Ольга Аматова - Осенний листопад

— Скажи, а почему моя сила не работает здесь?

Я боялась услышать ответ. Что, если дар покинул меня навсегда?! Я не готова остаться без него!

— Это из-за двери, — богиня махнула рукой на железную дверь, такую, как обычно встречаются в тюрьмах — не решетчатую, а из длинных круглых желобов.

— А что с ней не так? — не поняла я.

— В железо вплавлен рилит — редкий металл, отнимающий силу даже у богов. Из-за низкой процентной доли, я не ощущаю его, но вот тебя он заблокировал.

— И где можно найти этот рилит?

— Сейчас — нигде, — она пожала плечами. — Много лет назад была выкована клеть — самое мощное средство лишить бога силы. Однако еще до войны она была утеряна, так что, возможно, это и вовсе миф. А вот факт — на Земле в свое время существовало два килограмма рилита. Теперь его нет.

— Понятно, — кивнула я. — Можно еще вопрос?

— Конечно.

— Я хотела спросить о татуировке у себя на спине.

Глава 13

Черт бы побрал проклятое собрание Лордов!

Константин резко кивнул Алексу и Алику — братьям-близнецам, прибывшим по приказу дьявола. После стольких лет вдали от старых друзей он был бы рад пообщаться с ними, если бы не Елена. Пока она в одиночестве, а не рядом с ним, демон не мог позволить себе отвлечься.

Подавив тяжелый вздох, Кон постарался чуть смягчить размах плеч, сведенных, как ему казалось, в идеально прямую линию. Как бы ни уважал он Тьяна и то, что тот сделал для Нижнего мира, однако сейчас был готов послать все это далеко и надолго.

Прошло уже три дня. Три долгих дня, в течение которых он не видел Елену. Спасибо сестре, которая не поленилась навестить его и рассказать, как там его хищница. Но хотя Лилим и сказала, что все хорошо, и Елена определенно выглядит живой и здоровой, Константину недостаточно было этих сведений. Ему хотелось лично увидеться с любимой, прижать ее к себе и обнять покрепче.

Он сам не верил, что нашел свою судьбу. Еще месяц назад, проживая в человеческом мире — мире жестоких ограничений для демонов, — он и подумать не мог о том, как все изменится. Не мог предположить, что восстановит свой статус Лорда, вернется в семью и обретет половинку. И даже частично освободится от прошлого.

Кон уже намного мягче относился к поступку брата в прошлом. В конце концов, приходилось признать, что и он сам тоже был весьма глуп, когда думал, что любит Клио. Великое счастье, что он успел раскрыть ее сущность и забрать сына до свадьбы. Века рядом с ней он не перенес бы.

Хотя, почему века? Судя по разговору, который ему случайно довелось подслушать, Клио и ее любовник собирались избавиться от демона после рождения наследника.

Теперь же у него есть Елена.

Илена, как называет ее Лилим. Разница, казалось бы, невелика, сказывается характерное горловое произношение демонов, однако эта маленькая буква многое меняла. Елена — "светлая", "сиятельная", а Илена на его языке — "воительница". Он считал, что этот перевод полностью правдив: его маленькая хищница храбро сражалась сначала с ним самим, затем с той же силой возвращала его к жизни ярким сиянием своей энергии, а после боролась уже с предрассудками мужчины.

Константин не сдержал улыбки. Довольно высокая для человека, ему она едва доставала до плеча — все демоны отличались высоким ростом, — но всегда смело встречала его взгляд, хотя, как ему доподлинно известно, сделать это довольно сложно. Он любил в ней все, начиная с золотисто-каштановых волос, прекрасных зелено-ореховых глаз и идеальных губ и заканчивая острым умом, смелостью, веселым, живым смехом.

Можно ли демоны настолько полюбить человека? Раньше он сказал бы, нет. Но теперь ответ один.

Да.

— Константин, — мелодично сказали рядом. Кон повернулся и удивленно поприветствовал:

— Ника.

— Ждешь? — скучающим тоном осведомилась она.

Глаза демона против воли потемнели.

— Да, — коротко ответил он.

— А Ленок-то в тюрьме, — не меняя интонации, проговорила посредница.

Кон похолодел.

— Что?!

— Тебе дословно или вариацию? — она смерила его презрительным взглядом. Константин постарался взять себя в руки и успокоить зашедшееся в стуке сердце. Он же взрослый демон, а не глупый человечек, и не задает бесполезных вопросов.

— Не нужно.

— Вот уж спасибо, — съязвила Ника, однако удержала его, когда демон решительно направился к Тьяну. — Стой. На поверхности скоро начнется Листопад. Ты не сумеешь помочь.

— Листопад? — недоуменно переспросил Кон, сознавая, впрочем, глупость вопроса. — А что в этом такого? Сейчас же очень.

— Ты меня не понял, — она вздохнула. — Я сказала Листопад, а не листопад.

Различия в интонации помогли ему понять, о чем идет речь.

Он побледнел.

— Но я должен…

— Нет, — резко сказала Ника. — Ты должен остаться здесь и добиться у Тьяна разрешения на брак.

— Почему бы это не сделать тебе? — разозлено спросил демон, встревоженный словами девушки.

— Мне нельзя прямо вмешиваться в ваши дела, — она пожала плечами, но Кон успел заметить, как на мгновение ее рука задержалась на шее. — У меня тоже свои ограничения.

— Почему бы не поговорить о браке прямо сейчас? — сдерживая нетерпение, спросил демон.

— Думаешь, Тьян пожертвует своими планами и примет тебя? — она подняла бровь.

— Нет, — пришлось признать мужчине.

— Тогда жди, — она пожала плечами. — После официальной части можешь попросить аудиенции, думаю, он согласится на разговор.

— А на свадьбу? — не утерпел Кон.

— Не знаю.

Ника кивнула демонам поблизости и отошла от него. Константин рассеянно следил, как она удаляется.

Придется ждать.

— Ну как, чуешь его? — нетерпеливо спросила Жека.

— Отвали, не мешай, — огрызнулась Марго, принюхиваясь к воздуху. — Ее сила подтерла запах.

— Нужно торопиться, — поторопила Дина. — Скоро стемнеет.

— Ищу я, ищу, — отозвалась Марго. — Есть!

— Ну, — Дина подалась вперед.

— Пошли.

Хищницы двинулись за девушкой.

— Татуировка? Какая татуировка?

— Эта, — ответила я, поворачиваясь спиной и задирая свитер.

— Ничего себе, — восхищенно прошептала Вио.

Я забеспокоилась.

— Что там?

— Ну… дай-ка подумать… Три треугольника — символ вечности, так что это, скорее всего, из-за вас с Константином…

— Три? — перебила я. — Как три? Там четыре!

— Да нет же, три, — возразила богиня.

— Но… было же четыре!

Я попыталась изогнуться и увидеть спину, но, увы, не получилось.

— Подожди-ка, сейчас зарисую это.