Илона Эндрюс - Маленькая магия Грейс

Наззар некоторое время размышлял, потом ответил:

— Согласен.

— Договор? — Брови Аласдейра поползли на лоб. Он был худощавым и жилистым, двигался порывисто, смотрел колко. Если Наззара можно было сравнить с мечом, то Аласдейра — с кинжалом.

— Я согласна сделать все, что в моих силах, чтобы помочь вам. Вы же взамен на пять лет оставите мою семью в покое, — пояснила Грейс.

Аласдейр поморщился и сказал Наззару:

— Неслыханная щедрость, учитывая, что они натворили. Мы им ничего не должны.

Заслуженная награда за полноценное сотрудничество, — пожал широкими плечами Наззар.

Грейс присела на скамью и спросила:

— Что именно мы натворили?

— Разве вам неизвестно? — Аласдейр передал ей тарелку с булочками.

— Нет.

Темноволосый бросил взгляд на Наззара, который снова пожал плечами и сказал:

— Расскажи.

— В конце девятнадцатого века между вашей семьей и нашим кланом возникли разногласия, — начал Аласдейр.

— Другими словами, мы друг друга убивали, — уточнила Грейс, которая уже научилась разбирать их шифр.

— Именно. Ситуация грозила окончательно выйти из-под контроля, поэтому наши семьи договорились покончить с ним. Мирный договор подкреплялся бракосочетанием. Член нашей семьи, Джонатан Маллиард, должен был жениться на Тее Дреочи.

— Он был братом вашего прапрадеда, — вставил Наззар.

— Все шло отлично, — продолжал Аласдейр. — Бракосочетание отметили в одном из излюбленных торжественных залов Маллиардов в прекрасном старинном отеле. Все ели, пили и веселились. Молодожены поднялись наверх, в свои комнаты, и там Джонатан достал нож и перерезал Tee горло.

Грейс замерла, не успев донести булочку до рта, хотя ожидала услышать что-то в этом роде. Ввергнувшее ее семью в вечную кабалу преступление должно было быть ужасающим. Но рассказ все равно потряс ее до глубины души.

— Убийца почти два часа просидел рядом с остывающим трупом, — рассказывал дальше Аласдейр, — пока не стихло веселье. Потом он и несколько мужчин и женщин из семьи Маллиард ходили от двери к двери по отелю и убили сестру Теи, ее мужа и двух дочерей-близнецов, которые держали букет во время венчания. Они убили родителей Теи и двух ее малолетних братьев. Они убили бы всех, но адвокат Дреочи застал их за кровавой резней и поднял крик. Наша наступательная магия всегда была сильнее, и мы находились в защитных укрытиях вашей семьи. Побоище было страшным, кровь лилась рекой. Все члены семьи Маллиард в итоге были убиты. Кроме Томаса Маплиарда, которому тогда было четырнадцать лет. Юнец спрятался в туалете, и его нашли только на следующий день, когда бойня закончилась. Так как Томас был еще ребенком и не принимал участия в резне, ему предоставили возможность выбора: смерть или пожизненная подневольная служба всех его потомков. Поэтому теперь вы работаете на нас.

Грейс стало дурно, и она молчала.

— Хотите что-нибудь сказать? — спросил Аласдейр.

— Воистину ужасно, — выдавила она.

— Да, вы правы.

— И все-таки я никогда не была знакома с Джонатаном Маплиардом. Даже имя его услышала впервые от вас. То, что произошло, ужасно, и я понимаю, что моя семья несет ответственность за содеянное, но я никого не убивала. Лично я ни разу не доставила вам неприятностей, как и моя мать, дядя и прапрадед, который спрятался в туалете. — Она постаралась сделать так, чтобы ее голос звучал спокойно и рассудительно. — Я не причинила вам вреда, и все же вы ограничиваете мою свободу и вынуждаете рисковать жизнью из-за преступления, совершенного век назад человеком, с которым я ни разу не встречалась. Наша семья служит вам более ста лет. Рано или поздно долг будет выплачен. Как вы думаете, когда это произойдет?

— Никогда, — отрезал Аласдейр.

Грейс показалось, что она получила пощечину. И, взглянув на Наззара, спросила:

— Так вот каков ваш стиль действий? Вы свалили всю вину за кровавую резню на четырнадцатилетнего ребенка, который прятался в туалете? Из-за того, что он не смог удержать взрослых от убийства, вы решили наказать всех его потомков пожизненным рабством?

— Пожизненным — слишком сильно сказано, — поправил ее Наззар. — С тех пор как я пятнадцать лет назад взял на себя ответственность за руководство кланом, я вызывал ваших всего четыре раза.

— Нам приходится мириться с мыслью, что нас могут вызвать в любую минуту, и мы будем вынуждены рисковать жизнью ради незнакомцев и, может, никогда не увидим наших любимых. Отказаться мы не можем — повиновение или смерть. Хотелось бы вам так жить?

— Нет, — признался Наззар.

— Скажите, когда мы расплатимся за это? — спросила она.

— Нам выгодно настоящее положение дел, — заметил Наззар. — Ваше освобождение противоречит нашим интересам.

— Понятно. Тогда я сама избавлю нашу семью от кабалы.

— Правда? — усмехнулся Аласдейр. — И каким же образом?

— У дяди нет детей, я единственное дитя у матери. Насколько мне известно, я последняя из Маллиардов. Мне остается лишь проследить за тем, чтобы наш род прервался. — Тут Грейс встала. — Кажется, я видела неподалеку уборную. Мне нужно умыться.

— Вторая дверь направо, — подсказал Наззар.

— Извините.

Грейс оставила их. Когда она шла, у нее немного дрожали колени и лицо горело.

Наззар смотрел, как по извилистой дорожке удаляется фигурка Грейс.

— Ничего себе, — подивился Аласдейр.

— Да уж!

— Думаешь, она так и сделает?

— Она же из Маллиардов.

Наззар подумал, что прежде замечал такую же решимость в глазах матери Грейс. Видимо, та же несгибаемая сила воли руководила убийцами, творившими злодеяние в ночь бракосочетания сто лет назад. Она давала возможность Джанет, матери Грейс, сухо нести службу и заставляла саму Грейс восставать против нее. Сомнительно, что она пойдет на открытое неповиновение, пока жива ее мать и Джеральд, но по тому, как она держится, и по выражению ее лица и глаз, по голосу Наззар понял, что она скорее выберет бездетную жизнь, чем обречет своих отпрысков на «службу» клану Дреочи.

— Тебе она нравится, — констатировал Аласдейр.

— И что с того?

— Почему бы тебе что-нибудь не предпринять?

Дисбаланс сил так велик, презрение и антипатия Грейс к клану Дреочи столь очевидны… Наззар снял с плеча полотенце, опустился на скамью и ответил:

— Потому что она не может сказать «нет».

Когда Грейс вернулась, Аласдейр уже ушел и Наззар сидел в одиночестве. Грейс решила, что легче признать очевидное. Порой видишь кого-то на улице, ваши глаза встречаются, и ты инстинктивно чувствуешь, что между вами что-то есть. И это «что-то» Грейс чувствовала по отношению к Наззару.