Сэм Энтховен - Черная татуировка

Голоса умолкли, ощущение прикосновения черных крыльев, сгущение воздуха — все это вдруг пропало, и она снова увидела Феликса, побледневшего и в страхе глядящего на нее.

— Ты ошибаешься! — сказала ему Эсме. — Правда ведь? Ты просто ошибаешься, вот и все.

Ответом ей было молчание.

«Спать», — сказала себе Эсме.

Ей вдруг жутко захотелось спать.

— Послушай, у тебя есть свободная комната? — спросила она.

— Целых семь, — грустно отозвался Феликс.

— Без окон, — уточнила Эсме. — Иногда, когда мне снятся сны, я начинаю метаться.

— Конечно, — сказал Феликс. — Все как ты захочешь. Я готов выполнить любое твое желание.

Эсме внимательно посмотрела на щуплого, невысокого бизнесмена.

И вдруг у нее мелькнула мысль.

— А знаешь, — сказала она, — у меня действительно есть одна просьба.

— Да?

— Все очень просто, — сказала ему Эсме. — Ты сам чуть было не сделал этого раньше.

По коже у нее побежали мурашки.

— Если бы моя мать не помешала тебе, ты бы это сделал.

— Прошу прощения? — оторопело сказал Феликс. — Боюсь, я тебя не совсем понимаю.

— Говорят, те, кем завладел Скордж, никогда не смогут по-настоящему освободиться, — сказала Эсме. — Это правда?

— Конечно, — ответил Феликс. — За все прошедшие годы не было дня, чтобы я не ощущал его присутствия внутри меня. А уж ночами… — Он поежился.

— Ты поможешь мне открыть Разлом, Феликс, — решительно заявила Эсме и улыбнулась, глядя на мужчину, открывшего рот от удивления. — Я пойду за ними, — сказала она. — Я пойду за Скорджем. В ад.

ТИПИЧНО

Пустота.

Не было ничего: ни времени, ни ощущений. От него осталось так мало, что даже удивительно, как он мог судить о том, что не было ни времени, ни ощущений. Не мог, пока не…

— Ты слышишь меня, маленький человек? — прозвучал дребезжащий старческий голос. — Эй, отзовись! Откликнись же!

— Чего, — не слишком вежливо отозвался Джек, — вам нужно?

— У меня есть к тебе пара вопросов. Готов ответить?

Джек промолчал.

— Прекрасно, — тем не менее произнес обладатель старческого голоса. — В общем, так… Поскольку — я полагаю, ты не станешь со мной спорить — твое прежнее тело было, скажем так, немного несовершенно, я решил сотворить тебе новое. Но прежде чем я приступлю к этому, думаю, будет справедливо уточнить, нет ли у тебя каких-то пожеланий.

Джек надолго задумался.

— Чего-чего? — наконец выдавил он.

— Ну, тогда я сам сделаю тебе несколько предложений, — сказал голос, — а тебе нужно будет только отвечать «да» или «нет». Договорились? Ладно, начнем помаленьку. Как насчет хвоста?

Джек промолчал.

— Ничего плохого в хвосте нет, — с неожиданным энтузиазмом заметил голос. — Хвост — это дополнительное равновесие во время боя. Он может быть хватательным, если пожелаешь. Можно снабдить его шипами или ядовитым жалом — выбирай!

— Нет, — с трудом сказал Джек. — Не надо хвоста.

— Ну тогда когти, — предложил голос. — Такие, чтобы их можно было втягивать. И они не будут ломаться. Пригодятся для того, чтобы забираться, куда захочешь, для охоты или для того, чтобы что-то рвать на части.

— Нет, — сказал Джек. — Когтей не надо.

— Как пожелаешь, — сказал голос. — Но полагаю, ты хотя бы не откажешься от более толстой шкуры. Гм… Ну, может быть, костные пластины на плечах, а?

— Нет.

— А как насчет толстого рогатого гребня на макушке — такого крепкого, что ему будут не страшны никакие удары?

— Нет, — решительно сказал Джек. — Не нужно рогатого гребня. Не надо когтей. Не надо хвоста. Ничего! Ради Христа, почему бы вам просто не оставить меня в покое?

— Хорошо, — отрывисто сказал голос, помолчав. — Как скажешь.

И темнота снова объяла Джека.

— Вот, — произнес голос через какое-то время.

— Он очнулся? — спросил другой голос, знакомый Джеку: это он звучал в его сознании перед боем и на арене.

— Он нас слышит. Через пару минут сможет отвечать.

— Гладиатор Джек, — произнес второй голос. — В соответствии с пожеланием его всемилостивейшего величества, императора Эбису Эллер-Конга Хача'Фрав…

Послышался негромкий щелчок, и голос умолк.

— Пока достаточно, я думаю. Пожалуйста, просто открой глаза и осмотрись. Медленно.

Плохо понимая, что происходит, Джек послушно сделал так, как ему было велено.

Он лежал на длинной невысокой кровати в комнате, похожей на обычную больничную палату. Рядом с ним стоял некто, Джеку показалось, вроде бы человек. Это был старик со впалыми щеками и аккуратно подстриженной, тронутой сединой бородой. Он был одет в поношенный твидовый костюм с заплатками на локтях, серый шерстяной пуловер. На шее у него был повязан красный галстук.

— Как поживаешь? — спросил старик. — Я Бог.

Джек молча смотрел на него.

Последовало неловкое молчание. Старик нахмурился.

— Знаешь, — сказал он обиженно, — у представителей большинства культур, когда кто-то называет свое имя, вежливым считается в ответ назвать свое.

Джек растерянно заморгал.

— Простите, — пролепетал он. — Меня зовут Джек.

— Да, — кивнул старик. — На самом деле я это знал. Но мне кажется, неплохо соблюсти формальности, правда? В смысле, как же без этого?

Джек моргнул еще пару раз. Не помогло.

— Я мертв? — наконец выдавил он.

— Нет. По крайней мере, не сейчас. Честно говоря, мне кажется, это вполне очевидно.

— Но вы же Бог, — сказал Джек. — Ну, тот самый Бог.

— Ну! — Глаза старика весело сверкнули. — Это как посмотреть, верно? От многого, так сказать, зависит.

— От чего?

— От того, какую из этих ваших забавных книжек лично ты предпочитаешь.

Джек непонимающе смотрел на старика.

Тот поцокал языком.

— Я так и думал, что это будет непросто, — сказал он и тяжело вздохнул. — Ну ладно. Если ты имеешь в виду веру во всемогущее существо, сотворившее мир, и так далее, и тому подобное, то — да, полагаю, ты можешь сказать, что я — «тот самый» Бог. В конце концов, — пояснил он, — именно я сотворил тебя.

— Вы сотворили меня, — эхом отозвался Джек, вдруг поймав себя на том, что он не в силах удержаться от смеха.

— Не тебя лично, — уточнил старик. — Вернее, — добавил он, — если не говорить о нынешнем случае. Но я был в самом начале. Я все это вызвал к жизни.

— В начале чего? Вызвали к жизни — что?

— Ваш мир, — ответил старик и улыбнулся от уха до уха. — Был у меня такой маленький проект, — продолжал он, а Джек смотрел на него, вытаращив глаза. — Баловство, так сказать. Ну, знаешь, что-то вроде посадки дерева. Расставляешь по местам все элементы, все, что необходимо организму для роста и процветания, а потом садишься и смотришь, что из этого получится!