Люциан Ферр - Чужая жизнь

Спустившись в зал, я прогулочным шагом прошел по мгновенно образовавшемуся в толпе коридору к центру. Я подозревал, что там лежит нечто любопытное, но реальность превзошла все мои фантазии.

– Однако, – только и сумел вымолвить я, поняв, ЧТО храмовники разглядывали на полу. И моему удивлению имелась веская причина. Килограмм эдак на сто двадцать.

Я еще раз удивленно крякнул, разглядывая лежащего на полу человека. Он, несомненно, находился в сознании и очень хотел встать. Это было видно по его вытаращенным глазам и дергающимся конечностям. Но не вставал. Почему? Все очень просто – не мог. Ему мешали два кинжала, воткнутые под углом в пол с двух сторон от шеи. Благодаря им любая попытка подняться окончилась бы крайне плачевно. Через несколько секунд я пришел в себя настолько, что, наконец, смог задать вполне резонный вопрос.

– Кто это и что он здесь делает?

– Человек, – сказал кто-то и после некоторого молчания добавил. – Лежит.

– С этим тяжело спорить, – согласился я. – Но почему он здесь лежит?

– Так устал, наверное, – отозвался все тот же голос. – Вот и прилег отдохнуть.

– А почему… – хотел было продолжить расспросы я, но сообразил, что такими темпам говорить мы будем еще очень и очень долго. – Ну да ладно. Освободите его, что ли. Пока он тут вечным сном не уснул. А я что ли опять спать пойду.

Сказав это, я развернулся и отправился обратно в комнату. В душе у меня все еще теплилась надежда, что мне дадут хоть немного поспать. К сожалению, этой надежде не суждено было оправдаться. Не успел я даже устроиться на кровати, как в дверь вежливо постучали. И пришлось мне собирать волю в кулак, чтобы дать отпор гадким мыслишкам типа «притворюсь спящим, или лучше мертвым». Биться с этими мыслями было тяжело, потому что неофициально я сам целиком и полностью находился на их стороне. Но воля и чувство долга в который раз оказались сильнее. «Чтобы вас! – ругался я про себя. – Предали вы меня, гады! Убью!!!»

Но делать было нечего, и я в который уже раз собрал себя в кучку и потащил к двери. За это можно было сказать «спасибо» только самому себе. Именно я, а не кто другой, закрыл дверь на засов, и теперь приходилось расплачиваться за свою глупость.

«А ведь так мог бы просто сказать: «Войдите», – корил я себя, отодвигая засов. – Так ведь нет же! Понадобилось зачем-то запираться от мира. Что ж, впредь будет урок. Никогда ничего не делай, ибо любое твое действие тебе же придется исправлять. Впрочем, с другой стороны, потом точно так же придется исправлять результаты собственного бездействия. Какой отсюда вывод? Хреновый. Получается: живи, как хочешь, потому что в любом случае ты окажешься в глубокой жопе. Как-то не очень оптимистично получается. Значит, я плохой оптимист, но меня это не волнует. А вот кто это, уже интересно».

Передо мной стоял человек явно не дворянского происхождения. Откуда у меня взялась такая уверенность, я не знал, но она упрямо настаивала на своем: этот человек не дворянин. Впрочем, мне было все равно так это или нет, а также мне было глубоко наплевать на то, с чего мне это вдруг мерещится. Наверное, слишком уж сильно я вымотался за последние дни, а отдохнуть нормально никакой возможности не было.

«Не считать же отдыхом сон на земле рядом с костром», – думал я о своем, разглядывая своего нежданного гостя.

Хотя собственно смотреть было особо не на что. Обычный еще крепкий на вид старик. Седые волосы, аккуратные усы и бородка. Одет опрятно, можно даже сказать богато. Но что тут такого? Так выглядит половина жителей города. Все-таки столица. Но что делает этот средний горожанин перед моей дверью, я не мог понять.

– Вы стучали? – решил прервать я уже порядком затянувшуюся паузу.

– Да, – не стал спорить он.

– Зачем? – задал я очень сильно интересовавший меня вопрос. – Если за тем, чтобы убедиться, что в комнате кто-то есть, то можете считать, что убедились. Здесь есть я. И в другие тоже можете не стучать – вся гостиница занята. Странно, что хозяин вам об этом не сказал. Впрочем, теперь уже все равно. Это сказал я, и теперь вы спокойно можете идти в другой трактир и стучать там.

– Нет, – как-то невпопад ответил мой гость, сильно ошарашенный таким приемом.

– Что нет? Нет – вы не можете идти? Или нет – вы здесь за чем-то другим?

– Нет, – упрямо повторил тот, все еще не придя в себя от шока.

– Хорошо, давайте вспоминать вместе. Итак, вы пришли сюда и стали стучать в дверь, – произнес я и, дождавшись в ответ медленного кивка, продолжил. – Прекрасно. Теперь внимание, самый важный момент. Собрались? А теперь скажите мне. НА ФИГА???

Стоящего передо мной человека пробило на нервный тик, и я начал подозревать, что он не тот, кем вырядился. Слишком уж необычно он реагировал на мои слова.

«Нормального человека так просто не прошибить, – думал я, ожидая, пока тот придет в себя. – А этот будто впервые в жизни столкнулся с подобным отношением. Подозрительно как-то. Зачем бы ему выдавать себя за кого-то другого? Даже не могу предположить».

Но, похоже, гость уже пришел в себя и был готов ответить на мой вопрос. Он настороженно глянул по сторонам, проверяя, нет ли кого поблизости, и обратился ко мне.

– Имею ли я честь видеть человека известного как Основатель? – почему-то шепотом спросил он, продолжая коситься по сторонам.

– Возможно, – пожал плечами я. – Я вашу честь не расспрашивал, так что не знаю в насколько близких вы с ней отношениях. Но да – меня так называют.

От моего ответа старик чуть опять не впал в ступор, но кое-как все-таки удержался.

– Вас желает видеть одна очень влиятельная персона.

– Я не против, – согласно кивнул я. – Пусть приходит. Только не слишком поздно, иначе эта персона рискует не застать меня здесь.

– Мой господин хотел бы, чтобы вы навестили его как можно скорее, – натянуто закончил он, делая ударение на слове «вы».

– Я в городе по срочным делам, – холодно ответил я. – И если ваш господин желает встретиться со мной, то пусть приходит сюда. Или же ждет, когда у меня появится свободная минутка, которую я решу потратить на беседу с ним.

– Вы не понимаете, О КОМ идет речь! – умудрился шепотом взвизгнуть он, от чеого чуть у меня самого не начался нервный тик. – ОН не любит, когда ему отказывают.

– Это похоже вы не понимаете, С КЕМ говорите. Я не люблю, когда меня пытаются заставить. Родичи! – последнее слово я произнес, чуть повысив голос.

Как я и думал, храмовники меня здесь сторожили, и сторожили преотлично. Только я выговорил последний слог, как коридор, словно по волшебству заполнился храмовниками. И лишь миг спустя я сообразил, что они всего лишь повыскакивали из своих комнат.