Mirash - Трудная профессия: Смерть

— Привет, Ксюша! — поздоровалась улыбающаяся Ольга Валерьевна.

Я очнулась и посмотрела по сторонам. Домик, к счастью, пустовал, все куда-то разбрелись.

— Здравствуйте, — немного запоздало отреагировала я, продолжая крепко обнимать ребенка, пока не отняли. — Вы по делам?

— Да, Виктору Андреевичу нужно было кое-что решить, а мы с ним напросились прогуляться. И вот решили к тебе зайти, повидать. Извини, что разбудили.

— Да нет, я очень рада! Вы надолго?

— Примерно на часок, думаю. Виктор Андреевич тоже хотел тебя увидеть, если получится, — в этот момент как раз зашел Некруев.

— Привет, Ксюша. У тебя минутка найдется?

— Да, конечно, у нас послеобеденный перерыв.

— Витя, вы тогда говорите, а я пойду Олежку покормлю, а то он с утра голодный. Давай, сын, отпускай свою любимую тетьсметь.

Когда они вышли, Некруев сел напротив меня и несколько замешкался, будто пытаясь подобрать правильные слова. Я вздохнула.

— Могу помочь. Вам уже доложили во всех подробностях о скандале с Дягилевой, громких откровениях с моей стороны и, видимо, о попытке сбежать с практики. Правильно?

— Правильно, — кивнул он, сочувственно глядя на меня. — Ты как вообще?

— Паршиво, — я сглотнула комок в горле. — Но я дотерплю до конца практики, правда. Сама виновата…

Некруев помолчал, потом спросил:

— Ксюш, а у тебя пропусков за практику много?

— Два дня на первой части, потом не было.

— Ясно, это хорошо. Ладно, я к тебе ненадолго забежал, у меня здесь дела. Если получится, еще увидимся. Не раскисай!

До второй половины рабочего дня увидеться так и не получилось, с Ольгой Валерьевной и Олежкой я тоже смогла побыть еще только несколько минут. Расстроенная, я поплелась в учебную аудиторию. Началось занятие, Борисов что-то рассказывал, что-то рисовал на доске, а я что-то пыталась записывать, не понимая сути. В какой-то момент в помещение заглянул Некруев.

— Андрей Андреевич, прошу прощения. Я хотел бы забрать Мягкову, по рабочим вопросам. С администрацией все согласовано, если только Вы не имеете возражений, конечно.

Какие рабочие вопросы? Со статьей что-то или с моими базами данных? А чего здесь такого срочного, он же сам говорил, что до конца практики во мне необходимости не будет? И когда виделись сегодня, ничего не сказал…. Я в растерянности смотрела на своего научного руководителя. Что стряслось-то?

— А когда она вернется? Все уйдут на полигон, она не может выходить в маршрут одна, — спросил Борисов.

— Вообще я хотел забрать ее до вечера, так что она сможет вернуться к работе только завтра. Но только если Вы не видите этому препятствий, конечно.

— Да нет, ничего страшного, — пожал плечами Борисов. — Пропусков у нее пока не было, нагонит остальных. Только если все же вернется раньше, пусть сидит на базе, в самостоятельный маршрут не выходит. Ну и пропуск я должен буду отметить.

— Отлично. Ксения, пойдем, ты мне срочно нужна.

Я взяла вещи и вышла из аудитории, все так же ничего не понимая.

— Виктор Андреевич, а что случилось?

— Ничего, все прекрасно. Тебе нужно что-нибудь взять из домика, придется поездить?

— Да нет, у меня все с собой…. А куда ехать-то?! — он окончательно сбил меня с толку.

Мы подошли к машине, там уже сидели Ольга Валерьевна и Олежек, который обрадовался, увидев меня.

— Ехать в город. Садись рядом с Олегом, — я послушно забралась в машину.

— В Москву?

— В Москву далековато, соседний нас вполне устроит. Пристегнись, — Некруев завел машину и направился к воротам базы.

— Я уже вообще ничего не понимаю, — призналась я. — Что происходит?

— Ксюша, все хорошо. Мы просто решили тебя ненадолго похитить, — смеясь, сообщила Ольга Валерьевна.

— В смысле? Куда мы едем?

— Развлекаться, — наконец ввел меня в курс дела Виктор Андреевич. — Гулять в парке, есть мороженое и отдыхать. Вечером вернем тебя на законное место.

— Это шутка? — я невольно улыбнулась, он отрицательно покачал головой.

— Так Вы что, про неотложные дела… эээ…?

— Солгал беспардонным образом, — я засмеялась.

— А так разве можно?

— Тебе нет, а мне можно. Иногда.

Мы на самом деле приехали в центр города, где припарковались, а затем долго гуляли в парке, ели мороженое, играли с Олегом и болтали. К своему удивлению я обнаружила, что практика дала мне множество интересных и забавных моментов, которые было весело вспомнить и рассказать. Некруевы тоже вспоминали время своих учебных практик, заставляя меня смеяться и изумляться, насколько же такие вещи остаются неизменными во все времена. Вечером мы зашли в недорогое кафе поужинать, умаявшийся за день Олег забрался мне на руки, уткнулся носом в мое плечо и заснул. Я аккуратно повернулась, что бы свет от настольного светильника не падал ему в лицо.

Как же мне хорошо… Я вообще не помнила, что бы мне было когда-нибудь так хорошо… Все проблемы остались где-то далеко и стали маленькими и незначительными…

Виктор Андреевич пошел проветривать машину — после кондиционированного воздуха кафетерия было бы неприятно садиться в душный салон. Ольга Валерьевна с нежностью смотрела на спящего сына.

— Он к тебе так и липнет, просто удивительно. Ты всегда с детьми так хорошо ладишь?

— Не знаю, мне не то что бы часто детей в руки дают, — она улыбнулась.

— Ты будешь хорошей мамой, — я неловко отвела взгляд.

— Я что-то не так сказала?

— Да нет. Просто у меня никогда не будет детей.

— Тебе виднее, но думаю, это ты только сейчас так говоришь.

— Да это не я говорю, — вздохнула я. — Это врачи говорят… Хотя быть может, оно и к лучшему.

Я посмотрела на изменившуюся в лице Некруеву и поспешила добавить:

— Все в порядке, Ольга Валерьевна. Это у меня врожденное, я всегда об этом знала, так что не представляю, как бы могло быть иначе. Для меня это норма и тут ничего не поделаешь. Ничего страшного.

— Прости, пожалуйста.

— Все в порядке, — повторила я. — Буду брать Олега взаймы, если разрешите.

Она негромко засмеялась.

— С радостью разрешу, особенно когда на работу выйду.

Вернулся Виктор Андреевич, мы потихоньку собрались и вышли на улицу, погрузились в машину. Пока ехали на базу, я успела задремать, когда меня осторожно разбудили, мы уже приехали, и на улице было почти совсем темно. Я попрощалась с Некруевыми, поблагодарила за организованный прогул, потихоньку поцеловала Олега в лохматую макушку и помахала рукой уезжающей машине. Направилась к домику.

— Ты поздно, — заметила Женя, сидящая на крыльце. — Там куратор просила зайти, когда приедешь, что бы она не волновалась.