Александра Верёвкина - Осколки вечности

— …но я очень внимательно присматриваюсь к одной юной особе, — легко закончил парень, прокладывая цепочку волнующих поцелуев от подбородка к шее.

— Боже, — почти беззвучно простонала я, вздрагивая от каждого соприкосновения его влажных губ с моей горящей огнем кожей. Слегка прикушенная мочка уха явилась последней каплей, переполнившей мою эмоциональную чашу до краев. Я вцепилась пальцами ему в волосы и мысленно простилась с девичьей честью.

— Тебе пора, — со смехом напомнил Джей, аккуратно высвобождаясь из крепкого кольца моих рук и…ноги, обвитой вокруг его собственной.

Господи, неужели я совсем потеряла стыд?

— Все хорошо, Астрид, — успокоил меня Майнер, словно подслушав мысли о немедленном суициде. — Я сам виноват, не нужно было заходить так далеко.

— А, ну да, — непонятно с чем согласилась я, силясь поскорее взять себя и свое тело под строжайший контроль. — Но мне понравилось, даже очень…

— Могу сказать о себе то же самое, — вежливо поддержал парень мою дурную привычку делиться всеми глупостями, приходящими в голову. — Постарайся успокоиться прежде, чем вернешься к Рейчел, — напутствовал он, подводя меня к двери, сразу после открытия которой я на долгих пять секунд потеряла возможность видеть хоть что-либо.

Ватные ступни, с обрушившихся на них свинцовой тяжестью, отключившийся мозг и назойливое желание немедленно повторить пережитую эйфорию — вот цена, которую мне пришлось заплатить за поистине блаженное удовольствие. Плюс ко всему Чейз заметила мое отсутствие, очень недобро прокомментировала плещущееся на глубине 'заторможенных', как она выразилась, глаз счастье, а затем за шиворот поволокла меня к выходу, морально избивая всеми известными способами.

Следующей нашей остановкой стал небольшой ресторанчик с тайской кухней, где подавали умопомрачительно вкусный рис в ананасе с креветками. На десерт мы заказали диковинное блюдо: пудинг-желе из лихеи и кокоса, после чего возжелали получить автограф шеф-повара. Правда, без неприятностей и здесь не обошлось. Сладкое, вот уж тавтология, оказалось приторно-сладким и нам пришлось заказывать аж по две чашки ароматного зеленого чая с листьями мяты, который улыбчивый официант, ссылаясь на жару, обещал остудить лично.

Торнли, в надежде привлечь меня к составлению дальнейших планов, принялась весело щебетать о том, куда еще можно пойти и чем заняться вплоть до самого ужина. Я же пропускала большую часть ее возгласов мимо ушей по одной простой причине: в ресторане было два выхода, один из них находился за спиной подруги и вел к столикам, стоящим под открытым небом. И именно через него секунду назад грациозно вошел Джей, занявший место в непосредственной близости к нам, а затем принялся игриво стрелять в мою сторону глазками, безумно комично шевеля при этом бровями.

— Слушай, ты в торговом центре случайно не наркотики покупала? — строго поинтересовалась Чейз, замечая сотую по счету улыбку, тенью скользнувшую на моем лице. — Тогда чего хихикаешь?

— Не знаю, — якобы честно ответила я, готовясь через мгновение заржать во весь голос. — Но амфетамины тут ни при чем.

— Кажется, я начинаю догадываться, КТО при чем, — зло буркнула девушка, медленно начиная оборачиваться назад.

Как раз в этот момент проходивший мимо официант с подносом в руках, уставленным четырьмя запотевшими высокими стаканами с зеленым чаем, неловко оступился, взмахнул свободной рукой, резко подался назад, желая сохранить равновесие, потерял контроль над нашим заказом и расширившимися от удивления и ужаса глазами наблюдал за поэтичным полетом прозрачной жидкости с кубиками льда, отвратительными разводами осевшую на золотую скатерть и розовую жилетку. Подруга взвизгнула, схватилась за тканевую салфетку и попыталась промокнуть пятна прежде, чем они впитаются в тонкий материал, но сделала лишь хуже.

— О, мисс, простите, — сокрушенно залепетал испуганный до смерти служащий. — Позвольте проводить вас в уборную для персонала, там есть чистые бумажные полотенца и, возможно, нам удастся спасти ваш пиджачок. Не беспокойтесь, обед за счет заведения. Наша ресторация приносит вам свои извинения и настоятельно умоляет проследовать за мной.

Если бы не искаженное злостью лицо Рейчел, я бы точно расхохоталась от души, тем более что Джей решил не скрывать своих чувств и вовсю потешался над молчаливо размахивающей руками девушкой.

— Твоя работа? — строго спросила я, подходя к его столику после того, как чуть ли не плачущую от досады Че увели в подсобку.

— Следующий вопрос, — захохотал Майнер, жестом предлагая мне присаживаться рядом.

— Между прочим, ты порой отвратительно себя ведешь, — упрекнула я, мысленно признаваясь в том, что абсолютно неспособна на него злиться.

— Между прочим, она ударила меня настольной лампой, — в тон мне заявил парень, обиженно скрещивая руки на груди. — И знаешь, было больно.

— Ну, так ты ее укусил и весьма сильно, — невесть зачем ввязалась я в перепалку. — Кстати, почему?

— Правильнее будет спросить: 'Зачем?', - поправил он. — Я люблю, когда девушка запоминает меня очень надолго.

— Фу, — вполне искренно скривилась я, не желая больше касаться скользкой темы. — Ты можешь что-нибудь рассказать мне о своей семье?

— Лишь то, о чем уже говорил, — подтвердил парень мои опасения на отсутствие подробностей. — А ты мне о своей?

— У меня нет братьев и сестер, родных, во всяком случае, — неумело принялась я изображать рассказчика, на секунду задерживая дыхания от легкого прикосновения его ладони к своей, которая очень быстро перекочевала к Джею на ногу, и он с самым невозмутимым видом стал щекотать внутреннюю ее сторону подушечкой указательного пальца. — О кузинах и кузенах мне трудно что-то сказать, мы почти никогда не встречаемся. Больше всего я привязана к папе, он у меня в качестве взрослого и рассудительного друга, с которым иногда можно отлично повеселиться. Зато мама понимает мои вкусы и привычки, у нас с ней общий взгляд на многие вещи в плане живописи. Она отлично рисует пейзажи, и ее работы всегда действуют на меня успокаивающе. Я могу в любой момент подойти к ней за советом и точно знаю, что получу его по любому вопросу, хотя секретами лучше делиться с отцом. Он в этом плане молчаливый, но участливый собеседник. Теперь можно мне? — сконфуженно спросила я, осторожно возвращая назад затекшую руку, а затем в порыве вдохновения схватила показавшуюся мне огромной ладонь Майнера, положила к себе на колени и пробежалась пальчиками вдоль четких линий. — Где ты учился? Я имею в виду колледж.