Виктор Исьемини - За горизонтом

Мало-помалу солдаты начали расходиться на две кучки — немногим меньше половины перешли по приглашению Никлиса к нему, а остальные — столпились за спиной Ромперта, который хмурился и дергал себя за усы. Можно было предположить, что капитан недоволен тем, что на него возлагается такая ответственность. С Ромпертом остались его люди, кое-кто из отряда Воробья и почти все гевцы из Акенра — при таких исключительных обстоятельствах верность сеньору как-то сама собой отошла на задний план… Ко всеобщему удивлению сам граф Гезнур присоединился к демону. С ним его безымянный палач. Колдун Лопсиль затесался в толпу за спиной Ромперта и старался не высовываться… Ингви хмуро буркнул:

— Что, добрый сэр граф, вы все же со мной?

— Да, ваше величество, — бодрым тоном отозвался тот, — вы знаете, с какой целью я забрался в эти гиблые места. Мне пришла новая мысль — вместо того, что я ищу в Могнаке, вполне сгодится и Альдийский демон — меня впечатляет ваша уверенность. Если я смогу уговорить ваше величество… помочь мне в Геве — этого может оказаться довольно для меня.

— Уговорить? Это будет непросто. Я помогаю тем, кто мне нравится.

— Я знаю. И постараюсь понравиться вашему величеству.

— Ладно, пусть так. После разберемся… Но главный отныне — я!

— Разумеется.

— Разумеется? Вы, сэр, уже начинаете мне нравиться. Тогда я приказываю — мы выступаем немедленно. Я верну Ннаонну до того, как эти некроманты что-то с ней сотворят… Ромперт, вы остаетесь или тоже уходите с этого места? Да не тряситесь, я вас не трону…

— Мы будем ждать утра… — тихо пробурчал капитан.

— Отлично. Тогда пошлите кого-нибудь из ваших, пусть сменят часовых. Может, дозорные тоже захотят…

— Мы не выставляли дозорных, — тихо подсказал демону Никлис, — все, кто выжил — здесь. Кроме Мертвеца.

— А где сержант?

— Вроде бы он преследовал отступающих врагов… Верно говорю?

— Верно, — отозвался один из солдат Ингви, — он бросился за ними, когда… Ну, помните, барабаны сменили ритм… И эти стали уходить в темноту… И Мертвец за ними тоже. Мертвец — он дрался лучше всех, он не боялся этих… И бросился за ними…

— Странно… — заметил Ингви, — похоже, что в этом что-то есть… Мертвец… И мертвые солдаты… Ладно, может потом все разъяснится… А почему не послали часовых?

— А никто это… Не осмелился выйти за круг костров… После того, как слышь-ка…

— Понятно. А теперь осмелитесь, а?

— С тобой-то, твое демонское величество? С тобой осмелимся.

— Тогда собирайтесь. Эй, Ромперт!.. И другие трусы… Прощайте! И оставляю на вас наших убитых товарищей, похороните их… Пожалуйста…

Сборы не заняли много времени — вскоре Ингви и примкнувшие к нему солдаты (всего двадцать шесть бойцов) выступили за пределы освещенного кострами круга…

Они шли колонной по двое, не высылая дозоров, не останавливаясь. Многие несли факелы. Впереди шел король-демон, сжимая светящуюся рукоять меча. Солдаты были уверены — если во мраке притаилась какая-то опасность, демон почует ее. Одно лишь его присутствие вернуло им уверенность, утраченную в ночной схватке… В конце концов, им ведь так хотелось верить во что-то, надеяться, что объявится кто-то могущественный, непобедимый — и спасет их, выведет из этих гиблых мест. А король-демон — это уже было немало… Это была надежда.

Остающиеся с тоской глядели, как исчезает, скрывается за гребнем холма цепочка огоньков факелов, которые несли их товарищи, оказавшиеся смелее их… У них не хватило духу выступить навстречу опасности, но и спасаясь от нее бегством — много ли было шансов уцелеть?

Остающимися владели недобрые предчувствия…

Адорик удовлетворенно взирал, как огромное войско разворачивается на северном берегу Золотой. Переправа прошла успешно — и теперь Фенада лежала перед ним, словно девка, за которую уже заплачено…

Папаша это здорово придумал… Гюголан — хитрец и прощелыга, Адорику не по душе такие люди, но в этот раз папаша здорово придумал. Столкнуть между собой гномов и Гратидиана — а самому ввести войска в беззащитную Фенаду — отличный план. Сейчас, должно быть, фенадское войско спешно собирается у северных рубежей, чтобы дать отпор ордам закованных в сталь карликов… А может быть, фенадские рыцари уже лежат, все до единого вырубленные гномьими секирами, в каком-нибудь ущелье? Или же наоборот — они победили, отбросили гномов обратно в горы и теперь празднуют победу? А пусть даже и так — обескровленное изнуренное войско Фенады (ибо победа над гномами не бывает легкой) не сможет дать отпор лучшим рыцарям и солдатам Гевы… Папаша здорово придумал…

И еще — наконец он, старый король Гюголан, оценил доблесть своего второго сына! Второго — зато рожденного в браке. До сих пор вредный старикашка привечал своего старшенького, Гезнура Акенрского. И то сказать — они с папашей одного поля ягоды, хитрецы и прощелыги. И Гюголан всегда выделял старшенького — и всегда под благовидными предлогами: «…Я потому отправляю в Ванетинию Гезнура, а не тебя, чтобы у императора не возникло соблазна схватить моего законного наследника… Гезнур — никто, а ты принц Гевы… Я поручаю это посольство Гезнуру, ибо оно недостаточно благородно для тебя… Я отправляю в поход Гезнура, ибо это незаконное предприятие — а ты все же законный наследник…» Гангмар возьми этого старикашку — он нарочно всюду демонстрировал старшего, чтобы Мир привык к тому, что Геву представляет именно Гезнур!

Но в этот раз старикашка поручил командовать армией именно ему, Адорику. Наконец-то! Глядя на развевающиеся знамена, на наемников, проходящих мимо него отряд за отрядом, на сверкающих латами всадников, Адорик подумал — нет, хитрец Гюголан. Нет, старый лицемер и обманщик — в этот раз ты перехитрил сам себя. Одержав победу в Фенаде, захватив жирный кусок для Гевы, он, Адорик, сможет потом повести рыцарей прямо в столицу — и занять трон, не дожидаясь, пока дряхлый прощелыга откинет копыта!.. Если Адорик вернется победителем во главе войска — никто не осмелится встать у него на пути! И братья — родные (а не сводные) братья, участвующие вместе с ним в походе на Фенаду — поддержат его.

От этих честолюбивых планов принца отвлекло появление гонца. Латник подскакал к холму, на котором расположился Адорик, спрыгнул с коня и затопал вверх по склону. Не дойдя нескольких шагов до копыт коня Адорика, воин неловко опустился на колено, придерживая ножны и прохрипел:

— Докладывает сэр Онтвойс. Он обнаружил фенадскую армию. Они идут сюда, их много…

— Что значит много? Четыреста, пятьсот человек? Больше?