Глен Кук - Десять поверженных

– Вы его убили?

– Ворон сказал, что так хочет Капитан.

– Да-а. Я не думал, что Ворон пойдет резать ему глотку.

– Где Ловец Душ?

– Еще не вернулся, – он ухмыльнулся. – Пойду за фургоном. Никому больше не говори. Слишком длинные языки.

Он накинул на плечи плащ и шагнул за дверь. Мои ноги и руки уже согрелись настолько, что я почти почувствовал себя человеком. Я быстренько схватил сапоги Масляного. Почти мой размер. А ему они сейчас не нужны.

Опять выскочил в ночь. Почти утро. Скоро рассветет.

Ожидая, что Ворон начнет выражать свое недовольство, я был разочарован.

Он только посмотрел на меня. По-моему, Ворон просто трясся. Я вспомнил свой мысли о том, что все-таки он человек.

– Надо было переодеть сапоги. Элмо пошел за фургоном. Остальные выключились.

– А Ловец?

– Его еще нет.

– Ну, пошли собирать урожай, – он широко зашагал среди кружащих снежных хлопьев. Я поспешил за ним.

На нашей ловушке снег не скапливался. Она стояла, излучая золотистое сияние. Внизу темнела лужа, и вода, которая сочилась оттуда, на некотором расстоянии от капкана уже превратилась в лед.

– Думаешь, Ловец Душ узнает, когда этот капкан сработает? – спросил я.

– Хорошее пари. Кстати, насчет Гоблина и Одноглазого тоже.

– Да под ними может земля загореться, а эти двое даже не пошевелятся.

– Тем не менее… Тс-с-с! Там кто-то есть. Иди вон туда.

Он двинулся в другом направлении, огибая круг. Зачем мне все это, думал я, крадясь по глубокому снегу, зажав в руках меч. Я столкнулся с Вороном.

– Видел что-нибудь?

Он вглядывался в темноту.

– Кто-то тут был.

Он втягивал носом воздух, медленно поворачивая голову направо и налево.

Быстро пробежав дюжину шагов, он присел.

Ворон оказался прав. След был свежий. Этот человек, кажется, торопился.

Я уставился на следы.

– Мне это не нравится, Ворон, – отметины на снегу показывали, что человек приволакивал правую ногу. – Хромой.

– Но это не наверняка.

– А кто еще? Где Элмо?

Мы вернулись к капкану и стали нетерпеливо ждать Элмо. Ворон вышагивал туда и сюда. Он что-то бормотал. Я не помню еще его таким нерешительным.

– Хромой – это не Ловец Душ, – только и сказал он.

Действительно, Ловец Душ – почти человек. А Хромой – тип, который получает удовольствие, мучая детей.

На площади послышался скрип плохо смазанных колес. Появился Элмо с фургоном. Он подъехал к нам и спрыгнул.

– Черт, где ты был? – от страха и усталости я разозлился еще больше.

– Понадобилось время, чтобы откопать конюха и запрячь лошадей. А в чем дело? Что случилось?

– Здесь был Хромой.

– А, черт. Он…

– Давайте шевелиться, – бросил Ворон, – пока он не вернулся.

Он поставил голову на камень. Золотистое свечение подмигнуло и исчезло.

На камне и голове начали собираться снежные хлопья.

– Давайте, – задыхаясь произнес Элмо. – У нас мало времени.

Я схватил мешок и взвалил его на повозку. Предусмотрительный Элмо разложил на дне фургона подстилку, чтобы монеты не высыпались через щели в полу.

Ворон сказал мне сгребать все, что вываливается из мешков. 

– Элмо, освободи один мешок и дай его Костоправу.

Они начали загружать фургон. Я ползал, подбирая вывалившиеся монеты.

– Минута прошла, – сказал Ворон. Половина груза уже была в фургоне.

– Слишком много высыпается, – пожаловался я.

– Бросим, если придется.

– А что мы будем с этим делать? Как это спрятать?

– В сене, на конюшне, – ответил Ворон. – Пока. Потом сделаем в фургоне двойное дно.

Прошло две минуты.

– А как же следы от фургона? – спросил Элмо. – Он придет по ним прямо в конюшню.

– А какое ему вообще дело? – вслух удивился я.

Ворон не обратил на меня внимания.

– Ты не уничтожил их, когда ехал сюда? – спросил он Элмо.

– Не подумал об этом.

– Черт!

Все мешки погружены. Элмо и Ворон помогли мне собрать то, что вывалилось.

– Три минуты, – сказал Ворон. – Тихо! – он прислушался.

– Ловца Душ здесь еще быть не может, так? Нет. Опять Хромой. Вперед. Ты поведешь фургон, Элмо. Давай на оживленную улицу. Я пойду за тобой. Костоправ, попробуй уничтожить следы от фургона.

– Где он? – спросил Элмо, вглядываясь в стену падающего снега. Ворон показал пальцем.

– Нам надо оторваться от него. Иначе он все заберет. Давай, Костоправ.

Элмо, помогай.

– Но! – Элмо щелкнул поводьями, и фургон со скрипом отъехал.

Я бросился под стол, набил карманы оставшимся добром, затем вскочил и побежал в сторону, противоположную той, куда Ворон указывал на Хромого.

Глава 5

Я не знаю, здорово ли мне удалось замести следы фургона. Думаю, скорее нам помогло начавшееся с утра движение по улице. Еще я избавился от конюха.

Я дал ему полный носок серебра и золота, больше, чем он смог бы заработать за долгие годы. Я попросил его исчезнуть. И, желательно, вообще из Роз.

– Я не задержусь даже, чтобы собрать вещи, – сказал он мне.

Он бросил свои вилы и ушел, чтобы никогда больше не появиться.

Наконец я опять забрался в нашу комнату. Все, кроме Масляного, спали.

– А, Костоправ, – сказал он, – вовремя.

– Болит?

– Да-а.

– Похмелье?

– И это тоже.

– Давай посмотрим, что можно сделать. Сколько ты уже не спишь?

– Наверное, около часа.

– Ловец Душ был тут?

– Нет. А что с ним вообще случилось?

– Не знаю.

– Эй, это же мои сапоги. Какого черта ты влез в мои сапоги?

– Спокойно. Выпей это.

Он выпил.

– Что ты делаешь в моих сапогах?

Я снял сапоги и поставил их у огня, который уже почти потух. Пока я подбрасывал уголь, Масляный все доставал меня.

– Если ты не успокоишься, у тебя швы разойдутся.

Люди прислушиваются к моим словам, когда я даю медицинские советы.

Злой, он лег на спину и заставил себя лежать не шевелясь. Однако продолжал ругаться.

Я сбросил мокрую одежду и надел ночную рубашку, которую нашел на полу.

Я не знаю, откуда она взялась. Она была мне коротка. Я заварил чай и повернулся к Масляному.

– Давай-ка посмотрим повнимательней, – я вытащил свою медицинскую сумку.

Я чистил ему рану, а Масляный тихонько ругался, когда я услышал этот звук. Шарк-топ, шарк-топ. У двери он затих. Масляный почувствовал мой страх

– Что случилось?

– Это…

Дверь за моей спиной раскрылась. Я обернулся. Моя догадка была правильной.