Анатоль Нат - Славный город Старый Ключ

Читать что-либо сейчас, вникать, было откровенно лениво, и Сидор решил пока отложить все дела на потом. Тем более что в письме, которое до него добиралось минимум пару недель, никакой срочности не было.

— Ничего особого, чего бы мы ни ожидали, — внешне спокойно проговорила Белла, сворачивая обратно свиток. — Но несколько спокойных, без дерготни месяцев впереди у тебя теперь точно есть. Можешь ещё долго не беспокоиться, когда привезут это твоё оборудование. На южных морях бушуют шторма и нанять, кого на доставку, у Советника не получилось.

— Блин! — раздражённо подскочил Сидор на месте, выхватывая письмо из рук Беллы и углубляясь в текст. — Двойная плата за срочность и без гарантии сохранности груза. Они что там, офигели? Нафиг, нафиг.

Какой прискорбный факт имеет место быть, — с рассеянно-задумчивым видом Сидор вяло помахал перед своим лицом развёрнутым пергаментом. — Это что же, я остаюсь дома до весны?

Не знаю, не знаю, — нервно забарабанил он пальцами по столешнице. — Хорошо ли это? Всё опять откладывается на весну. Блин!

Думаю, сие всё-таки не есть хорошо, — едва слышно пробормотал он себе под нос.

Я понимаю, конечно, что тебе бы хотелось, чтобы я остался дома. Хотя бы на эту зиму, — виновато посмотрел он на жену. — Но этот Плёс… Там же ничего не готово. Тем более к приёму такого тяжёлого негабаритного груза как прокатный стан. Да ладно бы его одного. А ещё ведь и из Империи собирались всё, что возможно именно туда притащить. А там ни складов, ни причалов, ни порта нормального. Ни охраны! Там ничего нет. Даже сам залив и тот песками наполовину затянуло. Камыш и мелководье. Куда разгружать то? Куда?

Да-а-а, — тихо протянул он. — С моей поездкой в Приморье не всё ладно, — несколько рассеянно пробормотал он. — Проблема на проблеме.

— А поточнее? — насторожилась Белла.

— Последний визит Илоны с Карой, — сразу переходя на деловой настрой, мрачно буркнул Сидор. — Всё у меня из головы их мысли по поводу последнего набега ящеров не выходят. Что-то здесь не то и не так, — мрачно буркнул он.

Корней подозревает, что последний набег и история с освобождением рыцарства из-под Сатино-Татарского взаимосвязаны. И что никакой в том случайности нет.

Надо самому теперь ехать на озёра и разбираться на месте, — тяжело вздохнул он. — Ну не похож этот набег на все предыдущие. Совершенно не похож.

— Чем же? — ещё больше насторожилась Белла.

— Тем, что нет элемента случайности и бардака, свойственного подгорным. Словно это и не они были. Хотя, если судить по объеденным трупам, они родимые, — мрачно пошутил Сидор. — И потом. Прав Корней. Очень уж этот набег похож на тщательно спланированную против нас акцию. Очень уж он по времени удачно подгадан.

Смотри что получается.

Во-первых, сам факт появления рыцарей в городе не лезет ни в какие ворота. Добровольно заявиться на границу? Рыцарям? Бред полный. А то у них дел своих дома нет.

Во-вторых, их допускают в город. И мало того что допускают, так чуть ли не принимают в домах как самых почётных гостей. Вообще ни в какие ворота не лезет.

А потом рыцарей подначивают на штурм какой-то нищей деревушки, старательно сделав вид что забыли предупредить какой это мощнейший оборонительный пункт с многотысячным гарнизоном.

И нынешнее руководство войска, словно ослепнув, легко ведётся на такую глупейшую подначку. Словно они дети малые, или они все там слепые, глухие и косые. Во что, согласись, верится с трудом, учитывая многолетнюю подготовку рыцаря. И что впоследствии сами они и подтверждают, категорически отказавшись штурмовать ледяные валы Сатино.

Но, тем не менее, из города рыцари уходят. И к нам случайно, заметь, случайно, — тихим голосом особо подчеркнул Сидор, — попадает важная информация, что несчастных рыцарей обманули, бросив на убой. И от кого мы об этом узнаём? От человека, которому мы не можем не верить, потому как он друг того, кому мы верим, безусловно. И соответственно, он не может обманывать.

А вот немного подумать о том, что такой сопливый видок просто не может стать обладателем столь стратегически важной информации, если только она ему старательно не подсунута, нам и в голову не пришло.

— Потому, что это понятно сейчас, после всего произошедшего, — тихо проговорила Белла. — А тогда казалось что всё так и должно быть.

— Ну да, ну да, — хмыкнул Сидор. — Факт тот, что уже перед нами встаёт дилемма: или плюнуть на этих дураков, оставив одних разбираться со своими проблемами, или всё же помочь.

Зная твоё воспитание, — покосился Сидор на жену, — о твоей реакции можно было легко догадаться. Как, впрочем, и о моей.

Естественно у нас принимается решение рыцарям помочь.

А вот помочь мы им можем одним единственным способом. Только сняв свои войска с озёр. Причём, заметь. То, что там воюют несколько тысяч местных горожан и хуторян под командованием Малого и Дюжего, нами даже не рассматривается, поскольку мы прекрасно понимаем, что они нас пошлют с нашими требованиями далеко, как не соответствующими условиям найма.

В результате чего, мы серьёзно оголяем охрану рудников, зная, что в это время года активность подгорных уже спадает и беспокоиться особо не о чем. И всем скопом благородно отправляемся спасать попавших в ловушку твоих соплеменников.

И именно в этот момент подгорные ящеры всеми силами ударяют по самому ценному, что у нас там есть — по золотому руднику.

Вот почему в деревушках подгорных на равнине было так мало взрослых особей, — со злостью хлопнул Сидор ладонью по столу. — Вот почему мы практически не встретили на своём пути сопротивления, и нам даже удалось взять этот их клановый центр у озера. Все они были в тот момент здесь заняты, возле золотого рудника.

И всё бы у них получилось, несмотря на героическую защиту рудника амазонками, если бы не сущий пустяк — неожиданное восстание рабов в тылу у нападавших. Заметь, против своих же освободителей, — задумчиво пробормотал Сидор.

О-ля-ля, — тихо поцокал он языком. — Похоже, наличие у нас золотого рудника для заинтересованных лиц в городе уже не тайна. И кто-то очень хочет наложить на него свою лапу.

Етить твою двадцать, — непонятно как-то выругался он тихо, сквозь зубы. — А тут ещё и ящеры.

Во, дожили! Рабы восстают в тылу нападавших, и помогают своим угнетателям отбиваться от своих освободителей. Что теперь делать с ними — непонятно. Надо переводить рабов в иной статус. А как? А в какой? А когда? И отказаться, ничего не делать, тоже нельзя. Наши ящеры обещали им свободу в обмен на лояльность. И никаких генетических экспериментов, с чем они постоянно сталкиваются на равнине, и равный статус с ними, в обмен на отказ от людоедства. Отныне человечина — табу для них.