Виктор Исьемини - За горизонтом

Хиг, младший ученик чародея, отпер замок, привычно отложил его в сторону и толкнул дверь. Дверь неприятно скрипнула — как и полагалось… Хиг тяжело вздохнул — все здесь такое… неухоженное. Двери должны скрипеть, по коридорам должен гулять сквозняк, в стенах — зиять дыры… Таковы условия жизни здесь — в Благословенной Тени, во всяком случае — так учат чародеи.

Хиг еще раз тяжело вздохнул, повернул рычажок на лампе, чтобы горела поярче, и шагнул через порог. Проникнув в хранилище, младший ученик чародея непроизвольно поежился, внутри было холодно. Попеременно поджимая мерзнущие босые ноги, ученик огляделся, подняв лампу выше. Все, как будто, было в порядке, все зомби на месте, ни один не сдвинулся… Хиг не глядя протянул руку и повесил лампу на крюк. Движения его были машинальными — эти действия мальчик уже проделывал десятки раз… Подул в озябшие ладони, еще раз переступил замерзшими ногами и принялся нараспев читать заклинания. Старательно, без спешки, без легкомысленной торопливости — как его учили. Мальчик знал, что нерадивость будет наказана. Достигнув нужной степени концентрации, Хиг двинулся вдоль ряда замерших у стены зомби, простирая руки ко всем по очереди, чтобы каждому досталась порция живительной для неупокоенного маны, порция магии, поддерживающей в них то, что уже нельзя назвать жизнью. Хиг сейчас не боялся, как прежде — мертвецы в своеобразном ступоре, они не опасны, но все же он подозрительно приглядывался к каждому… Кто ж их разберет, истуканов — а вдруг какой-нибудь из них сонно пошевелит рукой или свалится со своего крюка? По мере удаления от лампы становилось темнее, Хиг пошел медленнее.

У очередного зомби он задержался — почему-то ему показалось, что наложенных им чар недостаточно, этот покойник как будто требовал куда больше маны, чем прочие. На всякий случай Хиг повторил сеанс. Вдруг мальчику почудилось, что у ног ненасытного зомби, на полу что-то шевельнулось, младший ученик остановился и осторожно присел, бросая настороженные взгляды по сторонам. Показалось? Но тут вдруг крошечная фигурка метнулась вдоль стены и юркнула в щель. Хиг еще настороженнее огляделся и тихонько двинулся к трещине в стене, куда скрылось загадочное существо. Внезапно он услышал шорох, тихие хлопки и почувствовал удар в затылок. Не слишком сильный удар, но все же. Резко обернувшись, Хиг успел увидеть, как что-то маленькое, красное, судорожно взмахивая крылышками, устремилось вверх — во тьму… Неужели здесь завелись грызуны или такие большущие насекомые? Странно, в хранилище вроде бы слишком холодно… Маленькие твари, кто бы они ни были, могут испортить зомби… Наверное нужно доложить колдуну-наставнику — но тогда не избежать наказания за то, что не поймал… Нет уж, — подумал Хиг, — ничего я не видел!

Мальчик вновь почувствовал, как мерзнут босые ступни и двинулся дальше вдоль ряда зомби, монотонно бормоча заклинания — благо уже оставалось пройти немного…

Ну вот и все. Хиг облегченно вздохнул и зашагал к выходу из помещения. Если бы не такие неприятные задания — жизнь под сенью Благословенной Тени была бы совсем даже неплохой, — подумал мальчик, оглядывая напоследок вереницу неупокоенных вдоль стены… Особенно если вспомнить прежнюю жизнь — до того, как посланец Мрака не выкупил его у сеньора, грозного рыцаря ок-Лайверса. Да, здесь совсем неплохо — кормят, одевают, учат… Если бы еще не это ощущение потерянности, оторванности от Мира да неприятные задания вроде нынешнего — было бы совсем хорошо… Да, он променял постоянные тычки и насмешки над его способностями, постоянное недоедание и обиды — на сытость и устроенность, на уважительное отношение к магическому дару… Достаточная ли это плата за отказ от солнца и собственного имени, которое его заставили забыть? Впрочем, его согласия как раз никто не спрашивал… Хиг снова вздохнул и направился к двери…

В коридоре раздались тяжелые шаги многих людей. Хиг осторожно высунул нос за дверь — приближалась целая процессия — магики, несколько зомби… Первыми протопали неупокоенные солдаты, они, естественно не обратили на любопытного Хига внимания, затем несколько живых волокли что-то, какой-то длинный сверток. Один из них, заметив мальчика, грозно рыкнул на него и, высвободив одну руку, отпихнул Хига от двери. Торопливо отскакивая, младший ученик чародея успел разглядеть мельком их ношу, запеленутую в черный плащ зомби, из которого торчала черноволосая голова девушки. Глаза ее были закрыты, голова безвольно покачивалась в такт шагам магиков… «Красивая», — подумал Хиг…

Красивые девушки, наряду с солнцем, входили в список того, о чем Хиг сожалел здесь, под Благословенной Тенью Могнака…

Принц Велитиан проснулся и мгновенно все горести Мира напомнили ему о себе головной болью и тошнотой… Принц с трудом разлепил веки и огляделся — он сидел в кресле в своих собственных покоях в Валлхале… все тело затекло и ныло.

Перед ним был стол, заставленный кубками, посредине возвышался бочонок… Повсюду валялись сраженные хмелем паладины нового императора, некоторые уже начали приходить в себя, один — Микорс — даже встал и уже возил руками по столу, что-то отыскивая. Самый юный из участников вчерашнего застолья — четырнадцатилетний мальчишка Ролйон из Моганесы умудрился заснуть на полу у ног Велитиана. Принц пнул его:

— Эй, Роль! Вставай! Дай вина своему императору, подлец!

Мальчишка только сонно зачмокал и перевернувшись откатился подальше от кресла. Микорс, услышав зов владыки, окунул какой-то кубок в бочку, стоящую на столе. Зачерпнув (нырять рукой пришлось довольно-таки глубоко), он осторожно понес сосуд Велитиану, опираясь одной рукой о край стола. Добрел, протянул кубок.

Велитиан жадно приник к вину, чавкая и расплескивая влагу через край… Выпил, вытер рот рукавом и заявил:

— Микорс, ты по-настоящему верный вассал и добрый товарищ. За верность жалую тебя… графством! Да! Я сделаю тебя графом!

Микорс, слегка поклонился и ухмыльнулся половиной лица — другая половина была покрыта ссадинами и заплыла. Последствия вчерашнего падения с коня…

Велитиан с трудом поднялся и подошел к висящему на стене зеркалу эльфийской работы. Эльфы, подлецы, умудрились всунуть в зеркало отражение какого-то жуткого типа — опухшего, с всклокоченными волосами и идиотским выражением перекошенного заспанного лица… Войну им, что ли, объявить за это? Чтобы не смели изготовлять зеркала, отражающие императора Великой империи в таком похабном виде…

— Хорошее начало правления, — проворчал Велитиан, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Да, ваше императорское величество, — живо отозвался Микорс, который, оказывается, стоял за спиной, — и осмелюсь заметить, что…