Sorceress - Жрец тёмного бога

Круг отражения не имеет никакого отношения к тому, что я могу видеть свет. Интересно они это видят. Судя по лицам, нет. И Джанн тоже.

— Из огня да в полымя. — Я улыбнулся, продемонстрировав ей весь свой набор зубов (любая щука обзавидуется). Джанн поманила меня из фонтана. Не хочу, но капризничать — смешно. Струйки воды побежали по мрамору. Я тряхнул плащ и забрызгал Джанн.

— Э-э. И как мы будем тебя сушить?

— Высохнет само, и быстро. — На скептическую мину я не обратил внимания. — Зачем тебе платок?

— Узнаешь, и быстро. — Ну-ну. — Это нам надо было в городе? — Джанн кивнула на бассейн.

— Нет. Когда будет то самое, я скажу. Что-то случилось? — Она хотела отмахнуться, но передумала.

— Что-то происходит в городе, я чувствую. — Пустое знание, бесполезное.

— Нас это не коснётся. Не стоит тратить внимание на лишнее, может не остаться места для нужного. — Я обернулся к площади и рыночной толпе. Раньше мне казалась это странным, чужим, противно липнущим к коже, взгляду, слуху. Теперь можно забыть, площадь существует в другом измерении.

— Мне не нравится когда ты такой… — Джанн поморщилась и приготовилась ждать.

— Какой? — Это похоже на ритуал. Мне хорошо сейчас.

— Не по-человечески. — Да. Хотелось пропеть это короткое слово.

— Тебе есть что сказать? — Вопросительно изогнулась бровь. — Точнее ответить. Ты ждёшь, когда я услышу. — Она беззвучно протянула «О». Как будто произошло желаемое, но вряд ли достижимое.

— Нас не коснётся, потому что я узнаю вовремя и обойду. — Объясняет как мальку, если бы не ехидные интонации в голосе. О деятельности Джанн мне известно мало, но в эффективности не сомневаюсь.

— Кстати, про фонтан… — Я стоял лицом к нему, теперь вода выглядела обычной.

— Как знала, что ты спросишь. Такие фонтаны стояли в Храмах природы. Они есть по всему Ллиерииму. Храмы разрушили жрецы нынешних богов, но фонтаны, которые есть суть, не смогли. То есть смогли, но они восстанавливаются. Причём ничего божественного тут нет. — Есть. Они одной природы, сосредоточение силы. Просто кто-то когда-то нашёл силовые узлы мира и придал им форму. Под защитой такого фонтана ни один пришлый бог-узурпатор не сможет меня достать. А вот боги, рождённые этим миром, могли ими управлять, и тот в Замке тоже. Мда, не тяну я на местного бога, чтобы приказывать этой воде. Но она приняла меня…

— Джанн, я не понимаю…

— Что? — Излишне быстро. Молчание прервано, и она рада этому. Мной прервано, ей надоело ждать.

— То что я увидел в чём суть, его заслуга. И это не было наследством, иначе проявилось бы сразу. — Это похоже на…

— Рао, закончи мысль. Я не слишком понимаю ситуацию с богом, чтобы догадываться, что ты имеешь в виду.

— Джанн, он отлично знает: я приду в замок. А фонтаны никак этому не помогут…

— Хочешь сказать, зачем ему тебя умасливать, если всё равно никуда не денешься?

Джанн, этим кухонным жаргоном ты… ты заставляешь меня злиться, и моя меланхолия рассыпается тающими осколками. Тоже мне, знаток чужих душ. Пол хвоста даю за то, что она усмехается.

— Можно и так сказать.

— Ахерэ, ты не думал, что бог из замка, только что проснувшись, был немного не в себе, а во-вторых, рад тебя видеть. Я бы на его месте тоже с писком вцепилась в такого благодетеля. А кто-то, с перепугу, его копытом. Подумай, может ли быть у этого имени другие значения. Но думаю, даже если нет, то имелась в виду твоя принадлежность к хаосу и способность принять его силу. Между прочим, с твоих слов предположение. — Рассудительно.

— Ты с Келлой на эту тему не общалась?

— Я с ней согласна. Рошиан говорил, что после того случая он часто бывает рядом с тобой, но не заговаривает, не хочет навредить ещё больше. И подкидывает мелкие радости, в которых ты даже не замечаешь его причастности.

— Какие это?

— Например, серое утро. Потому Рошиан не стал применять силу, что бог был рядом. — Ммм.

У него была масса возможностей достать меня. Джанн права, но я по-прежнему не хочу идти на контакт. Почему? А потому что это сразу выдаст меня остальным богам. Если Гория это тоже заложил в мою голову. Накладочка вышла. Идти к тому, кого надо избегать. Ещё бы чуть-чуть и меня переклинило. Спасло, что сознание слоёное и хорошо контролируемое. Изнутри контролируемое. Фокус в том, что это будет постоянно мешать и разобраться где реальная опасность, а где запрограммированная почти невозможно.

Ты слышишь меня? Насколько я понимаю, здесь нынешние боги не властны. Не совсем, Каэранн. Ты можешь общаться со мной, только подделывая мои мысли? Круг отражения. Это отнимает много сил. Почему Каэранн? Много причин и грустная улыбка. Ты всегда меня слышишь? Нет, место особое. Я ухожу. Волна по телу заставляет вздрогнуть: что-то слишком личное. Странно для того, кто привык держать дистанцию и не любит неуправляемых порывов. О себе в третьем лице… Достаточно.

— Тебе плохо? — Джанн была близко, легко касаясь пальцами локтя. Я заметил, что прижимаю ладони к животу, медленно оседая на пол. С губ сорвалась злая усмешка.

— Нет, Джанн, всё в порядке. Просто я не знаю как к этому относиться. Не спрашивай. — Джанн выдохнула приготовленный для вопроса воздух. В следующий раз только с моего согласия! Он не захотел услышать и дал понять это.

— В порядке? Как хочешь. — Джанн взяла меня за плечи и развернула к площади. — Ты заметил: сейчас вечер. И мы не собираемся ночевать здесь. — На площади вяло переругивались остатки горожан. Было ещё достаточно светло, чтобы не выглядеть подозрительными, но это не надолго. Джанн положила ладони на мои уши. Не люблю, когда их трогают.

— Стой так.

— Что ты хочешь… — Она надела на меня платок, завязав его сзади. Так вот зачем он ей нужен. А мне? — Джанн…

— Человек, полностью завёрнутый в плащ, выглядит в городе несколько неуместно, как и твои уши. — Не нравится мне это. Я потряс головой.

— Рао, не капризничай, неудобно с непривычки. Зимой же ты в шапке ходишь. — На архипелаге не те зимы. Придётся смириться с необходимым злом в виде косыночки. — И вообще, тебе очень идёт. — Вроде не издевается, хотя кто её знает. Я попытался поднять край выше, но получил по рукам.

— Шевелюра такого цвета здесь тоже не в ходу, а это всё-таки большой порт и надеяться на незнание признаков рас не стоит. Поймут двое из сотни, уже чревато последствиями.

— Так, как будто не поймут.

Мы остановились на постоялом дворе недалеко от рыночной площади. Мне он не нравился, хотя причин к этому вроде не было. И косыночка на глаза съезжает. Джанн ушла рано утром, даже сказала куда и зачем, но я тогда спал и не помню.