Ольга Силаева - Небо на снегу

   Тэри выступила вперед.

   - Мы хотим добраться до Эвера на ваших спинах, - тихо сказала она. - Можно?

   Единорог не шевелился. Тэри протянула руку и коснулась его шеи.

   - Идут... - прошептал Холвир.

   Под шелест листьев к нам шли остальные единороги. Повеяло теплом.

   Холвир легко оседлал ближайшего единорога. Тот даже не сдвинулся с места, лишь чуть наклонил голову. Из-за скалы выглянуло солнце, и теперь мы стояли в ярком круге белизны и бликов, будто странники на облаке. Фор шагнул вперед. Я двинулась за ним. Тэри с улыбкой протянула к единорогу вторую руку.

   И отпрянула.

   Единороги взвились, как волны в шторм. Тэри едва успела отскочить. Холвир кувыркнулся назад, но ему не дали вскочить на ноги: единорог поднялся на дыбы и отбросил молодого паладина к скале. Нас теснили к ущелью.

   - Кажется, у нас проблемы, - сообщил Северн. - Мы вообще отсюда выберемся?

   - Что-то не так, - произнес Холвир, поднимаясь. - Единороги боятся лишь теней. Но их здесь нет. Тогда что?

   - Темная свеча, - холодно сказал Фор. - Кто-то из нас вынес осколок из крепости.

   Холвир и Тэри одновременно повернулись к Северну.

   - Я?! - возмутился бард. - Мне пока еще жизнь не надоела!

   - Ты мог подобрать камень, не зная, что это он. - Холвир поморщился, прижимая руку к животу. - Или осколок попал кому-то в ботинок, в котомку, в капюшон плаща.

   Единороги стояли полукругом, выставив рога. Сейчас они уже не напоминали величественных древних животных. Скорее, готовящихся к прыжку быков.

   - Нужно вернуться в ущелье и перетряхнуть вещи, - решительно сказала Тэри.- Найдем осколок темной свечи, выбросим, и единороги нас примут.

   - Есть лучший выход. - Фор откинул волосы со лба. - Отступить и выйти к ним поодиночке. Тогда мы узнаем, кого они отвергают.

   - Хорошо. - Холвир кивнул. - Давайте так и сделаем.

   Мы отступали в ущелье спиной вперед. Единороги не двигались: острые рога по-прежнему были нацелены на нас.

   - Они так смотрят! - выдохнула Тэри, когда мы оказались в середине ущелья. - Холвир, ты не ранен?

   - Уже нет, но на рану ушли все мои силы, - ответил Холвир. - Нам не стоит идти через пустыню пешком: если поблизости бродят разбойники, мы будем беззащитны.

   - Значит, возвращаемся, - сказала я. - Я пойду первой.

   Через ущелье я прошла не останавливаясь. Над поляной по-прежнему колыхались тополя, и шерсть единорогов искрилась на солнце. Двое зверей лежали в тени. Еще один склонился над травой и пил ее, как воду.

   Единороги не обращали на меня внимания. Вдруг один из них сделал шаг в мою сторону. Потом еще один. Когда он подошел совсем близко, я машинально протянула руку. На ощупь шерсть единорога казалась скользкой, как лебединые перья, и теплой, как пламя в очаге.

   Сзади послышались шаги. Я обернулась. Ко мне, пошатываясь, шел Холвир. Единороги расступались перед ним. Самый высокий склонил голову, и я заметила пятнышко крови на блестящем роге.

   - Словно он извиняется, - сказала я.

   - Так и есть.

   Мы отошли в сторону. Минутой спустя из ущелья появился Северн.

   - Вот и я, - заявил он преувеличенно бодрым тоном. - Не ждали?

   Двое единорогов отвернулись. Третий сделал несколько шагов в нашу сторону, словно спрашивая: что, и этот с вами?

   - Кажется, пронесло, - вздохнул Северн, вставая рядом. - Ну, кого ждем?

   Единороги заволновались. До меня донесся странный звук: полукрик-полуржание, высокий и жалобный, как девичья песня.

   - Тэри должна была пойти последней, - встревоженным тоном произнес Холвир. - Во имя ордена, что там происходит?

   Я шагнула к ущелью, потом побежала. Северн в два прыжка оказался рядом.

   Фор лежал на земле. Рюкзак валялся в двух шагах от него, но единороги не обращали на его вещи никакого внимания. Белые и тонкие, они сгрудились вокруг Фора, и мне почудилось, что я слышу гудение, словно бормотание раздраженных пчел.

   - Если у вас есть идеи, лучше высказать их сейчас, - подал голос Фор с земли. - Похоже, они ждать не будут.

   - Разуйся. - Холвир подошел к ним. - Сними одежду. Что еще на тебе есть? Нож, вода, золото?

   Фор отстегнул от пояса нож, аккуратно положил на землю глиняную флягу и носком ноги сдвинул их к рюкзаку. Минутой позже туда же полетели и ботинки.

   Единороги не шевелились. Зверь, улегшийся под тополем, неспешно поднялся и побрел в нашу сторону. Гудение сделалось громче.

   - У меня больше ничего нет, - спокойным голосом заметил Фор, разглаживая отвороты брюк. - Не то чтобы я стеснялся, но...

   - Перстень, - вдруг сказал Северн. - Перстень жреца богини.

   Я перевела взгляд на своих спутников. Глаза Холвира вдруг вспыхнули.

   - Фор, верховный жрец вручил тебе перстень прямо в день твоего бегства, верно? Ты тут же надел его... и потерял силу.

   - Да... То есть нет. Такого просто не может быть.

   Фор поднес руку к карману рубашки. Медленно-медленно достал перстень. Ближайший единорог с фырканьем попятился. Солнечные лучи скользили по прозрачному камню.

   Неужели внутри - песчинка темной свечи? Приговор для любого жреца?

   - Не может быть, - повторил Фор. - Холвир, прости, но я не могу в это поверить.

   - И не надо верить, - раздался голос Тэри. - Любой ювелир даст точный ответ, как только мы доберемся до Эвера. А пока...

   Она протянула руки, и единороги расступились перед ней. Фор тихо поднялся и отошел, прихрамывая. Перстень остался лежать на земле.

   Послышался шорох травы: Тэри шла к единорогам, уводя их от украшения. Узкие морды льнули к ней, и белые гривы тянулись за ней, как пена.

   - Вы помните меня, - услышала я тихий голос Тэри. - Тысячу лет назад здесь бродил Гилетир. По его слову на юге появились паладины, чтобы сделать мир лучше.

   Единороги смотрели только на нее. Перламутровые рога качались, как мачты.

   - Но они изменились, - продолжала Тэри. - Грядет война паладинов с жрецами севера. Вторжение, в котором погибнут невинные люди. И тени, которых вы так ненавидите, затопят мир.

   Девушка встала на колени.

   - Я одна из его рода, - тихо сказала она. - Я хочу их удержать. Помогите мне.

   Мы ждали в молчании. На земле блестел перстень. Я взглянула на Фора: он был белее мела. Тэри не шевелилась.

   Наконец от белопенной стаи отделился единорог. Помедлил - и опустился на колени перед девушкой. Солнце коснулось ее волос, и темные кудри вспыхнули, как корона.

   Тэри погладила единорога по холке. Тот послушно подставил голову. Девушка просияла и взлетела на ноги.

   - Залезайте, - скомандовала она. - А я...