Николай Туканов - Голова оборотня

– А сейчас?

Ратта улыбнулся:

– Мы усвоили урок и кое-что предприняли.

– Благодарю за уделенное мне ваше драгоценное время и чудесное вино. А форель достойна находиться на пиру короля, – сказал Мерги, давая понять, что его ничего больше не интересует.

– Еще будут вопросы – обращайтесь, – ответил Ратта.

Сапожник покинул кабинет правой руки гильдии нищих с мыслью, что это дело ему не по зубам. Искать остывший за полтора года след – все равно, что расписаться в собственном скудоумии.

Мерги не спеша шел по улицам Сар Берата, с любопытством рассматривая людей и здания. «Давненько я не был в Берате», – подумал бывший сапожник. «Почти шестнадцать лет… А город почти не изменился. Только зелени больше стало и урдаланцы чаще в толпе встречаются».

За прошедшее время центральная часть города почти не изменилась: широкие мощеные улицы, общественные здания, отделанные дорогим ларморским и леркатским мрамором, городские площади со статуями великим и не очень бератцам, тенистые парки с фонтанами и скамейками, огромные особняки аристократов и разноязычный гомон толпы, заполнявшей огромный город.

Вдали виднелись золотые шпили королевского дворца. Холмистая местность, выбранная более семисот лет назад Керсалом Первым для строительства новой столицы своего королевства и ставшая сердцем Сар Берата, за прошедшие затем два века окончательно приняла свой нынешний вид: на вершине самого высокого, Храмового холма, располагался крупнейший храм Линна. Здесь же располагались святилища остальных одиннадцати богов и жилища жрецов.

Самый большой, Королевский холм, лишь немногим уступавший по высоте первому, был застроен дворцами королевской семьи и самых знатных людей Берата, и был знаменит своими прудами и тенистыми парками, в которых любила отдыхать Мара – мать нынешнего короля. Здесь же располагался и роскошный, больше похожий на дворец, особняк Фегана – первого мага государства.

Следующие два холма, Гвардейский и Магический, почти примыкавших к Королевскому, делили между собой королевские гвардейцы и маги. Два других холма занимали особняки очень знатных семейств, чьи представители имели счастье располагаться на генеалогическом древе на одну ступень ниже королевской семьи и ее ближайших родственников – младшая, южная ветвь Керсалов, была очень влиятельна и многочисленна. На меньшем по размеру холме, но ближе расположенном к дворцу Керсала, обитали более знатные семейства, оставляя менее родовитым родственникам холм, имевший в народе нехорошую славу – поговаривали, что в древности здесь казнили преступников.

Последний, седьмой холм, самый маленький и практически плоский занимали жилища людей, когда-то оказавших неоценимые услуги королевству. Дома здесь не передавались по наследству, а возвращались к королевской казне после смерти их верных короне владельцев.

Все холмы связывали между собой очень широкие дороги, где спокойно могли разъехаться четыре экипажа. Хорошо спроектированная система водостока работала даже в самый сильный дождь.

Четыре моста – Купеческий, Ремесленный, Рыночный и Урманский соединяли Семихолмье с остальными частями города. Последний из них, перекинувшийся через широко раскинувшуюся и медленную реку, вел в загородные имения аристократов и богачей и дальше шел на восток – в Урман, некогда крупнейшую и богатейшую провинцию империи.

Погуляв часа полтора Мерги купил у торговца два пирожка с мясом, присел на скамейку в небольшом парке и рассматривая прохожих, продолжил размышлять как достать тысячу ларрисов.

«Занять огромную сумму денег не стоит даже пытаться – такие суммы ссужают только аристократам, магам и богатым купцам», – подумал авантюрист, медленно пережевывая мясо. «Последним и то не всегда. Поэтому прибегнем к воровству. Аристократы, маги и крупные купцы отпадают сразу – остаются торговцы и купцы средней руки и, быть может, целители».

Величина суммы, требуемой гильдией бездельников, делало и это предприятие чрезвычайно рискованным. Тысячу золотых люди не носят с собой, а хранят в крепких сундуках под защитой магии в доме, окруженном крепким забором и имеющем защитные заклинания. Поэтому следовало и самим запастись магическими кристаллами и тем самым постараться уменьшить риск отъема чужого золота.

Бросив крошки стоявшему рядом пестрому голубю и, не заметив соглядатаев из гильдии нищих, Мерги направился в южную часть города, где обычно селились купцы, торговцы, зажиточные ремесленники и не слишком сильные маги. Впрочем, лезть к магам или ремесленникам Мерги не собирался. К первым – потому что это было глупо и смертельно опасно, а вторые вряд ли держали дома такие огромные суммы. Оставались богатые торговцы.

«В крайнем случае, если не удастся достать тысячу в городе, поищу виллу за городом», – подумал Мерги, рассматривая богатые лавки, расположенные на первых этажах торговцев и купцов – земля в столице стоила дорого, особенно в черте первого вала.

В многочисленных мастерских кипела работа – труженики создавали истинное богатство города, которое успешно проматывалось в западной его части. Стук молотков, запах кожи, дерева, звук вращающихся кругов гончаров и токарных станков с ножным приводом сопровождали главу авантюристов до границы с торговыми кварталами, и напоминая о молодости, проведенной за дратвой и шилом. В ремесленных кварталах было мало праздношатающихся, которые предпочитали торговые кварталы южной части города и кичащиеся богатством западные. Мерги невольно ускорил шаг, стараясь быстрее выйти к границе ремесленных кварталов.

Торговые кварталы находились главным образом рядом с главными воротами столицы. Наиболее богатые и престижные располагались у Западных ворот, откуда выходил тракт в Урдалан, и тянулись до границы с кварталами, где обосновались богачи, мелкие аристократы, жрецы и сильные маги.

Чистые прямые улицы, трехэтажные дома из красного кирпича и светильники через каждые пятьдесят шагов были визитной карточкой этих богатых, престижных и безопасных районов столицы. В самых престижных кварталах купцов фонари располагались через двадцать шагов – забота о собственной безопасности и сохранность товара ценилась купцами выше всего. Здесь же располагались храмы Киргала и Рипуза – бога торговли и покровителя путешественников…

Идя по улицам столицы, сапожник рассматривал лавки, мысленно прикидывая, как сподручнее в них залезть.

Пропустив карету вельможу в сопровождении всадников – телохранителей, который как заведено у их братии, куда-то сильно опаздывал, Мерги продолжил свой путь и, заметив лавку, продающую инструмент для мастеров, купил нехитрый инструмент сапожника: холщовую сумку, дратву, пару шил, иголок, катушку крепких ниток и рыбий клей. Вскоре сапожник вышел на длинную улицу ювелиров и золотых дел мастеров.