Александра Смирнова - Нареченная тьма

— Какая проблема, боже мой! — я всплеснул руками. — Это не играет никакой роли. Я — не просто эльф, Рин, не забывай. Эльф с человеческой душой, которая в прошлой жизни была принцем Темной Империи. Они меня хотя бы выслушают.

— Зачем тебе это надо? Только честно.

— Тельмен. В этом я виноват. Одной только светлой целительной магии не хватит, чтобы вылечить его. Да и просто темной магии будет не достаточно. Орки владеют обоими видами энергии. Я хочу научиться истиной, древней магии. Я хочу помочь.

— Каким образом? — фыркнул Рин. — Даже если ты — гений, и сможешь постигнуть азы этой самой древней магии, допустим, за год, к этому времени все будет бесполезно. Раны зарастут, Матиас. Что, заново его калечить? И потом, не существует магов, способных отрастить заново конечности. Я знаю, что мы с тобой часто встречали в легендах упоминания о том, что раньше эльфы умели регенерировать с такой силой. Но это просто легенды!

— Среди известных магам заклинаний такого нет, ты прав. Но темные маги создали одну технику — она называется заклинанием посмертного восстановления плоти. Подобные чары накладывают на трансмутированных вампиров, потому они могут восстанавливаться после громадных повреждений.

— Тельмен — не вампир. Я не позволю превратить его в нежить, даже если это исцелит его!

— Ты обещал не перебивать меня, но ты только этим и занимаешься! — вспылил я. — Да, техники некромагии и магии хаоса применили к мертвой плоти. Но существует магия, способная обмануть смерть. Так самая, о которой читала Сильвия, теневая магия. Если соединить эти аспекты, что-то может и получиться. Древняя магия потому такая могущественная, что не делит магию на хорошую и плохую, она использует все сразу, как зеленокожие. Я научусь, Рин. Я смогу, я уже много знаю о призывах и воплощениях. Но есть еще что-то, я это знаю. И мне нужен учитель. Если у меня получиться, я смогу вернуть Тельмену его прежний облик, и ногу, исцелить от любой раны!

— Хорошо, — медленно протянул эльф. — Допустим, я согласен, тебе нужно посетить острова. Я даже готов поверить, что у тебя получиться наладить контакт с орками и кобольдами. Но прошел целый год, и… ты понимаешь мой намек?

— Сильвия, — кивнул я. — И родители. Я знаю. Я собирался вместе с тобой вернуться в Зачарованные Леса на пару дней, но прежде мне надо посетить еще одно место.

— Н-да?

— Это меньше декады пути отсюда, если верхом. Но это необходимо, я должен забрать оттуда кое-какие вещи.

— И что это за место?

— Только не делай такое лицо, прошу! Это башня некромага, того, у которого я учился.

— К некромагу в гости?! Увольте, подожду тебя здесь! И не вздумай сбежать, Матиас!

— Его там нет, и башня фактически разрушена. Я его убил.

Ринелин очень странно посмотрел на меня.

— Ты так спокойно говоришь об этом… об убийстве.

— Рин, это самая естественная вещь в мире — смерть! Нет разницы, в чем её причина, от клинка врага или от старости, от болезни или яда — смерть есть смерть! Жизнь легко, очень легко потерять. Потому она и прекрасна!

— Ты меня пугаешь, — Рин покачал головой и присосался к кувшину. А потом задумчиво сказал:

— Знаешь, чему ты должен научиться? Создавать телепорты и пространственные коридоры!

— В процессе! — расхохотался я.

Я купил нам лошадей, уж какие были, благо денег от награды за уничтожение монстра хватало на многое. Рин умел ездить верхом, он имел собственного сильфа, и хотя духи ветра несколько отличаются от обычных лошадей, умея управлять одним, с другим вполне можно справиться. Я же за этот год тоже привык к этому способу передвижения, хотя и все же предпочитал пешее путешествие. Не знаю, может, потому что это давало кучу времени для размышления и разговора с духом, а я умудрялся не уставать даже после целых суток ходьбы. Это благодаря браслету.

Я наложил на нас маскировочные чары, освободив тем самым Айсера. Это тоже была моя разработка, потому едва ли поисковые импульсы могли взломать мои чары.

— А что, Айсер, ты выступаешь в роли учителя, да? — как-то спросил Ринелин.

— Временами, — неохотно ответил дух. — Моя обязанность — хранить знания Князя Тьмы.

— И ты все это помнишь?!

— Я не скован узами плоти, как ты или повелитель.

— Матиас?

— Айсер — дух, если точнее — сгусток энергии духа и теневой магии, плюс энергия души и разум, — пояснил я. — Он сам определяет, что ему помнить, а что забывать.

— Здорово. Тогда еще один вопрос — почему ты служишь Князю Тьмы?

— Не понимаю сути вопроса.

Я лишь вздохнул, поняв, что сейчас произойдет тот же самый разговор, что и полтора года назад, когда Айсер рассказывал мне о теневой магии и духах в частности. Неприятный, нелепый, но успокоивший мою душу.

— Он имеет в виду, почему ты, не имеющий плоти, тела, у которого остались только разум и эмоции, не ненавидишь того, кто сделал тебя таким, — сказал я.

— В точку, — кивнул Ринелин. — Я прошу прощения, если кого-то обидел, но мне кажется, что такое существование — ужасно. Вечные муки ада, которыми нас пугают — ничто по сравнению с этим. Если бы от меня осталась только душа, я бы не выдержал и года — не чувствовать тепла, голода, не испытывать потребности в сне и отдыхе, не иметь тела… Но все помнить и желать.

Айсер замер посреди дороги, заставив нас остановиться. Рин испуганно обернулся, еще раз извинился. Я избегал даже посмотреть на Айсера, потому что… потому что он тоже может чувствовать, хоть и мертв черт знает сколько лет. Потому что мне тоже казалось это невыносимым.

— Это закономерный вопрос, — наконец ответил мой хранитель. — Мне не нравиться на него отвечать, но я всегда даю честный ответ, и сделаю это сейчас.

— Прости, это было бестактно с моей стороны…

— Я правда не имею тела, но испытываю многие из ваших желаний. Но это никоим образом не тревожит меня. Я был убит в бою и воскрешен Князем Тьмы. Я бы сказал, что выбора у меня не было, но это не так. Я не просто забыл, я не помню прошлой жизни. Я не знаю, был ли я человеком или кем-то другим, я выгляжу, как первый Князь Тьмы, потому что он мне позволил это. Я знаю лишь, что я служил своему господину так же, как и сейчас. Может, дело в магии, которая делает меня заведомо лояльным и неспособным на ненависть и месть. А может, это из-за того, что старался и пытаюсь делать это сейчас — защищать дорогого мне человека и его семью. Его детей, его внуков, его потомков. И пытаться исправить ошибки целого рода. Древние, непоправимые…

Он лгал. И правильно. Он лгал и мне, хотя говорил, что не может врать мне. Да нет, может, просто старается этого не делать по той самой причине — он полон раскаянья и сожаления. Он появился раньше, чем человека, командовавшего объединенной армией людей и имеющего такие могущественные артефакты, наследие радени, назвали Князем Тьмы. Он хранитель этого наследия. Но я догадался, кем он является. Хотя особой уверенности у меня не было, но он слишком много знает о радени и том, что они создали, как и почему. А ведь это происходило гораздо раньше, чем люди обжились в нашем мире и доросли до такой масштабной войны. Пусть у меня нет доказательств, но я считаю, что Айсер — не кто иной, как последний король Лилидан, принесший себя в жертву, чтобы из его жизни и магии рогатые создали эти регалии.