Александр Матюхин - Ведьмина хижина

— Жылеезноо? — наморщил пушистые брови патамушта.

— Именно. Это значит — навсегда.

Лицо патамушты засияло. Видимо, он знал значение слова 'навсегда'. Патамушта сделал еще несколько шагов вперед (бесшумно переместился ближе) и оказался под ладонью протянутой Ликкиной руки. Ликка ощутила мягкую теплую шерстку и не удержалась — почесала патамушту за макушку. Вот об этом Ликка всегда и мечтала! Патамушта прикрыл глаза от удовольствия. Метла со стуком выпала из руки.

И в этот момент что-то с таким же стуком, только во сто раз мощнее и сильнее упало за спиной Ликки. А потом оглушительно взорвалось.

Патамушта подпрыгнул с испуганным писком и запутался в подолах Ликкиного платья. А Ликка внезапно ощутила, как горячий воздух хватает ее за шиворот, отрывает от пола и крутит, будто тряпичную куклу. Ликка больно ударилась локтем о подвернувшуюся шестеренку, но все-таки успела подхватить дрожащего от страха патамушту и прижать его к груди. В лаборатории вновь что-то взорвалось. Неужели, снова тоже волшебство, какое произошло на поляне? Неужели, сейчас еще и хижина Евтуса Захаруса уменьшится? Или, может, Николас Козус нашел их и теперь пытается поймать?.. Какие только мысли не лезут в голову!

Яркие вспышки света озарили лабораторию. Зашипело так, будто стремительно испарялся поток воды, потом ухнуло, лязгнуло и лопнуло. А затем наступила тишина. Как раз такая, от которой звенит в ушах.

Сильно болел ушибленный локоть. Ликка подняла голову и осмотрелась. В дальнем конце лаборатории языки дрожащего света лизали потолок. Из нескольких мест валил густой черный дым. Кое-какие шестеренки торчали в потолке. Вообще, вид в лаборатории был такой, будто здесь только что похозяйничала пара слонов, никогда в жизни не слышавшая о правилах этикета.

На груди у Ликки трепыхался испуганный патамушта. Ликка погладила его по макушке и лаково прошептала:

— Ну-ну. Все, успокойся. Ничего страшного.

— Сытрааашнова? — спросил патамушта дрожащим голосом.

— Все прошло, — пробормотала Ликка, поднимаясь.

Патамушта напоминал ей маленького котенка. Только говорящего.

Неподалеку от Ликки раздался громкий ведьмин кашель.

— У вас все нормально? — спросила Ликка. — Надеюсь, я не помяла вашу хижину, пока… кувыркалась в воздухе?

— Не сказать, чтобы совсем не помяла… — Раздался голос Евтуса Захаруса. Доносился он вообще непонятно откуда. — В целом дела немного хуже, чем были до этого.

— Я бы даже сказала — отчаянней и не придумаешь. — Язвительно добавил голос Челмы Сытконош, тоже звучащий из неизвестности.

— Ну, почему же… Мы выяснили ряд любопытных деталей… мда…

— Например, что расколдовать мою хижину и меня с ней заодно — не получится.

— Никогда не говори никогда. Обязательно получится… только, может быть, попозже. Я же давно не практиковался. Знаешь ли.

— Лет сто. — С сарказмом добавила Челма Сытконош.

— Твое заклинание неимоверно сильно. Чародей, наложивший его, наверняка вложил в заклинание всю свою силу. Он отлично постарался.

— Ох, попадется мне этот Николас Козус!

— Мне кажется, он и сам тебя ищет… А я бы в твоем положении сейчас не стал бы попадаться ему на глаза.

У Ликки закружилась голова. Все эти голоса в темноте… когда же, наконец, можно будет отдохнуть? Нет, Ликка не жаловалась, просто от звона ушах и от невидимых голосов, а еще от легкого недосыпания очень хотелось опуститься в кресло (или лечь на кровать) и целый час ничегошеньки не делать… А еще локоть побаливал…

— У меня есть ученица! — С вызовом отозвалась Челма Сытконош (разговор продолжался). — Это тебе не патамушт разводить. Вот научу ее парочке отличных заклинаний, и посмотрим, кто от кого убегать будет.

Тут Ликке показалось (всего лишь на мгновение), что на нее уставились две пары невидимых глаз. Потом Евтус Захарус сказал:

— Можно еще попробовать заклинание на гусях…

— Уволь! — Отрезала Челма Сытконош. — Знаю я это заклинание!..

А патамушта в платье у Ликки перестал дрожать и высунулся, уставившись на юную ведьму большими ласковыми глазами.

— Дырууг? — спросил он тихо.

— Самый настоящий, — шепнула Ликка.

Глава девятая, в которой раздается стук в дверь и появляется еще один чародей

Между тем, в углу лаборатории медленно разгорался огонь. Потянуло горелым. Ликка вышла на открытую площадку и увидела еще нескольких патамушт, которые мелькали по полу, подобно шаровым молниям мутно-зеленого цвета. Патамушты сильно переживали за пожар. Они таскали с собой воду в самой разнообразной таре (кто сколько мог) и пытались пожар потушить. Огонь огрызался тихим шипением, но продолжал разгораться.

Патамушта под платьем Ликки тоже заворочался, выскользнул на волю и исчез в общей куче маленьких спасателей.

Челма Сытконош и Евтус Захарус похоже не замечали пожара и продолжали выяснять причины и поводы заклинания.

— …а я всегда знала, что Николас приготовит мне какую-то каверзу! — говорила Ведьмина Сущность, — с того дня, как наши отношения пошли под откос, он спит и видит, как бы насолить…

— Сдается мне, мда, надо было нанести удар первой. — Говорил Евтус Захарус.

— Настоящие ведьмы никогда не сделают плохого первыми…

— А теперь, стало быть, сделаешь?

— Заметь, меня вынуждают!..

И так далее, и в том же духе. Ликка не стала вслушиваться дальше и решила помочь бедным патамуштам, которых хоть и было много, но они определенно не справлялись с ситуацией.

Ликка выбежала в коридор и принялась искать кухню. Кухни не нашла, зато обнаружила какой-то серый подвал, в котором прямо из стены торчал кран, и с него капала вода в аккуратное алюминиевое ведерко. То, что нужно. Ручка крана поддалась легко — в ведро хлынул поток грязной воды. Набрав половину, Ликка заспешила обратно в лабораторию. В коридоре ее застал неожиданный стук в дверь. Стук был настолько близким и четким, что Ликке показалось, будто дверь находится прямо за ее спиной. Резко обернувшись, она увидела только извилистый коридор, уходящий вдаль.

Воистину, странные дома у всех этих ведьм и чародеев.

— Минутку! — раздался у самого уха голос Евтуса Захаруса. — сейчас открою!.. Наверное, снова дети кузнеца…

Впрочем, у Ликки не было времени возвращаться и наблюдать, кто же там пришел. Бедняги пактамушты все никак не справлялись. Огонь лениво лизал деревянный табурет. Будь огонь чуть порезвее, от лаборатории уже давно ничего бы не осталось.

— Ну-ка отойдите в стороны! — предупредила Ликка.

Патамушты разбежались, сверкая большими испуганными глазами из разнообразных щелей и темных углов. Тогда Ликка выплеснула воду из ведра на огонь.