Анатоль Нат - Славный город Старый Ключ

И те клюнули.

— Зачем им это? — тихим напряженным голосом спросила Белла. — Разве наши амазонки сами не отбились бы?

— Без этого восстания амазонок смяли бы в два счёта, несмотря на весь их героизм.

А вот зачем это имперским ящерам? — криво усмехнулся он. — Так, понятно же. Древняя практика увеличения численности членов клана в момент, когда слишком большие потери среди рода. Приём новых членов взамен выбывших, — хмуро бросил Сидор. — Вековые традиции, против которых не попрёшь. А ящеры спят и видят, как бы восстановить свои погибшие легионы и вернуться в Империю. Даже таким диким образом, за счёт новых членов.

Два случайно задержавшихся на золотой шахте имперских ящера дают рабам от моего имени обещания, от которых не отвертишься. Имеют право, — Сидор вдруг длинно и замысловато выругался.

И я — как глава клана должен озвучить это прилюдно. Блин! Кто ж знал, что эта, казалось такая глупая пропаганда наших ящеров сред рабов, вдруг даст столь скорый эффект. Вот же новые христиане, — снова не сдержавшись, выругался он.

Однако по большому счёту они оказались правы. Не будь помощи рабов и пришлось бы нам сейчас заниматься не восстановлением сожженных деревянных причалов, а восстановлением уничтоженной шахты. И было бы не две сотни погибших амазонок, а много больше. А это, милая моя, совершенно другая песня.

Вот и хочешь, не хочешь, а надо ехать на озёра освящать своим присутствием древние традиции.

А заодно, раз уж меня туда понесло, решил ещё раз пересмотреть свой старый проект по созданию водной системы из цепочки озёр на предгорных террасах. Пробегусь ещё раз по уже готовой трассе, посмотрю в каком состоянии ныне там дела и что можно изменить.

Какое Приморье, — грустно вздохнул он, — дома бы с делами разобраться, — Сидор тоскливо, бездумно глядел в стену прямо перед собой.

— Зачем? — напряжённым голосом вернула его к жизни Белла. — Зачем что-либо менять? Зачем менять, когда всё уже действует?

— У меня после визита Кары с Илоной появилось такое странное чувство, что мы там всё делаем не так, — медленно проговорил Сидор, переведя тусклый взгляд на неё. — Не так и не то. Всё надо делать по-другому. Как-то по-новому. Новые обстоятельства требуют новых решений.

— Не так? Не то? — изумлённо развернулась к нему Белла. — По-новому? Ты шутишь!

— Увы, нет, — тихо проговорил Сидор. Щека его нервно дёрнулась. — Поверь, Белла, мне сейчас вовсе не до шуток. Эта осень чётко показала, что наша выстроенная цепочка озёр по трассам доставки грузов весьма удобна для транспортировки и худо-бедно справляется с поставленной задачей, но совершенно не является препятствием для мелких групп диверсантов, проникающих по лесным перешейкам меж озёр на наши внутренние межозёрные территории. А малая численность проникающих на озёра групп, как оказывается, не играет никакой роли. Скопившись незаметно в одном месте в оговоренный срок, они гарантировано могут превысить силы охраны.

Собираются и устраивают нам маленькое Ватерлоо.

— Что такое ватерлоо, я даже спрашивать не буду, — тихо проговорила Белла.

— И не надо, — сухо бросил Сидор, коротко глянув на неё. — Суть в ином. В этот раз они чуть было не уничтожили нашу золотую шахту со всем персоналом и оборудованием, а завтра возьмутся за угольный карьер. А послезавтра они прижмут нас с медной и железной рудами.

А помимо этого они фактически показали, что могут господствовать на трассах доставки, и в любой момент готовы перерезать их.

В этот раз нас спасло лишь чудо. Ждать чуда в другой раз может лишь идиот. Стоило нам немного ослабить охрану, как нас чуть было не вышибли с озёр.

Скажу прямо. Ящеры почувствовали свою силу. И если возьмутся за нас всерьёз, при существующем положении вещей мы всё там потеряем. Надо срочно что-то менять.

Знаешь, какой неожиданный вывод из всего этого напрашивается?

— Ну? — напряжённо глянула на него Белла.

— Нас медленно, но верно подводят к мысли, что одним нам на озёрах не справиться. Давление будет нарастать, и нарастать, пока мы не попросим у кого-нибудь помощи. Вот тогда то и появятся добренькие дяденьки с предложением, от которого мы не сможем отказаться.

Причём, давление будет со стороны ящеров, а вот добреньких дядюшек нам предложат поискать в родном городе.

Золото, Белла, золото, — тяжело вздохнул Сидор. — Похоже, что про него уже знают те, от кого такие сведения надо было бы держать подальше.

Эта история с появлением рыцарей подле города, крайне подозрительна, Белла.

Теперь, касаемо поездки на озёра.

Наша озёрная система задумывалась и строилась исключительно как транспортная система. И вопросы охраны всех занятых нами территорий с такого боку нами не рассматривались никак.

— Что за паникёрские настроения? — громкий весёлый голос от входной двери нарушил установившееся было в комнате молчание.

Входящий в комнату Димон казалось, светился от счастья, а от его довольного лица, сейчас можно было зажигать спички.

— Что это у вас за кислые рожи? Причём у обоих, — возмущённо воскликнул он. — Я вернулся, у нас праздник, а радости на лицах не вижу. Что за непорядок?

— А вот и наш именинник, — холодно поприветствовал Сидор, заходящего в зал друга. — Лёгок на помине.

Ну, как на воле? Как девочки? — ехидно полюбопытствовал он.

— Good, — коротко отозвался Димон, проходя вглубь кабинета и с ходу плюхаясь рядом с Беллой на стоящий рядом свой любимый стул.

Крепкая, казалось бы, мебель вдруг протестующе заскрипела, грозя вот-вот развалиться под погрузневшим за последние дни телом Димона, но, тем не менее, выдержала, в который уже раз доказав мастерство местных краснодеревщиков.

— Или я совсем ничего не понимаю, или нас ждут крутые перемены, — весело прокричал он, с ходу громко шлёпая ладонями по столу перед собой.

Вроде бы у тебя тут была раньше крепкая мебель, — встревожено засуетился он на стуле, аккуратно пристраиваясь на перекосившемся сооружении.

— Поменяй стул и жри меньше, — сердито проворчал Сидор, недовольно покосившись на друга. — За лето, наверное, килограмм двадцать лишних нагулял, а на мебель жалуешься.

— Ничё! — звонко хлопнул Димон по надутому словно барабан собственному брюху. — Всё рассосётся.

— Дай-то Бог, — рассеянно отозвался Сидор.

Склонившись вниз, куда-то под столешницу стоящего рядом ещё одного рабочего стола, он копался там, в груде небрежно наваленных на пол каких-то бумаг.

— Всё! — раздражённо хлопнул Сидор ладонью по столу, поднимая из-под стола взъерошенную голову. — С этого дня, чтоб ни одна зараза больше в мой кабинет без меня не входила. Ничего не найдёшь. Сам замок на дверь повешу, и никого пускать больше не буду, — раздражённо проворчал он. — Ничего на старых местах не найдёшь.