Деннис Маккирнан - Глаз Охотника

Так ничего и не решив, Араван и Раэль решили довериться Провидению.

Спустя тысячелетие, которое прошло для Аравана в поисках убийцы Галаруна и заветного меча, началась Зимняя война.

Араван с горсткой воинов-дриммов прорвался по берегу Авагонского моря в Пуго, откуда на утлой лодчонке отплыл в Арбалин. Там он собрал добровольцев, с которыми отправился морем в пелларскую бухту Гель.

В одном из укромных уголков этой бухты эльфа ждал его верный «Эроан», который, вопреки всем невероятным слухам и толкам, отнюдь не затонул во время дикого шторма и не превратился в корабль-призрак.

Набрав в Арбалине команду из людей и дриммов, Араван и его «Эроан» на протяжении всей войны слыли грозой кистанских разбойников, орудовавших на море. Он и его команда нещадно расправлялись с этими мерзавцами, поджигали их корабли и брали многочисленных пленников.

Окончание Зимней войны застало Аравана в Арбалине. Он обратил остатки кистанских разбойников в бегство и затопил их корабли, которые в быстроходности и маневренности сильно уступали «Эроану».

Араван снова поставил свой верный корабль на якорь в потаенном месте, а сам продолжил свои поиски, продолжавшиеся более шести веков. Он искал и в Митгаре, и за его пределами, пока наконец, усталый и разочарованный, не вернулся в Дарда Эриниан. Там его ждало много неприятных известий. Ванидар, известный как Серебряный Лист, поведал эльфу о разрушительной войне в Дриммендиве. Ванидар единственный из лаэнских стражей оказался вовлеченным в конфликт и участвовал в походе на Крагген-кор.

От Серебряного Листа Араван узнал также о гибели Талара и об обстоятельствах, повлекших ее. Смерть друга искренне огорчила эльфа, и он спросил о судьбе его сестры.

— Я видел ее в последний раз в Большом лесу, где она вместе с двумя ваэрлингами воспевала подвиги своего погибшего друга, Уруса.

И Серебряный Лист поведал Аравану о погоне за Стоуком и о том, чем она закончилась. Аравану, пожелавшему найти Риату, он дал следующий совет:

— Эльфийка, насколько я знаю, собиралась вернуться в долину Арден, где она нашла себе временное пристанище. Возможно, она и по сей день живет там.

Вскоре судьба забросила Аравана в Арден, и он разыскал там Риату, чтобы выразить ей свои глубокие соболезнования. Прогуливаясь по великолепным садам, простиравшимся неподалеку от дома Риаты, эльфы восхищались игрой света и тени, следили за золотыми рыбками, резвившимися в кристально чистых прудах, и вспоминали прошлое. Араван рассказал эльфийке о своих безуспешных поисках, а она в свою очередь поведала ему грустную историю о смерти брата и погоне за Стоуком. Услышав, что чудовище походило на человека с бледной кожей и горящими желтыми глазами, Араван изменился в лице. Возможно ли это? Стоук — убийца Галаруна? Эльф отказывался верить самому себе. Не один раз на протяжении многих тысячелетий случалось ему преследовать человека, по описанию совпадавшего с портретом убийцы, однако его неизменно ожидало разочарование, ибо ни одному человеку не дано жить столько времени, сколько продолжались поиски Аравана.

Но Стоук не был одним из смертных: это был оборотень, обреченный на проклятие, повелитель рюкков, хлоков и валгов.

Риата рассказала также о пророчестве Раэли, в котором говорилось о последних первенцах, Глазе Охотника и лучах Медведя. Эльфийка предполагала, что Стоук может восстать из мертвых.

Слова Риаты повергли Аравана в глубокие раздумья. Наконец он проговорил:

— Я пойду с вами, когда настанет время для решающей битвы. Не знаю, тот ли Стоук, кого я ищу, но, если это он повинен в смерти Галаруна, я не успокоюсь, пока не увижу его мертвым. К тому же мы не должны упускать ни единого шанса найти Рассветный меч. Сама Раэль говорила о том, что в пророчестве мог упоминаться любой другой серебряный меч. Поэтому вполне вероятно, что Рассветный меч находится сейчас совсем не в Адонаре. Если Стоук действительно был замешан в тех далеких событиях близ Далгора, то заветное оружие надо искать именно у него. И разумеется, главным моим желанием остается отомстить за смерть Галаруна.

Араван закончил говорить. Риата обрадовалась такому помощнику. Внезапно эльфийку озарило: что если меч остался в одном из убежищ Стоука? Увлеченные этой мыслью, Риата и Араван побывали сначала в Дрэдхольте в далекой земле Ванча, затем в Вульфкомбе с его сторожевой башней, разрушенной дриммами из Кагара, и обыскали развалины в Драконьем Логове. Везде друзей встречали разруха и опустошенные гнездилища зла, меча же они не нашли.

Наконец Риата и Араван достигли стен монастыря. Оружия не было и здесь, однако Риата лишний раз имела возможность наведаться к месту гибели Уруса. Эльфийка показала Аравану светящуюся глыбу льда. Стоя в ее неярких лучах, он почувствовал необъяснимое притяжение, исходящее изнутри. Казалось, что кто-то звал их.

Риата прошептала, обращаясь скорее к самой себе, чем к стоявшему рядом эльфу:

— А она все движется на восток… — и тихонько заплакала.

Два года прошло в бесплодных поисках. Когда эльфы приехали обратно в долину Арден, Араван попрощался с Риатой, обещая вернуться за несколько лет до появления на ночном небосводе Глаза Охотника. Эльф собирался посвятить оставшиеся годы поискам убийцы принца, ведь это мог быть и не Стоук, а терять время Аравану не хотелось, хотя время для него ничего не значило: он только начинал жить.

Век незаметно пролетал за веком. Поиски Аравана ничем не увенчались, и он вернулся в Арден за три года до того, как на небе загорелся Глаз Охотника.

Со времени его прихода из Адонара на землю Митгара прошло к тому моменту двенадцать тысячелетий.

Глава 12

РАВНОДЕНСТВИЕ

КОНЕЦ СЕНТЯБРЯ 5Э985

(за два с половиной года до описанных событий)

— Кель, Риата, дара! — позвал се Джандрел. — Ви дидрон ана аль энистори?

Риата повернулась и посмотрела в их сторону, заслонившись ладонью от солнца. Она отдала косу кому-то из эльфов и направилась к вновь прибывшим…

…Это были последние из первенцев.

Ваэрлинги спешились и молча ожидали, когда эльфийка подойдет к ним. Риата, успевшая их рассмотреть, почувствовала, что у нее к горлу подступил комок и из глаз непроизвольно потекли слезы: она уже давно не видела никого из маленького народца, и они лишний раз напомнили ей о том, что эльфам Митгара не дано иметь детей. Ведь если не считать оружия и одежды другого покроя, крошечные ваэрлинги были очень похожи на эльфийских детей.

Но вот Риата наконец подошла к путникам, и дамна, ощущая некоторую неловкость, поспешила отвесить изящный поклон и смущенно произнесла: