Ли Монро - Темное сердце навсегда

Мы продолжили подниматься по ковру цвета слоновой кости, мимо великолепной картины добродушно улыбающейся Селесты; высший матриархат с сапфирово-голубыми глазами, и прекрасным лицом, в форме сердца. На ней также было и ожерелье с полукруглым серебрянным кулоном.

— Матильда, — сказал Лука, кивая на симпатичную, полногрудую женщину в белом плаще. Хотя, как и другие, она была блондинкой, ресницы её были темными, и два розовых пятна на щеках делали её больше похожей на человека. — Старшая дочь Кадмия и Селесты. Она сейчас где-то в другом месте, — неопределенно сказал Лука. — Наверное, делает хорошую работу или что-то подобное. Она состоит в браке с Рувимом.

Дальше мы прошли к Доркас, младшей сестре Матильды, как сказал Лука. В отличие от других, у неё был более меланхоличный взгляд, и ее волосы были более темного оттенка светлого, и ее кожа выглядела менее молодо. Я задалась вопросом, где же она была сегодня…

— Что это? — сказала я, когда мы поднялись дальше, приближаясь к золоченой раме, в ней не было картины, просто доска под ней с именем «Рафаэль».

— Рафаэль. Он как ты говорила «в немилости». — Лука обернулся ко мне, продолжая говорить низким голосом. — Помнишь, мы говорили о нём, когда ты впервые встретилась с моей семьей?

— Он…сумасшедший?

— Так они сказали. — Лука осмотрелся по сторонам, проверяя одни ли мы. — Но никто точно этого не знает. Он всегда был немного…непостоянным.

— Так они убрали его портрет, чтобы преподать ему урок?

— Это просто жест, — сказал Лука. — Селеста должна показать пример, но она обожает Рафаэля.

Дальше поднимаясь по лестнице, я заметила, что еще одного портрета не хватает. Под ним даже не было имени. Я вопросительно посмотрела на Луку.

— Отец Рафаэля, муж Доркас: Габриэль, — сказал он. — Никто не знает точно, что с ним случилось. — Лицо Луки слегка побледнело.

— Печально. — сказала я, переняв скорбное выражение Луки. Он кивнул, но продолжил подниматься вверх по лестнице.

В верхней части лестницы была большая планка и дверь с двойным фасадом. Два белых стулья стояли по обе стороны от неё. Я взглянула на Луку.

— Приемная Селесты и Кадмия, — прошептал он, взяв меня за руку и потянув меня за собой. Он твердо постучал, но не последовало никакого ответа. Мы посмотрели друг на друга. — Позволь мне показать тебе это…неналго. Вид тут захватывающий.

Он осторожно открыл дверь и свет, который затопил комнату был ослепителен. Во всю противоположную стену было окно с видом на полуночно-синее небо, почти-полную луну и верхушки кедров.

Длинный деревянный сервант с рядами ящиков стоял против одной стены, в то время как в середине комнаты был большой круглый стол, с фотографиями. Я подошла к нему, мои глаза захлестнули все изображения.

Семейные фотографии. Тут была Селеста с дочерьми, с ребенком на руках, Кадмий и мальчик около тринадцати-четырнадцати лет. Сказать, что он выглядел ангельски — было бы огромным преуменьшением. У мальчика были длинные, вьющиеся волосы и он был одет в бледно-голубую мантию. Его волосы выглядели сыро и свернулись вокруг его шеи и плеч, как будто он недавно поплавал; маленькие капли воды сидели у него на лбу. Он выглядел серьезным, с ркой отца обернутой вокруг его шеи. Я подошла ближе. Нечто в этом мальчике привлекло мое внимание.

— Это Рафаэль, — сказал Лука спокойно. — Он выглядит мило, правда? Тогда он только начал становиться странным…

Я ничего не сказала, продолжая смотреть на образ отца и сына. Я не могла объяснить, почему я не могла оторвать глаз от этого фото — но Рафаэль был очень красив, так или иначе. Сдвинув взгляд, чтобы посмотреть на Кадмия, я увидела, что его глаза были такими же, по цвету и форме, как и у его сына.

— Где его отец? — спросила я. — Габриэль?

— Габриэль просто исчез к тому времени, — Лука покачал головой. — Рафаэль воспринял это очень тяжело.

— Бедный парень, — нахмурилась я.

Звук шагов на лестнице поразил нас, и я рванула, уронив что-то со стола. Что-то выпало из-за фотографии Кадмия и Рафаэля.

— Быстро, — сказал Лука. — Мы должны уходить. — Он повернулся к двери. Я оглянулась на вещи на полу. На другую фотографию, рыхлую, которая должно быть скрывалась за одним из кадров.

— Не беспокойся об этом, — неопределенно сказал Лука через плечо. — Мы действительно не должны здесь находиться.

Тем не менее, я схватила фото, собираясь положить его обратно на стол, но когда Лука открыл дверь, я передумала, заправляя его так быстро, как могла в верхнюю часть рукава, где он прошелестел против моей кожи.

Я метнулась за Лукой, и мы вышли на лестничную площадку, немного оттдышаться.

Снова раздались шаги и фигура оказалась почти в конце лестницы. Знакомое платье из серебрянного тюля и кроткая улыбка были ниже нас.

— Лука, — сказал мягкий голос. Это была Селеста, которая держала ключи в одной руке и стакан воды в другой. Опять она нежно посмотрела на Луку.

— Я показывал Джейн галерею, — нервно сказал он. — Мы зашли слишком далеко. — 'Он снова взял меня за руку, успокаивающе. И мы пошли вниз, чтобы встретить её там, где она стояла.

Селеста, кажется, даже не проявила подозрительности. Вместо этого она подарила мне свою знаменитую «рекламную» улыбку, полную тепла.

— Твоя мать должно быть очень счастлива, — сказала она, переводя взгляд с меня на Луку. — Я надеюсь, вы наслаждаетесь обществом друг друга? Вы красивейшая пара.

— Да. — Покраснел Лука. Я взяла его за руку, будучи не уверенной в том, должна ли я каждый раз делать реверанс при встрече с Селестой.

Селеста начала свой спуск, Лука и я шли за ней, но когда она достигла пустого портрета её сына и внука, она остановилась. Она протянула руку, чтобы с нерешительностью проследить имя на табличка Рафаэля.

— Я потерпела поражение, Лука, — сказала она тихо. Она повернулась, чтобы взглянуть на нас обоих. — Ты помнишь Раффи? Вы двое были близки…когда были детьми.

Я выстрелила взгляд в Луку, который молчал.

Лицо Селесты потемнело. — Маленький Раффи, — пробормотала она. — Слишком эктивный и чувствительный.

Я аккуратно дотронулась до моего рукава, чувствуя фотографию — она по-прежнему была на месте.

Она покачала головой, поправляя декольте с одной стороны, а затем приподняв юбку

Мы все двинулись вниз в зал.

Когда мы достигли низа лестницы, мы услышали ревушие звуки из бального зала, она сделала еле слышимый вздох перед нами и начала свою речь.

— Время танцев…и после будет выступление, — сказала она, сухо. — Я надеюсь, что все гости будут наслаждаться этим вечером.