Олег Серёгин - Дети немилости

Я оценил профессионализм – как Великой Тени, так и моих учителей. Сам я, конечно, подобного не сотворю, но, по крайней мере, увидеть сумел, как пальцы Кайсена, не по-старчески быстрые, прочертили поверх замка схему заклятия. Преодолеть эту защиту смог бы один Лаанга. Откровенно говоря, я очень надеялся, что ему в ближайшее время как раз взбредет в голову разбить изоляцию высшего уровня…

- Садитесь, дамы и господа, - пригласил я, заняв место во главе стола. – Полагаю, вы в курсе происходящего, и мне не придется ничего объяснять.

- Разумеется, ваше-императрс-величство, - пропыхтел господин Атри. Он никак не мог отдышаться.

- Морэгтаи, - милостиво разрешил я, обвел собрание взглядом и уставился на мраморное пресс-папье. Подумалось, что в Хоране было проще. Офицеры полка смотрели на меня не так; взоры властных старцев говорили, что для них я ребенок, впервые в жизни принявшийся за взрослые игры… и в Хоране надо мною стоял командующий операцией, прославленный генерал, который принимал решения и отдавал приказы.

С коронации едва минуло три месяца, и мне до сих пор казалось порой, что я занял место отца без всякого на то права.

Боковым зрением я нащупал портрет Аргитаи; Сияющий смотрел прямо и хмуро. Для него не составило бы труда взять собрание на поводок и направить нужным путем…

- Господа! - сказал я. – На повестке дня два вопроса. Положение в Лациатах. И высшая весна. Думаю, стоит начать с первого. Генерал, я вас слушаю.

Онго склонил голову набок.

- Господин Атри, - сказал он, - могу ли я попросить вас представить нам трехмерную карту Западной Уарры?

- Конечно, - улыбнулся верховный маг и сбросил на стол одну из схем, вышитых золотом на обшлагах его вицмундира.

Бледное свечение наполнило зал, перелились бликами самоцветы в украшениях изваяний, а над лакированной гладью стола поднялись горы – льдисто-сверкающие, синие, изумрудные. Карта медленно вращалась, пока не остановилась так, чтобы Кестис Неггел оказался передо мной, а острый пик Амм-Лациат, высочайшей горы мира – перед господином Атри. Отсветы ледников озарили его седые волосы и ясно-голубые глаза.

Онго встал. Снял перчатки, и белые кости его рук тоже засветились. Генерал протянул пальцы к дальним хребтам.

- Дзерасс, - говорил он, - Имарикам, - и земные области окрашивались в разные цвета. – Кэтукам… Таян. Плоскогорья, граничащие с землями княжества Рейи, Чаарикам. За ним, в отрогах хребта Аррат – Нижний Таян. Здесь расположились наши войска. Строительство фортов практически закончено. Территория вошла в состав имперских земель.

- И все же вас, равно как и меня, что-то не устраивает в настоящем положении вещей.

Тонкие белые пальцы Онго в задумчивости прикоснулись к краю его белой маски.

- Буду откровенен, - сказал Эрдрейари, - в данный момент в Лациатах мы находимся… в подвешенном состоянии. Мы держим территории силой оружия, и держим крепко, но использовать их в хозяйственных целях практически невозможно. Хотелось бы налаживать мирную жизнь, приучая горцев к покорности – но большая часть коренного населения ушла с этих земель. Села покинуты, стада угнаны или брошены, виноградники гибнут. Аррат пронизан бесконечными пещерами. Это логово Арияса, и углубляться в них безрассудно. Ночные налеты не прекращаются, и хуже всего, что для горцев они почти безопасны.

Я кивнул.

- Я понял вас. Какое решение вы предложите?

Онго скрестил руки на груди; я готов поручиться, что под маской он улыбнулся.

- Наша цель, утвержденная еще императором Данараи – безопасное железнодорожное сообщение через Лациаты. Пещеры Аррат – идеальное место для строительства тоннелей. Я считаю, что нам нужен Таян, Ора и, по крайней мере, значительная часть земель Уруви, на западе граничащих с аллендорским княжеством Аньярай.

- Это не решение, - мягко напомнил я.

- Всецело умиротворить горы можно только одним способом, - с удовольствием сказал генерал. – Силой уаррского оружия! Надеюсь, государь Морэгтаи простит мне самоуправство. Я позволил себе начать активные действия.

Охотно верю, что в том не было дурного умысла – но в последних словах генерала мелькнула тень иронии; да, он был безмерно опытным военачальником и еще этой зимой отдавал мне, юнцу, приказы… Я помолчал. Боковым зрением я видел, как отчаянно вертится на стуле Эррет, пытаясь что-то сказать мне взглядом и выражением лица, но сейчас мне не требовались ее советы.

- Какого рода, позвольте узнать? – еще мягче спросил я.

- Продвижение в пещеры Верхнего Таяна возможно только с помощью боевой магии. Я обратился за помощью к господину Атри.

Глава Комитета с готовностью закивал. Я выгнул бровь.

- Почему не к господину Кайсену? Мало кто из государственных магов имеет боевую специализацию, это дело Дома Теней.

…Удивительный человек Онго. Маска – не лицо, широкий плащ надежно скрывает умаленное тело поднятого, но когда генерал полагает необходимым, все его мысли можно прочитать по жестам и позе. Удивительный и великолепный человек, и на редкость самоуверенный. Вполне естественно для сподвижника Аргитаи Сияющего и покорителя Восточных островов. Но горцы, увы, не островитяне, и опыт Эрдрейари подает ему не лучшие советы.

Онго покосился на Кайсена с полупрезрительной неприязнью.

- Господин Кайсен, - не без яду в голосе сказал он, - ждет исключительно императорского веления.

- И он прав.

Онго замер. Уставился на меня.

- Морэгтаи…

- Я же говорил вам, господин генерал, - бархатно процедил Великая Тень. – Самоуправство никого еще не доводило до добра…

Эрдрейари медленно обернулся к нему. У меня мурашки побежали по спине. Корона есть корона, и сейчас я имел право приказывать генералу, но задевать его гордость не решился бы и государь Данараи, а отец куда как превосходил меня и в опытности, и в суровости… Онго стоял прямой, точно проглотив шест. Господин Менери отпрянул, верховный маг подался вперед, пальцы его лихорадочно забегали по столу; из-за карты я не видел, что он чертил.

- Помни свое место, тень, - выдохнул Эрдрейари с хорошо сдерживаемым бешенством. – Перед тобой дворянин!

В наступившей полной тишине было слышно, как со смачным звуком лопнула под генеральской стопой любимая мозоль князя Улентари… Я с трудом преодолел желание втянуть голову в плечи. Кайсен побелел от гнева. Пальцы Великой Тени стиснули набалдашник трости так, что часть его отломилась.

- Я, как человек низкий, - медленно, безмятежно проговорил старец, - вижу перед собою преимущественно истлевшие останки. На какое место желает мне указать покойный пиита?