Тильда Гир - Крылья мрака

— Потому что самая мудрая и живет дольше всех, — пояснила Бенет. — У скальных кошек вообще-то по девять жизней у каждой, а о Великой Белой говорят, что у нее жизней то ли восемнадцать, то ли вообще двадцать семь, — толком никто и не знает. Но, конечно, она не бессмертна.

— Надо же… — задумчиво передала иир'ова. — А у нашего племени — одна жизнь, хотя мы той же крови. Да и та жизнь, что есть, не слишком длинна, — не больше ста лет… проклятые Мастера Нечистого! Это они виноваты. Из-за их мерзких экспериментов мы утратили свойство оживать после смерти!

— Ну, зато вы приобрели многое другое, — напомнил ей брат Лэльдо.

— Ты имеешь в виду разум? — насмешливо поинтересовалась иир'ова.

— Да, его.

— Но здешний скальный народ тоже весьма и весьма разумен, и при этом ничьи руки не вмешивались в их наследственность!

— Откуда тебе знать? — возразил эливенер. — Ты же не изучала их историю!

Лэса ненадолго задумалась. Да, такое могло быть… но едва ли. Скорее всего скальные кошки превратились в мыслящих существ, владеющих магией, в результате давней трагедии, погубившей почти все человечество, — ядерной Смерти…

Но сейчас не это было важно.

Сейчас им предстояло получить урок у огородницы Бенет — урок общения с растениями. И выяснить, для чего предназначены булатные посохи.

Порядок предстоящих занятий определила сама Бенет.

— Сначала вот это… — Она протянула Лэсе несколько странных амулетов на крепких кожаных шнурках и на тонких кованых цепочках, — возьми, ты сумеешь ими воспользоваться. А теперь — о посохах. Я вам расскажу…

…Огненный Народ испокон веку владели тайной булата. Этот сплав и сам по себе обладал многими необычными свойствами. Ничто не могло сравниться по силе с булатными мечами и ножами, их не могла коснуться ржа, они не теряли остроты, они как бы сами вели воина к цели, выбирая для себя жертву… Конечно, странно, что именно мирные сурты овладели в седой древности оружейными секретами, но так уж оно исторически сложилось, и рассуждать тут не о чем. Сурты ковали оружие и продавали его всем желающим. Вот и все.

Но однажды, давным-давно, в их Холмистую Страну забрел чужой человек, заказавший кузнецам не меч, но простой посох, даже без чеканки. Он подробно объяснил, что ему нужно, даже нарисовал, и еще он точно оговорил качество, размеры и тип огранки самоцветов, которые следовало вставить в набалдашник. Его заказ был выполнен в срок, но так уж получилось, что мастер, ковавший посох, зачем-то изготовил его копию, и даже отдал второй посох знатоку кристаллов, чтобы тот и в него вставил самоцветы. Теперь уже никто не помнит, почему тот мастер так поступил, и даже имя его давно забыто. А посохи продолжают выходить из мастерских суртов. Конечно, в очень малом количестве, — булат слишком дорог, изделия из него могут купить немногие. Но те, кто покупает, — остаются довольны. Посохи с самоцветами, как выяснилось со временем, дарят людям немалое здоровье.

Тот, кто придумал, как именно и какие именно самоцветы нужно разместить на загнутой ручке посоха, знал свое дело. Наверняка это был отличный специалист, занимавшийся лечением при помощи самоцветов. Стоило человеку неделю-другую походить с булатным посохом суртов — и он забывал обо всех болезнях, даже таких, лечить которые не брались и лучшие знахари. Со временем сурты украсили посохи скромной чеканкой, но она ничуть не ухудшила качества изделия, зато придала нарядность (и повысила цену).

Каким образом курдалаги узнали о том, что сурты умеют ковать посохи, — никому неведомо. Однако, захватив в плен кузнецов, рудознатцев и оружейников Огненного Народа, зеленокожие тут же потребовали изготовить эти целебные предметы. Конечно, не обошлось и без неувязки. В размерах посоха ничего нельзя было изменять — пробовали когда-то, да от любой перемены посох терял целебную силу. А тот чужестранец, что заказал первый посох, ростом, пожалуй, был вроде путешественников, ну, чуть пониже, — потому что для суртов посохи были явно длинноваты. Что ж тогда говорить о курдалагах? Они и вовсе мелкие, как мыши. Но это уже их проблемы.

И наконец надо сказать о самоцветах в посохах для путешественников, добавила Бенет. В рукоятке одного посоха — традиционная расстановка камней. Во втором, по требованию Великой Белой, — в основании ручки четыре самоцвета, как обычно, а вот на верхушку пришлось поставить только маленький хрустальный шарик, и все. Его дала сама скальная кошка. Бенет понятия не имеет, что это означает.

На этом Бенет оборвала рассказ.

— Хватит о железе, — заявила она. — Пора…

— Погоди, погоди, — остановил ее брат Лэльдо, — ты забыла самое главное. Мы ведь не можем вот так просто взять эти посохи под мышку и зашагать с ними в поселок!

Сурта улыбнулась.

— Извини, совсем из вида вон… Я потому и принесла их сюда, что это дело уробороса. Когда вы отойдете от поселка на безопасное расстояние, он догонит вас и принесет посохи. Ну, а теперь перейдем наконец к растениям. Скоро рассвет, как раз самое подходящее время. Итак, растение может защищать нас от врага, и растение может нападать на нашего врага, если мы знаем, как выразить свою просьбу…

Урок оказался не слишком долгим и безусловно нетрудным для молодого эливенера и степной колдуньи Лэсы. Через какой-нибудь час оба уже овладели искусством разговора с растениями, а для тренировки Бенет принесла полную корзинку цветов в горшочках. Когда львиный зев по наущению Лэсы ощутимо тяпнул брата Лэльдо за палец, а иир'ова едва увернулась от семян душистого горошка, метивших ей прямо в нос ради защиты эливенера, тихая огородница Бенет решила, что с путешественников довольно. Азы науки они усвоили, а остальное — дело практики. Вот сбегут из поселка, и будут по дороге тренироваться. Степь лишь казалась сухой и плоской — если смотреть на нее из поселка суртов.

Но на деле дальше к северу в степи вставали высокие, в пояс, травы, заросли кустарников… и вообще им лучше забирать на восток, к лесу. Если удастся, конечно.

Бенет настаивала, чтобы пленники пустились в бега прямо сегодня, ближе к полудню, когда сурты улягутся спать. Девушка считала, что тянуть нельзя. Она уже отнесла в дом путешественников небольшой запас еды и питья и рубаху для брата Лэльдо, — ту самую, что сшила жена Дрома, да не решилась зайти в дом чужеземного колдуна… Никто не знает, что на уме у курдалагов, твердила Бенет, никому не ведомо, чего от них можно ожидать. Да и серебром их снабжать, честно говоря, она бы не стала. Конечно, по пути к землям Других людей, буде они и в самом деле соберутся идти на них войной, курдалаги наверняка уничтожат и гнездовья птервусов, а ящеры — опасны… однако не лучше ли предоставить природе самой разбираться со своими детьми? А птервусы — такие же дети мира, как и все остальные живые существа. Пусть лучше сурты ведут себя поосторожнее да не ленятся выковать защитные шляпы для себя и своих детей.