Илона Эндрюс - Маленькая магия Грейс

Громадное тело Наззара накренилось, он повернул и взял курс на Башню.

Разок облетев вокруг родового гнезда, Наззар спикировал к балкону и выпустил Грейс из когтей прямо над ожидавшими внизу людьми. Множество рук подхватили ее и опустили на землю.

В сумрачном небе Наззар взмыл вверх, а затем устремился вниз. Собравшиеся расступились. Темнокожая женщина схватила Грейс за талию и отвела в сторону с легкостью, с которой взрослый управляется с ребенком.

Наззар пикировал вниз. Громадные когти скользнули по балкону, и он влетел в комнату. В воздухе кружили перья. Он, пошатываясь, выпрямился.

— Оставьте нас.

Люди поспешили прочь, и через миг комната опустела.

Грейс обхватила себя руками. Там, в вечернем небе, она промерзла насквозь, даже кости словно обледенели и зуб на зуб не попадал. Она закрыла ведущие на балкон двустворчатые двери.

Большая комната прямоугольной формы была обставлена просто, но изящно: стол со стульями, широкая кровать под синим балдахином, книжный шкаф, несколько старинных, прочных кресел у камина. Пара электрических настольных ламп освещала помещение мягким желтым светом. На полу лежал шелковый восточный ковер.

Наззар расположился перед камином. Ярко-оранжевый огонь отбрасывал блики на перья и золотил их. Казалось, оперение стало короче, а челюсти уже не так выдавались вперед.

По ковру Грейс прошла к огню и, жадно впитывая тепло, остановилась перед камином. Она никак не могла отделаться от ощущения, что попала в сказку, такой нереальной казалась ей действительность.

— Ближайшие несколько дней вы будете жить в этой комнате, — сказал Наззар.

— Вы даже не представляете, как странно я себя чувствую, — пробормотала она.

— Расскажете почему? — Он изучал ее своими умными глазами.

— В моем мире люди не превращаются в… в такое. — Жестом она показала на него. Точно, перья стали короче. И он сам немного уменьшился. — И не летают по воздуху, разве что на параплане или другой оснащенной двигателем металлической конструкции. Никто никого не пытается убить с помощью машин. Ни у кого нет таинственных замков, замаскированных под голые поля.

Раздался осторожный стук в дверь, и Грейс умолкла.

— Это ваша комната, — тихонько напомнил Наззар.

— Войдите, — сказала Грейс.

Вошел мужчина, который катил перед собой маленький столик на колесах с чайником, двумя чашками, сахарницей, кувшином со сливками и блюдом с печеньем. Когда он проходил мимо Грейс, она заметила у него на поясе короткий меч в ножнах.

— Сэр, ваша сестра предложила чай.

— Очень мило с ее стороны.

Мужчина поставил столик, улыбнулся Грейс и вышел.

Грейс налила две чашки чая.

— Полагаю, в вашем мире люди и чай не пьют? — поинтересовался Наззар.

— Чай мы пьем, — вздохнула Грейс. — Только не всегда его подает слуга, вооруженный мечом. Сливки?

— Сахар с лимоном, пожалуйста.

Наззар вернулся к нормальным размерам. Перья стали похожи скорее на шерсть, а лицо стало почти совсем человеческим.

— Куда деваются ваши перья?

— Я их преобразую для восполнения затраченной энергии. Подобные превращения даже мне даются нелегко. — Он опустился в кресло, взял пушистыми пальцами чашку из рук Грейс и пригубил. — Прекрасно. Благодарю.

— Я живу ради того, чтобы прислуживать.

Губы Наззара сложились в уже знакомую ей полуулыбку, и он сказал:

— Почему-то я сильно в этом сомневаюсь.

Грейс скользнула в другое кресло и сделала глоток потрясающе горячего чая, изрядно сдобренного сливками. По телу разлилось жидкое тепло. Вновь ее окатило магией Наззара, но она не одну милю пролетела, окунувшись в нее, и уже без протеста восприняла ее прикосновение. Она так страшно устала.

— Все это мне снится. Я проснусь, и видение растает. И я вернусь к своим незначительным обязанностям.

— А чем вы занимаетесь?

Грейс пожала плечами. Он наверняка знал об этом. Ведь клан, членом которого он являлся, в течение многих лет составлял картотеку на ее семью. Когда чем-то владеешь, обращаешь внимание на свое хозяйство. Возможно, он знал даже размер ее белья и то, какой степени готовности стейк она предпочитает.

— Почему бы вам самому не ответить на этот вопрос? — съязвила она.

— Вы специалист по подбору персонала и находите работу другим. Вам это нравится?

— Да. Порой скучновато и тяжело, но зато я помогаю людям.

— Вы не знали об обязательствах своей семьи?

— Нет. — Грейс снова наполнила свою чашку.

— Когда вам стало об этом известно?

— Три дня назад.

— Было ли это неожиданностью?

— Да, — призналась она. — О существовании магии я знала всегда. Едва родившись, я уже ее ощущала. Сначала мне говорили, что я необычайно чувствительное дитя. Потом, когда я подросла и смогла понять, что необходимо держать знания при себе, последовали более мудреные объяснения. Присутствовавшая в моем мире магия весьма незначительна. Например, я чувствую, что опоздаю на автобус. В школе я обычно предвидела, сколько баллов получу за тест, но ни разу точно не могла предсказать ничего более существенного. Если очень сильно сосредоточусь, то могу напугать животных. Однажды за мной погнался пес, я ужасно испугалась и сделала так, чтобы от меня удирал уже он.

Грейс снова отпила чаю и продолжала:

— Вот такие мелочи, главным образом бесполезные. Я полагала, что все, кто пользуется магией, действуют примерно как я: держат свои скудные способности в тайне. Никогда не предполагала, что люди могут летать в открытом небе. Или ходить по многолюдным аэропортам так, чтобы их никто не видел. Моя мама закупает ткани. Дядюшка — механик и очень любит оружие. Отец во всех отношениях абсолютно нормальный человек. Они с мамой развелись, когда мне было восемнадцать. Он руководит сменой в мастерской по ремонту колес.

Грейс опять принялась за чай. Мысли у нее затуманились, в мягком кресле было так тепло и комфортно.

— Когда дядя Джеральд рассказал мне эту дурацкую историю о кровном долге, я ему сначала даже не поверила.

— Что же вас убедило?

— То, что он был напуган. Дядя подобен скале во время бури: в стрессовой ситуации всегда сохраняет спокойствие. Я никогда не видела, чтобы он до такой степени потерял душевное равновесие.

Тут Грейс зевнула. Ее совсем разморило.

— Думаю, мама надеялась на то, что мне никогда не придется заниматься этим.

— Неудивительно, — тихо заметил Наззар. — Нас вечно подстерегают опасности. Полагаю, что любая мать непременно постарается оградить свое дитя от таких, как мы.

— Я бы тоже так поступила. — Грейс охватила дремота, она поставила чашку на стол и свернулась клубочком прямо в кресле. — Даже несмотря на то, что ваш мир такой…