пощечину, и вновь приласкала безвольно качнувшуюся голову. Крикнула, задрав голову. — Мама!

— Мама!!! — вселенная в ужасе поежилась, когда по ней пронесся этот зов отчаяния и надежды. Звезды подпрыгнули от изумления, и в страхе сбились в тесные кучки, образуя новые созвездия. Хронос вынырнул из своих раздумий, приподнял голову, недоуменно озираясь, и оттолкнул испуганно жавшуюся к нему Ursa Minor.

С треском, отбросив кресло, открылся портал. Из него вышла Аэлирне с детской рубашкой в пальцах. Волшебница сразу сориентировалась в ситуации и шагнула вперед.

— Негодяй, даже умереть не можешь по человечески… — она присела и, присев на корточки, склонилась над рыцарем, безвольно лежащим на ковре. Погладила его щеку.

— Ты что, удумал бросить меня? Даже и не думай, подлец! — и, с чисто женской непоследовательностью, нежно и легко поцеловала его в бледные губы. Что-то сдвинулось в окружающем мире. Миг-другой всматривалась, улыбнулась чему-то одними усталыми глазами, и встала.

— Теперь не умрет. Хоть и мерзавец, но такой подлости он нам не сделает.

Подчеркнуто равнодушно отвернувшись, подошла к тахте.

Император, держа за руку свою супругу, со все нарастающим удивлением наблюдал, как рана на ее столько раз целованном плече закрылась и исчезла, не оставив ни шрама, ни даже капелек крови.

Леди Бру повела рукой последний раз и озадаченно проговорила. — Либо я идиотка, либо стала гениальной целительницей…

— Может, то, о чем говорил Ровер, пробуждается? — Император Ян ласково смотрел в лицо любимой. Та уже пришла в себя и осторожно улыбнулась. — Поет…

— От слабости в ушах звенит? — озабоченно нахмурилась целительница.

Однако Императрица вскочила на ноги, неожиданно рассмеялась серебряным колокольчиком и закружилась в полете, потянув за собой и супруга.

— Нет. Поет Сила. Я почему-то сразу овладела ей. Как здорово!

Айне не помнила, как скрипка оказалась в ее руках и мир запел под ее пальцами. Она играла, и бесконечный оркестр мирозданья вторил ей, следуя за переливами мелодии. Тысячи и тысячи невидимых и неосязаемых инструментов поддерживали и сопровождали безбрежно текущую музыку. А в середине танцевали двое — красивый, сильный Воин и прекрасная Богиня. Кружась и порхая друг вокруг друга, они оставляли на ткани Вселенной морозный узор, прихотливо извивающийся и оставляющий после себя звезды, реальности и галактики.

Когда откуда-то сбоку вынырнула Аэлирне, она сначала удивилась, мягко говоря. Затем немного нахмурилась. А когда Айне в бешеном темпе привела за собой вселенский оркестр к бурному и сладостному финалу, она с нескрываемым удовольствием чуть слышно похлопала в ладоши.

— Акт Творения! Добро пожаловать в семью богов, друзья…

И, то ли от волнения, то ли от радости, села прямо на пролетающую мимо комету с длинным, надменно вытянутым хвостом.

Переполох был еще тот.

Император сидел рядом с еще слабым рыцарем и слушал.

— Эстрелла как-то сразу разобралась, что делать, и выпила мою силу с такой живостью, что я чуть не высох. Совсем. Она всегда была умницей. А теперь — разбегайтесь, враги! Да и вы с Айне тоже подключились как-то очень кстати.

Собеседник придержал его за плечи.

— Сиди. Значит, богами не только рождаются, но и становятся?

Ровер слабо улыбнулся, поглядывая в сад через распахнутое настежь окно.

— Помнишь, я предлагал вам божественность? Так я не соврал. Стать не просто сверхсильными магами. Правда, я не говорил, что путь будет легким…

— А остальные? — Император чуть не приплясывал от пронизывающего его ощущения силы и радости.

— Некоторые почти готовы. — он посмотрел на оживленно болтающих Аэлирне и леди Бру, рядом с которыми нежно и прозрачно сияла донья Эстрелла. — Твои дочери уже попробовали одной ногой ступить за грань, отделяющую человека от бога. Пока побаиваются. Но, похоже, у каждого свой путь.

— А ты?

Рыцарь пожал плечами.

— Не претендую. Я — поставщик богов. Или воспитатель. Как угодно, и меня это пока устраивает.

Император задумался, и сотворил себе коктейль из томатного сока со сметаной.

— М-да. Я посмотрел, что мы натворили всего лишь втроем. Если Хронос иди кто другой наткнется на это место, то будет немало удивлен.

— Это точно. — вздохнул Ровер. — Однако пора. Тащите сюда Элеанор.

Он взглядом притянул к себе список с отодвинутого в угол столика. Напротив «Донья Эстрелла» поставил галочку. Подумал, и напротив трех имен поставил зелено светящийся знак «плюс». Император проследил взглядом за его действиями и улыбнулся.

— А совсем не умрешь?

— Нельзя. Да и вы поддержите, в случае чего. — поморщился собеседник. — Теперь ты понял, зачем я рекомендовал тебе обратить внимание на баронессу Кейрос? Вы с ней почти равны. Ты чуть сильнее, а она мудрее. И — вы подходите друг к другу, как ключик к замочку. А у меня, как ты знаешь, женщины — это слабое место.

— Ну смотри. — предупредил Император. — Сейчас вызову.

— Скажи — пусть тот кинжал прихватит.

С Королевой Эльфов прошло легче. Айне и Император чуть поддержали покачнувшуюся жизнь Ровера. А донья Эстрелла ласково, но неумолимо сдержала бьющуюся от нестерпимой боли Элеанор. Наконец, пальцы рыцаря соскользнули с рукояти кинжала. Эльфийка, морщась и не открывая глаз, сама вытащила лезвие из плеча. Рана исчезла сама собой, а вокруг прекрасной фигуры новой богини медленно и ласково закружились зеленые искорки смеха и радости. Она запрокинула голову назад, и вздрогнула, разведя руки в стороны, всем телом, когда Вселенная вошла в нее.