Дмитрий Кузьмин - Лис. Сказания Приграничья (СИ)

И сейчас, отдышавшись, он переваривал первый в жизни проигрыш. Но радовался, что не вышел в открытый бой, не поддался порыву побитого самолюбия и не бросился в атаку. Воинов Донгеллов Бусиду перебить бы удалось, но лишние жертвы не входили в план монаха. А вот насчет убийства цели воин теперь сомневался. Нет, он знал свою задачу и собирался уничтожить парня, но теперь следовало притормозить и подготовиться. Настало время думать, а не действовать.

Бусид вздохнул, задержал дыхание. Сердце никак не хотело успокаиваться. Как же так? Ведь Бусид последний раз промахивался, когда ему было десять. С тех пор — ни одного выстрела не прошло мимо мишени. Воин погладил лежащий рядом арбалет. Собственноручно выточенный из крепкого горного дерева, которое привыкло переносить морозы и засухи. Тетива изготовлена из нитей снежного барса — крепче только драконьи жилы, да где их сейчас достать.

Нет, в оружие Бусид был уверен. Значит, дело не в этом. Воин закрыл глаза. Попытался восстановить в памяти полет болта. Выточенная из гномьей стали игла пробивала доспехи и была идеально сбалансированной. Таким же болтом Бусид подбил в глаз снежного барса, а этот зверь, известно, быстрее и изворотливее любого коня Приграничья. Тогда Бусид стоял в двух сотнях шагов от зверя.

Такой же болт лишил жизни горного снежного тролля. Сталь проникла в мозг монстра через хрящ переносицы. Расстояние было еще больше — пятьсот шагов до цели.

Сегодня пришлось стрелять с трех сотен. Не мог Бусид промахнуться, не мог! И не мог глава тайной стражи Донгеллов Эдгар среагировать на воина. С худощавым Бусид уже встречался — знатный интриган, он умело скрывался за спиной Калли, защищал ее любой ценой. Эдгар очень умен — но он не воин. Скорее, разведчик, который привык передвигаться тихо. Но не телохранитель. Почему он смог даже не увидеть, а почувствовать выстрел?

И сам болт. Бусид, перед тем как спрыгнуть с крыши и умчаться прочь из деревни, проверил — болт впился в спинку кресло, где сидела цель, на уровне груди. Это на пять пальцев выше, чем точка, в которую стрелял Бусид.

Воин верил в себя. Прислушался к себе и понял, что он сделал все правильно. Лишь третья сила могла вмешаться и помешать воину. Дело не в том, что он промахнулся. Дело в тех, кто заставил его болт пролететь мимо цели. Вот в чем проблема.

И пока он, Бусид, не поймет, кто защищает цель, вряд ли задание получится выполнить. Воин в задумчивости потер подбородок. Кто-то защищает парня, который появился в Приграничье неизвестно откуда и сразу попал в передрягу. Но кто? И главное — зачем?

В Приграничье смеркалось. Небо озарилось багрянцем заката, но солнце еще боролось за свои права, не желая прятаться за горизонт, и освещало золотом верхушку горной гряды Прибоя. Я с сожалением посмотрел в витражное окно, чуть улыбнулся заведомо проигравшему солнцу и спустился вслед за ожидающей меня Калли в подвалы замка.

Путь шел по длинной винтовой лестнице — мы сделали минимум пять полных оборотов, пока не наткнулись на массивную дверь. Калли с неожиданной для хрупкой девушки силой толкнула дверь, которая бесшумно распахнулась. Подвижной механизм туда встроили, что ли? Чуть выше гулко стучали каменные ступени под сапогами неотступно следующего за нами Эдгара.

— Донгеллы не использовали магию, потому что она вместе с властью развращает. Превращает человека в зверя, который жаждет только повелевать, — тихим шепотом сказала Калли, разворачивая холщовый сверток. Длинные тонкие пальцы аккуратно, словно боясь уронить, достали из тряпья блестящий синевой камень.

— То, что на первый взгляд дарует силу, может убить, — процитировал я старинный японский трактат, которыми в обилии меня пичкали на тренировках.

— Если Ольстерр продвинулся так далеко, если он уже хранит один из артефактов, значит, скоро он нападает на нас. Сеттерик знает, что я храню доставший от отца камень, и не продам и не выменяю его. Потом он заберет артефакт у кочевников. Если у него будет три камня сразу, то ни паладины, ни Гвардия не смогут остановить его, даже объединившись. И если он их еще попытается перетянуть на свою сторону, то Донгеллы будут просто вырезаны подчистую, — сказала Калли. Грусть звучала в словах девушки.

— Как ты хочешь ему помешать? — спросил я, возвращая камень. Или мне показалось, или же артефакт был чуть теплым, словно внутри камня тлел небольшой огарок свечи.

— С магией можно бороться, только применяю магию, — сказала Калли и махнула рукой, убирая со лба непослушную прядь. Светлые, почти белые волосы дернулись, на них переливался, отражаясь, свет от факелов. — Все зависит от того, какая у тебя цель. Если собрать три артефакта из шести вместе, то можно захватить остальные. А можно — уничтожить само понимание магии. Смотри.

Девушка сдернула со стены широкий тюль, открывая взору шкаф, заполненный книгами и свертками бумаги. Все было расставлено в хаотичном порядке, древние фолианты соседствовали с тоненькими свитками на еще не пожелтевшем от старости пергаменте.

— Когда Ульфрика сожгли, я не смогла горевать долго, — сказала Калли и отвела взгляд. — Донгеллы и раньше занимались исследованием магии, но скорее формально, ведь нельзя упускать ни один шанс. А после его смерти я задалась совсем другой целью — уничтожить саму сущность этой мерзости. Настоящих магов в Приграничье не осталось — тех, которые могли управлять энергией без артефактов. Поэтому можешь даже не искать — до тебя весь полуостров прочесали паладины. Я уверена, что если бы хоть кто-то остался в живых, то он не смог бы скрыться от ищеек Августа.

Я вспомнил паладина в сверкающих доспехах, молчаливого, с волевым лицом человека, который привык добиваться своих целей несмотря ни на что.

— Но остался шанс — артефакты. Мне известно о шести. Один принес Ульфрик из Гномьих гор, другой у кочевников, третий у Ольстерра. Нам нужно получить тот, что находится в шахтах деревни Маринэ. Тогда я смогу построить аркан, который укажет точное местонахождение остальных, — пробормотала Калли, копаясь в свитках. Книги и листы пергамента падали из шкафа, девушка не обращала на них внимания.

— Вот! — воскликнула Калли, отряхивая пыль с одного из широких листов. Я посмотрел на написанное — нет, какие-то закорючки. Такого языка я не знаю. — Построив его, мы сможем найти третий!

— И что дальше? — спросил я, кашлянув. Пыли в подвале было больше, чем на дорогах.

— Дальше я отправляю тебя обратно, домой! — воскликнула Калли, рассматривая вязь уже другого заклинания, начертанного на другом свитке. — Все складывается отлично! Аркан сам найдет на тебе следы чужого заклинания, и отследит нужный путь. И сожрет из пространства достаточно энергии, чтобы опустошить магическое поле. А нам это только и нужно. После того, как ты отправишься домой, я уничтожу все артефакты! И планы Ольстерров провалятся! Без всех артефактов ему ни за что не одолеть Лонгфорда!