Тильда Гир - Крылья мрака

…На эливенера внезапно нахлынули воспоминания. Детство, проведенное в кругу строгих, но добрых наставников… тренировка памяти по особым методикам, бесконечные занятия, постижение бесчисленного количества наук, языков… исследование растений, минералов, полезных и вредных для человека веществ… биология, генетика — всегда на первом месте… наш мир не технологичен, говорили ему учителя, поэтому ты должен знать живое, как никто в мире… в эту эпоху все строится на манипуляциях с жизнью… но главное — тренировка ума. Снова и снова — исследование собственных возможностей и пределов. Снова и снова — особые практики, помогающие проникнуть в глубины чужих мыслей…

Брат Лэльдо очнулся. Хоровод кружащихся вокруг него кошачьих глаз вдруг показался ему Колесом Судьбы — вечно повторяющимся и в то же время неповторимым в каждом своем обороте… Мельком удивившись столь странному и неуместному образу, молодой эливенер снова принялся наблюдать за своим умом. И внезапно понял: он приобрел какое-то новое качество.

Какое? Брат Лэльдо еще не понимал. Он просто ощущал, что немножко изменился, стал не таким, каким был до начала кошачьего ритуала, что за то время, пока в скалах разливалась нежная мелодия, выводимая негромкими чистыми голосами, некое зерно созрело в его сознании… созрело и проросло.

Голоса утихли, звездочки померкли — и в то же время у входа в пещеру вспыхнул свет уробороса. И в этом свете брат Лэльдо увидел светлый силуэт, проскользнувший мимо него — к Лэсе. И услышал ласковый мысленный голос… но голос этот обращался не к нему. Светлая тень говорила с Лэсой.

— Ты сильная, но станешь еще сильнее. Ты умна, но ума не бывает слишком много, и ты станешь еще умней. Ты много знаешь, но знания твои будут умножаться. Эти амулеты помогут тебе. Ты знаешь, как с ними обращаться. Это заложено в твоей крови. Ты — наша, ты похожа на нас… и это твоя удача. Твой друг и спутник не смог бы справиться с нашей древней магией, но у него есть своя, и она обладает такой же силой. Просто — другая. И это хорошо. Вы складываете свои таланты, вы умножаетесь друг на друга, вы можете стать непобедимыми, но до этого еще далеко. Пока вам нужно земное оружие, чтобы выжить. И оно у вас будет. К утру. Девочка Бенет поможет нам. Но твой друг должен отдать мне ту вещь, что спрятана в его одежде.

— Какую вещь? — удивился брат Лэльдо.

В ту же секунду светлая тень неслышно переместилась, и эливенер понял, что это — маленькая абсолютно белая кошечка. Ее ярко-голубые глаза уставились на брата Лэльдо невидящим взглядом. Эливенер вспомнил, чему учил его один из его наставников: белая кошка с голубыми глазами обязательно будет глухой, это один из законов генетики. Но эта кошка была еще и слепой… а обычный слух ей, конечно же, был просто ни к чему.

— Какую вещь? — повторил он. — Я не знаю, о чем ты говоришь.

— Шарик, — коротко пояснила Белая Кошка. — Дай его мне.

Лэльдо сообразил наконец, что ей нужен тот маленький хрустальный шарик, который был извлечен из останков инопланетного аппарата в далеких Апеннинах. Шарик и в самом деле лежал в его кармане… надо же, почуяла… значит, есть в этой крохе сила…

Эливенер достал шарик и вложил его в протянутую лапку кошки.

Белое чудо растаяло в темноте.

Волшебство закончилось…

Глава 19

Они уселись у входа в пещеру, совершенно забыв о том, что должны «добывать серебро» для курдалагов. Не до ерунды им было. Полночь давно миновала, но до рассвета оставалось еще немало времени. Уроборос свернулся клубком рядом с путешественниками и молча поглядывал круглыми ясными глазами то на Лэсу, то на эливенера, ожидая, наверное, когда они созреют для разговора. Но минуты текли, а пленники все не могли собраться с мыслями. Тишину не нарушал ни единый звук.

Но вот наконец Лэса, до сих пор сидевшая абсолютно неподвижно, едва заметно пошевелилась, и уроборос тут же поднял голову. Иир'ова улыбнулась.

— Заскучал, малыш?

— Ну… нет, не так, — возразил Дзз. — Я тоже думал. О своем. В общем, я теперь уверен: вы не просто сбежите отсюда. Вы разобьете этих паршивцев с зелеными рожами в пух и прах.

— Ого! — эливенер всмотрелся в уробороса, не зная, можно ли относиться к его словам всерьез. Неужели Дзз обладает даром предвидения? — Почему ты так решил?

— Просто потому, что вы ничуть не похожи ни на суртов, ни на мой народ, — серьезно ответил уроборос. — У вас другая основа. Вы постоянно стремитесь вперед, у вас есть цель — и вас ничто не остановит. Вы дойдете до нее, чего бы вам это ни стоило. Ваша страна, наверное, просто удивительна, если в ней живут такие люди, как ты и Лэса!

— Ну, во-первых, мы родом из разных стран, хотя и с одного континента, — уточнил брат Лэльдо. — А во-вторых, если бы у нас все были такими, мы с Лэсой не очутились бы здесь. В том-то и проблема, что люди у нас в большинстве своем не такие. Наоборот, они куда больше похожи на суртов. Была бы крыша над головой да вкусный обед — а остальное их не интересует.

— Вот как? — недоверчиво передал уроборос. — Но почему?

Времени в запасе было хоть отбавляй, и Лэса с братом Лэльдо вкратце рассказали юному уроборосу историю своих жизней. Дзз, потрясенный выпавшими на их долю приключениями, то и дело задавал вопросы, требуя более подробных описаний монстров, Мастеров Нечистого, жизни в северных странах и степях… в общем, все трое и не заметили, как протекли три часа.

Сказителей остановил приход огородницы Бенет.

Она вышла из узкого ущелья, таща в левой руке немалую корзину, а правой придерживая лежавшие на ее плече длинные палки… впрочем, это оказались никакие не палки, а тонкие металлические посохи с небольшими, аккуратными круглыми рукоятками.

Бенет, поставив корзину перед путешественниками, небрежным жестом сбросила на камни посохи и сказала:

— Вот, скальные кошки стащили у суртов, прямо с закалки, и ко мне принесли. Я вставила камни… то есть в одну трость я вставила традиционный набор, а вот со второй пришлось обойтись иначе. Но не могла же я спорить с Великой Белой!

— Почему она — Великая? — спросил брат Лэльдо.

— Потому что самая мудрая и живет дольше всех, — пояснила Бенет. — У скальных кошек вообще-то по девять жизней у каждой, а о Великой Белой говорят, что у нее жизней то ли восемнадцать, то ли вообще двадцать семь, — толком никто и не знает. Но, конечно, она не бессмертна.

— Надо же… — задумчиво передала иир'ова. — А у нашего племени — одна жизнь, хотя мы той же крови. Да и та жизнь, что есть, не слишком длинна, — не больше ста лет… проклятые Мастера Нечистого! Это они виноваты. Из-за их мерзких экспериментов мы утратили свойство оживать после смерти!