Истинная для Императора. Любовь по приказу - Сима Гольдман
Арман крепче обнял меня.
— Она будет наказана за все, — тихо произнес он. — Я тебе обещаю. Мы найдем эту змею и обезглавим.
И я верила. Потому что он обязательно сдержит свое слово.
Но самое волшебное было, что нас свела магия и магия каждый раз спасает нас.
58
Мы вернулись.
Вернулись живыми благодаря чуду и друг другу.
Казалось, весь замок замер в ожидании нашего появления.
Голдэйн и остальные драконы разлетелись по своим делам, спеша передать весть о спасении императора.
Мы остались стоять на ступенях, ведущих в замок.
Ветер играл с моими волосами, принося с собой ароматы цветущих садов и свежести вечернего воздуха. Арман не отпускал моей руки, как будто бы боялся, что я исчезну, если он отпустит хотя бы на мгновение.
— Наконец-то дома, — прошептал он, прижимая меня к себе. — Ты рисковала. Сильно.
Повисла какая-то неловкая минута тишины.
Я подняла голову, вглядываясь в его лицо. Усталое, но такое родное.
— Знаю, что не должна была высовываться из замка, как ты и просил, — мягко сказала я. — И в следующий раз я непременно послушаюсь. Но я живу эмоциями и не могу их игнорировать.
— Не хочу, чтобы ты пострадала, — улыбнулся Арман, прижимаясь подбородком к моему лбу. — Я люблю тебя и не могу потерять.
Сердце сжалось.
Слёзы сами проступили на глазах.
Это был самый потрясающий мужчина на свете. Я не могла поверить, что мне так повезло с ним. Шанс встретить драконьего императора был гораздо ниже встречи с разбойниками. А уж чтобы стать его возлюбленной — и того меньше.
Слов не находилось.
Я знала, что должна ответить, что люблю его, что он стал для меня тем самым, но сейчас почему-то не могла. Не хотела, чтобы он считал, что я делаю это в ответ.
Арман посмотрел на меня долгим изучающим взглядом и поцеловал в лоб, а затем помог мне подняться по ступеням, и мы вошли в замок.
Слуги уже спешили навстречу, чтобы принять наши приказы.
Пока Арман на ходу раздавал указания, я всё размышляла, почему на нас не напали там, в горах, снова.
Мы были измучены и практически выжаты. Проще было бы именно там добить нас, но этого не случилось…
Вернувшись в спальню, я смогла наконец выдохнуть. Тут было тихо и уютно.
Служанки помогли мне снять пропылённую одежду, принесли свежую воду для умывания. Пока я приводила себя в порядок, Арман отдавал распоряжения о подготовке ужина.
Когда я вышла из купальни, облечённая в лёгкое платье, он уже ждал меня. В его руках был бокал с вином.
— Ты прекрасна, — прошептал он, протягивая мне напиток.
Я не могла оторвать взгляда от его глаз. Они манили меня и совращали.
Медленно растянув губы в улыбке, я приняла бокал и сделала крошечный глоток.
Мы сели у окна, откуда открывался вид на закат.
— Знаешь, — сказал Арман, глядя вдаль. — Каждый раз, когда я думаю, что знаю тебя и пределы твоей силы, ты удивляешь меня снова и снова.
Я улыбнулась, прижимаясь к его плечу.
— Я… люблю тебя, — наконец смогла произнести я.
Это было трудно, но сразу же стало легче. Как будто гора свалилась с плеч.
Арман повернулся ко мне, и в его глазах я увидела всю глубину его чувств.
Он осторожно отставил бокал в сторону и притянул меня ближе, обхватывая руками за талию.
— А я люблю тебя, — прошептал он, касаясь губами моей щеки. — Бесконечно.
Медленно, почти неощутимо, его руки начали скользить по моей спине, вызывая мурашки. Я прижалась к нему ещё ближе. Он понял всё без слов.
Арман снял с меня платье, открывая взгляду каждый сантиметр кожи. Его глаза потемнели от желания, но в них читалась такая нежность, что у меня перехватило дыхание.
Он подхватил меня на руки и направился к кровати. Уложив меня на мягкие подушки, он сам опустился рядом.
Его губы коснулись моей шеи, посылая волны наслаждения по всему телу. Я запустила пальцы в его волосы, притягивая ближе.
Арман покрывал поцелуями моё лицо, шею, спускался ниже, изучая каждый изгиб моего тела.
Все исчезло, кроме нас двоих и биения наших сердец.
Его шепот на ухо, любви слова... Мы растворялись друг в друге, став единым целым.
— Ты удивительная, — прошептал Арман, целуя меня.
Я улыбнулась, прижимаясь к его груди, слушая, как бьется его сердце.
Воображение сразу нарисовало большую и дружную семью, о которой я никогда особо не мечтала, но именно сейчас смогла вообразить.
Я по-настоящему захотела сына и дочку похожих на Армана. Хотела, чтобы они были такими же сильными и красивыми, как их отец.
59
На рассвете Арман оставил меня одну. Он нежно поцеловал меня в висок и вышел.
Я сладко потянулась в кровати и предпочла вновь вернуться в объятия сладкого сна. Но почему-то желанная блажь никак не наступала. Зато страшные видения вновь взбудоражили воображение.
Пришлось вставать.
Я подошла к большому зеркалу в гардеробной. Скинув лямки сорочки, я внимательно вгляделась в своё отражение.
Тонкие линии древних символов, которые проявились во время битвы в пещере и до этого, сейчас были совсем незаметны.
Казалось, что они просто спали, в отличие от хозяйки тела, под кожей, ожидая момента, когда снова понадобятся. Я протянула руку, касаясь ключиц, где узоры проявлялись ярче всего.
— Покажи мне, — прошептала я, концентрируясь на своих ощущениях.
Магия внутри меня зашевелилась, как пробуждающийся зверь. Кожа слегка запульсировала, но символы не проявились.
Я закрыла глаза, пытаясь вспомнить те ощущения, что были в пещере. Глубокий вдох. Медленный выдох. Сила внутри меня начала подниматься, как волна.
Паника, страх, желание защитить любимого…
Открыла глаза и всмотрелась в собственное отражение.
Символы на коже стали по чуть проступать, но не настолько, чтобы их можно было прочесть или перерисовать…
Точно.
Я бросилась к одежде, ворохом валяющейся на полу, и начала шарить в ней в поисках письма, в котором я всё зарисовала. Пришлось потратить несколько минут, прежде чем я нашла его.
Вернулась к зеркалу и раскрыла записи.
Голубоватое свечение пробилось сквозь кожу. Но оно было слабым, почти призрачным. Разочарованная, я сверила их с теми, которые были до этого.
Никакого сходства.
Что-то было не так. Я ощущала это буквально кожей… Казалось, что даже птицы за окном словно перестали петь.
Я почувствовала, как по спине пробежал холодок.
— Магия дает подсказки в зависимости от ситуации, — раздался голос
