Анатоль Нат - Славный город Старый Ключ

Покрасневший как свекла Димон, смущённо отвёл взгляд в сторону. Стоило ему только вспомнить за какие деньги он впаривал обрадованным девицам из Второго Пограничного легиона гнилые снаряды и патроны с Торфяного Плато, пролежавшие Бог знает сколько времени под водой, как уши у него начинали тут же алеть от стыда.

— Что делать — не знаю, — мрачно проворчал Сидор. — Нам амазонки нужны как воздух, чтоб окончательно разобраться с этим дураком Пашкой, а ты им туфту подсунул и радуешься как ребёнок. Что скажешь? — бросил он на друга сердитый взгляд.

Вот то-то и оно, — тяжело вздохнул Сидор, видя его смущение. — Все эти твои игрушки: пушки с пулемётами, и винтовки с автоматами, танки — всё это мёртвое железо без патронов. И если со стрелковым оружием мы прекрасно обойдёмся пневматикой, то все пушки твои — хлам. Зачем, спрашивается, тащил.

— Я с амазонками договорился, что мы к их орудиям, что достались им по делёжке, за отдельную плату приделаем защитные щитки из нашей чёрной фанеры. Ну, там, колёса ещё к ним, зарядные ящики…, — зачастил смущённый Димон, стараясь не смотреть на сидящих напротив Сидора с Беллой. — С Тарой твоей тож кое о чём пошептались.

— В которые они погрузят твои гнилые снаряды, — не слушая его, вдруг неожиданно широко зевнул Сидор.

Поздно уже, — пожаловался он сердито посмотревшей на него Белле.

— Они знали что берут, — неожиданно тихо и твёрдо проговорил Димон. — Обмана не было. Поэтому между нами при расчётах, и снаряды, и патроны шли по самой минимальной цене. Сам понимаешь, неизвестно же, сколько времени они пролежали в болоте, пока их не извлекли из танков. И если для мотора, или для корпуса танка это не так страшно, то для такого добра это пятьдесят на пятьдесят. Выстрелит — не выстрелит. Тут уж ничего не попишешь.

И они знали, на что идут, — твёрдо проговорил он. — И я их предупредил. Это полностью их косяк.

— Который они, не задумываясь, повесят на нас, как только убедятся в полной бесполезности своей покупки, — сухо отозвался Сидор. — И ничего ты им не докажешь. Ты ж знаешь амазонок. Пока всё хорошо — они добрые и покладистые, белые и пушистые. А чуть что пойдёт не так — припишут и того чего не было. Так что с патронами и снарядами ты нас подставил, Димон. И как бы это ни охота было признавать, но это предмет для будущего конфликта. Помяни моё слово. Они ещё будут верещать, что их подло обманули и подсунули им гнильё. А они ничего знать не знали. И забудут и про цену низкую, и про то, что это вообще не их было и права их там птичьи.

Ты им письменный договор на подпись дал? Нет. Вот и молчи теперь.

Единственный выход, если подымется хай, продать им новые, хорошие патроны со снарядами. Пусть даже и по высокой цене. Но они у нас есть? Нет. Что и требовалось доказать.

А раз нет, то придётся покупать на чёрном рынке у твоих же трофейщиков, из-под полы, втридорога. А потом продавать амазонкам дёшево, в треть цены.

А почему? Потому как ты разругался с трофейщиками вдрызг. И неизвестно ещё чего ты у них купишь. Не подсунут ли они тебе, так сказать по старой дружбе, очередную туфту. Специально!

Вот тогда мы с амазонками точно огребём проблем, мама не горюй.

И потом, из какого такого «добра» ты собрался отстреливаться от морских пиратов? — скептически глянул он на Димона. — Из того, что купишь у трофейщиков? Которым ты же сам и нагадил? Зашибись! Даже говорить на эту тему не хочу, — обречённо махнул он на него рукой.

Придётся хороший боеприпас покупать на Западе: в Береговом Союзе или в Герцогстве. Цены, для таких как мы, ты знаешь. Один выстрел — двести, триста золотых.

Вот и считай. Один бой — ну, — на миг задумался он, почесав пальцем кончик носа, — считаем в среднем — сотня выстрелов. Чисто для удобства счёта, — решительно остановил он, возмутившегося было Димона. — Стоимость — двадцать тысяч золотых. Мрак!

Сокращаем в десять раз… Всё равно — две тысячи.

И это всё — включаем в себестоимость груза или услуг по перевозке? — скептически глянул он на мрачного Димона.

Потянут местные купцы такое? Нет! Они нас пошлют. Вот и вся твоя морская торговля. Вся её экономика.

— И? — раздражённо глянул на него Димон. — Чего ты предлагаешь?

— Что всегда предлагал, и предлагаю последних несколько лет, — сухо огрызнулся Сидор. — Собственное производство. Боеприпасов, оружия, всего, что нам понадобится для спокойной, нормальной жизни в этом мире. Причём, дешёвое. Никаких сотен или даже тысяч золотых за снаряд. Максимум — один, два.

— И где ты намерен этим заниматься, — флегматично полюбопытствовал Димон. — Ты ж только что сам сказал, что из города надо сваливать.

— Из города, да, — подняв указательный палец вверх, уточнил Сидор. — Но не так быстро и не со всех своих фабрик, заводов и рудников. Их мы постараемся перевести в подчинение другого города, где нам будут рады, и не будут смотреть на нас как на дойных коров.

— А то нам это так спокойно и дали сотворить, — мрачно рассмеялся Димон. — Кто ж в городском Совете допустит, чтоб у них из-под носа ушёл такой жирный кусок. Мы уже почитай, чуть ли не четверть городского бюджета по доходам обеспечиваем.

— А мы и спрашивать не будем, — отрезал Сидор.

— Не, — отрицательно качнул головой Димон. — Не пойдёт. Как только они поймут, что мы навострили лыжи из города, как тут же попытаются к ногтю прижать. Да так, что не будем знать как и вывернуться. Придётся самим прорываться с боем, а имущество всё бросить. А им это только и надо.

Вот этого бы, мне не хотелось.

— Вот на это у них и весь расчёт, — мрачно отозвался Сидор. — Что мы крови забоимся, а потому будем и дальше терпеть. А вот лично мне уже всё равно.

Понимаешь, Димон. Мне просто всё надоело. И честно скажу, упрись Городской Совет с возвращением всего того, на что они успели наложить лапу, когда вы все там изображали из себя сонное царство посреди дороги, ей Богу, развернул бы трофейную гаубицу стамиллиметровку, и врезал бы из неё по зданию Совета. Благо, снарядов мы под Сатино к ней захватили сотни две штук.

И знаешь, что самое интересное, — внимательно посмотрел Сидор Димону прямо в глаза. — Наши парни нас бы полностью поддержали. А раз так, то и дальше терпеть хамство со стороны местной Старшины больше не считаю нужным.

Но! — поднял он вверх указательный палец. — Это — не крайний случай. А пока будем и дальше улыбаться и прикидываться белыми и пушистыми овечками, чтоб эти дятлы раньше времени не догадались, что у нас под пушистой шёрсткой что-то есть. И в это же время тихо вытащим из города всё, что только можем вывезти. Туда, куда не дотянутся их ручки загребущие.