Андрей Погудин - Безумие стали

– Да и я не сразу вспомнила ваше имя, сэр Гвен, так что мы квиты, – сказала Зара с облегчением.

– Что же это получается? – продолжил рыцарь. – Вас обвиняют в каком-то убийстве? Милейший, извольте объясниться, за что вы схватили дочь эрла Тельми?!

Трактирщик побледнел, фермеры сделали вид, что очень заинтересованы содержимым своих кружек. Хлопнула дверь, внутрь ввалился вышибала с заспанным стражником, но они так же застыли на пороге, расслышав окончание фразы. Страж Леса был в этих местах законом, королем и богом. Что он сделает с людьми, так бесцеремонно задержавшими его дочь? Трактирщик бухнулся на колени, его лицо пошло красными пятнами.

– Ох, простите меня, старого дурака! Произошла страшная ошибка, даймоны застлали мои глаза, благородная леди! Я не хотел вас обидеть, извините, как я могу вымолить ваше прощение?

– Надо за постояльцами лучше следить, а не хватать невиновных! – сказала Зара. – И не любовница я тому господину, понятно?

– Чего уж, всё ясно, – промямлил трактирщик.

– То-то же. Как звали убитого? Отвечайте, и может быть, я вас прощу.

– Это сэр Радвиг Крол, леди, рыцарь из межевых, – вступил в разговор вышибала. – Он изредка приезжает к нам на охоту.

– А тот мужчина, что взошел до меня по лестнице, вы его знаете?

– Нет, – мотнул головой трактирщик. – Он снял комнату и всё, я его раньше не видел.

Заре показалось, что хозяин что-то не договаривает, но она не представляла, как добиться от него правды. Хорошо хоть, её отпустили, и всё благодаря этому рыцарю. Вон как пыжится от важности, меч теребит. Мужчинам только дай показать свою удаль, а если впереди еще светит награда, то тут и думать нечего – из кожи вон выскочат. Нужно использовать благородные порывы до конца, не зря же она приехала на ночь глядя в эту дыру! Зара поправила волосы и, стараясь сдержать нервный смешок, сказала тоном светской леди:

– Господин стражник и вы, сэр Фалькон. Давайте осмотрим комнаты наверху, возможно, мы найдем что-нибудь, что укажет на преступника?

– С удовольствием, – пробасил рыцарь; усатый страж лишь кивнул, безуспешно пытаясь разобраться в происходящем.

– Покажите нам комнату, которую занял тот мужчина, – сказала Зара трактирщику, давно уже нарисовав для себя картину убийства.

В указанном месте, конечно, никого уже не оказалось. Убийца выпрыгнул через окно в конце коридора и растворился в ночном лесу, прихватив коня мертвого Крола. Трактирщик не казался удивлен таким поворотом дела, Зара всё больше подозревала его в соучастии, а он лишь продолжал вымаливать прощение за свою глупость. Стражник побежал к старосте, чтобы выслать гонца в Далузу за помощью и прочесать лес. В комнате несчастного щеголя всё было по-прежнему, вышибала лишь накрыл посиневшее лицо серой простыней.

– Осмотрите его карманы, – попросила Зара. – Я подозреваю сэра Радвига в одном грязном поступке, поэтому и следила за ним.

– Простите меня за дерзость, но разве достойно такое занятие благородной леди? – спросил Фалькон.

– Вы правы, любезный Гвен, но мой отец сильно радуется появлению наследника, поэтому я решила не отвлекать его и сама расследовать это дело.

– Теперь я понимаю, почему вы так оделись. Восхищен вашей смелостью, леди! А про рождение у эрла сына меня известил гонец и я как раз направлялся в замок. Поместье моё неподалеку, вот я и подумал, что сильно торопиться не стоит – пока всё подготовят к торжественному приему! – и остался переночевать в этом трактире…

– И очень удачно остались, – сказала Зара, прервав излияния рыцаря.

– Рад служить вам, – склонился в поклоне Фалькон. – Теперь планы мои поменялись, я должен немедленно сопроводить вас в замок и передать вашему отцу, чтобы милорд не волновался.

Истинное твоё желание – выслужиться, подумала Зара, но вслух ничего не сказала. Этот человек действительно спас её из лап скользкого трактирщика. Тот уже замолчал, убедившись, что немедленно четвертовать его не собираются, и даже снял со стены масляную лампу, осветив нехитрые пожитки убитого. В кожаном мешочке обнаружились несколько медяков; остальные монеты, если они существовали, забрал убийца. Также из карманов плаща вышибала извлек грязный кусок ткани, служивший Радвигу платком, кресало, горстку трухи, оселок и клочок бумаги. Трактирщик потянулся к нему, но Зара выхватила обрывок у него из-под носа. На пожелтевшем кусочке виднелся только краешек черного рисунка, напоминающего крыло – никаких слов. Вздохнув, девочка спрятала бумагу за пояс, в комнату вошел запыхавшийся стражник. Оставив на его попечение тело и вещи, Зара с Фальконом спустились в зал.

Здесь уже ждал староста. Пока девочка выслушивала любезности, извинения и заверения в преданности, рыцарь готовил коней, а хмурый оруженосец выносил из комнаты пожитки. Зара разделяла рвение своего спасителя – оставаться в трактире ей совсем не хотелось, а чего бояться на лесной дороге, когда рядом с тобой такой заступник? Тем более в голове занозой сидела мысль о причастности трактирщика к убийству, и девочка придумала простой ход, чтобы подтвердить или опровергнуть свои подозрения. Когда они сели на коней и проехали через заснувшую деревню, Зара попросила рыцаря:

– Погасите факел.

– Что вы задумали на этот раз, леди?

– Хочу проверить кое-что. Вы же не откажете мне в помощи, чтобы поймать возможного сообщника убийцы?

– Я в полном вашем распоряжении. Что будем делать?

– Много времени, я думаю, это не займет. Давайте проедем окраиной и остановимся вон там.

Пони сошел с дороги и углубился в лес. Здесь росли разлапистые ели, пахло хвоей. Невидимые в темноте, всадники застыли меж зеленых красавиц, сквозь пушистые ветви виднелся задний двор трактира. Через окна падал свет, выхватывая из темноты корыта свиней, навозную яму, стоящую посредине колоду с воткнутым топором и горку дров под навесом. Фалькон спросил шепотом:

– Кого мы ждем?

– Увидите, – ответила Зара, надеясь, что всё рассчитала верно. – Будьте начеку.

– Хорошо. Гарид, заряди арбалет.

В деревне хлопнула дверь, меж домами мелькнул огонек факела. Вскоре послышался скрип подводы. Стражник хрипло ругался с трактирщиком, вышибала сетовал, что покойничек тяжеловат для бедного рыцаря. Фалькон рядом пробурчал что-то, Зара прижала к губам палец, требуя тишины. Подвода тронулась в путь, голоса стихли. В окне мелькнул силуэт. На утоптанный снег упал луч света, из задней двери выскользнул кто-то и подошел к плетню. Малыш переступил копытами, Зара погладила его по гриве, моля Триединых, чтобы не дали коням заржать. Человек закряхтел, послышалось журчание, над сугробом поднялись струйки пара. Облегчившись, мужчина огляделся и поднырнул под жердь. Словно прогуливаясь, он неспешно шел по просеке, достиг первых деревьев и скрылся в лесу. Зара соскочила с пони.