Ольга Аматова - Осенний листопад

— Да нет, — пожала плечами. — Просто интересуюсь.

Катерина с трудом пришла в себя. Даже с закрытыми глазами все кружилось, в желудке было плохо, ее тошнило. Когда накатила особо противная волна, Рина не выдержала и застонала.

— Эй, Рагуил, она очнулась вроде.

— Пропусти!

— Да пожалуйста.

Горячая мужская ладонь легла на лоб, и Катерина протестующее мотнула головой.

— Принеси полотенце и холодную воду.

— Эй, братец, я к тебе не нанимался.

Раздался короткий рык.

— Не пугай, пуганый я.

Голоса мешали Катерине вернуться в забытье, а с каждой секундой, казалось, становилось все хуже, да еще эта горячая тяжесть на лбу… Рина застонала.

— Черт! Орест, прошу, принеси мне проклятую воду и полотенце!

— Ладно, — мужчина вздохнул. — Сейчас.

— Потерпи маленькая, — ласково произнес второй над самым ее ухом. — Скоро будет лучше.

— Убери руку, — прохрипела Катерина.

— Что?

— Руку… убери! — выдавила она из последних сил, но тут лба наконец коснулся прохладный воздух, и хищница удовлетворенно выдохнула.

— Извини, я не хотел, — растерянно сказал голос. Рина вдруг вспомнила, кому он принадлежит. Рагуил… ну конечно, оборотень, схвативший ее. Тот, в чьих воспоминаниях она застряла. Так вот почему ей так плохо… Он, видно, вырвал ее силой из мира собственных воспоминаний. Что ж, с одной стороны и хорошо, Катерина подозревала, что самостоятельно не выкарабкалась бы. Столь глубокое погружение было у нее в первый раз. Уж если она видела себя женой Рагуила, то от потери личности ее отделяли считанные шаги.

Быть благодарной оборотню? Не дождется! Да он же во всем и виноват!

— Вот тебе вода и полотенце.

В нос ударил запах шерсти. Катерина скривилась.

— Смотри-ка, Рагуил, не нравлюсь я ей, — с веселый удивлением заметил Орест.

— А мне вообще оборотни не нравятся, — просветила хищница слабым голосом.

— Молчи! — велел ей Рагуил. — Не трать силы напрасно.

— А не пойти бы тебе, — начала Рина, но тут организм решил, что хватит бодрствовать, и она отключилась.

— Отступаем, — скомандовала Джул, помогая Нес оттащить Дину за угол дома. Жека уже лежала там.

— Она подозрительно бледная, — скептически заметила Нес, поглядывая на Евгению.

— Эй, девочке пробило легкое, не думаю, что она должна выглядеть хорошо.

— А мне от этого ни холодно ни жарко, — скривилась Агнесса. — Что нам теперь с ними делать?

— Давайте тут бросим, — возбужденно предложила Марго, опускаясь рядом с хищницами. Появившаяся вслед за ней Ксю упала на землю, мелко дыша, ее губы подрагивали, а с лица ушли все краски.

— Как ты? — спросила Джул.

— Хреново, — слабо улыбнулась Ксения.

Несколько стрел чиркнули по стене, Ксю перекатилась подальше.

— С каких это пор оборотни стали стрелками? — пробормотала она.

— Они просто сообразили, что пока добегут до нас, мы с ними уже расправимся, — беззаботно ответила Марго, раздеваясь. — Мохнатики ведь давят силой, а к нам им и не подступиться.

— Слушай, Марго, не хочу тебя обижать, но ты уверена, что сможешь поднять эти тушки? — скептически спросила Ксю, прислоняясь к стене.

— Уж дотащу, не сомневайся, — успокоила ее хищница. — Лучше подумай, как сама будешь добираться.

— Под белы рученьки схватили… — сказала Джул себе под нос. — Агнесса, есть идеи?

— Не называй меня так, — рявкнула Нес.

— Да-да, не буду. Так что?

— Ближайшее укрытие — Ленкина тюрьма. Туда и пойдем.

— Логично, — произнесла Ксю, поднимаясь с помощью Джульетты. — Там узкий вход, легче будет защитить. Да и Ленку попросим, должна помочь. Кажется, оборотни утащили их хищницу.

— Катерину, — добавила Джул.

— Вот-вот. Так что у нее есть причина недолюбливать мохнатиков.

— Но она же помогла тому волчонку сбежать, — возразила Марго, запихивая вещи в наплечную сумку.

— Возможно, она была права. Не стоит ловить детей.

— Эй-эй, Джул, даже не думай, — испуганно проговорила Ксю. — Если ты начнешь сомневаться, то мы уж тем более.

— Хочешь сказать, в прежних убийствах виновата я? — хищница пытливо уставилась на коллегу.

— Нет. Но если бы не твоя уверенность, мы бы не смогли это сделать.

— Спасибо, утешила.

— Заканчивайте разговоры, — прикрикнула Марго. — Они сами ко мне на спину не залезут.

— Я помогу.

Хищница кивнула и, опустившись на колени, широко раскрытыми глазами посмотрела на небо. Нес показалось, что она видела отражение луны в глазах Маргариты, но тень мелькнула и пропала, а Марго уже изменилась. Нес с некоторым трудом взвалила Дину на спину молодой волчице с черно-серебристой, разводами, шерстью, усадив хищницу в позу наездницы, и скептически посмотрела в глаза зверю.

— И куда ты предлагаешь запихнуть Жеку?

— Не нужно, — отстраненно заметила Джул. — Нам пора.

— Хочешь бросить ее? — удивилась Нес. — Нет, ну, меня она тоже временами подбешивает, но не до такой же степени!

Вдруг тело блондинки охватило пламя, и в считанные секунды девушка сгорела.

— Упс.

— Теперь мы можем идти? — нетерпеливо поинтересовалась Ксю, более-менее крепко встав на ноги.

— Тут есть потайной ход, — вскинула голову Нес и, подойдя к старой деревянной двери, открыла ее с ноги. — Это здесь. Слушайте, а пепел разве не надо собирать?

— Нет, — покачала головой Джул.

— Да пошли же!

Первой в темную дыру вошла Нес, показывая дорогу, сразу за ней прыгнула Марго с Диной на спине, затем Джул, придерживая Ксю. Последняя закрыла дверь и, подержав руку на ней, с довольным видом поковыляла за остальными.

Теперь дверь вызывала безотчетный ужас у всех, кто смотрел на нее.

Он сидел и смотрел на меня, я отвечала ему тем же. У Аполлона, как и у его знаменитого прообраза в Греции, были золотистые волосы до плеч, большие кристально-чистые голубые глаза и влажные красные губы. В первую минуту я подумала даже, что он пользуется блеском, однако потом решила отказаться от этой идеи. Не знаю почему. Наверное потому, что это выглядело очень естественно, хотя, с другой стороны, почему бы ему не оказаться мастером макияжа?

— Кто мог напасть на тебя?

— О чем ты? — не сразу сообразил мужчина.

— Ну, почему ты был в таком состоянии тогда? Я подумала, на тебя напали.

Аполлон после недолгой паузы ответил:

— Не помню.

— Как не помнишь? — я обалдела.

— Вот так. Я не помню, как оказался в том сарае, да еще полностью истощенный.

— И ты даже не… взволнован по этому поводу?