Гром над Академией. Часть 1 (СИ) - Машуков Тимур

– Ваше Величество, – склонил голову я. – Рад видеть Вас в добром здравии.

– Здравствуйте, Николай Владимирович. Давно же вы не посещали дворца. Вот, пришлось даже персональное приглашение отправлять. А то совсем забыли про нас!

– В этом нет моей вины, Ваше Величество. К сожалению, сейчас при дворце больше людей, которым что-то от вас нужно. А мы привыкли больше отдавать, чем просить.

– А вы все такой же ершистый, Николай Владимирович.

– Да уж какой есть, Ваше Величество.

– Присаживайтесь, в ногах правды нет, разговор у нас с вами будет долгий. Пора, наконец, положить конец всем недоразумениям, что случились с вами.

– Я только за, Ваше Величество, – сказал я, присаживаясь в одно из кресел. Давыдов занял второе, пристально следя за нами обоими. И почему-то он был сильно напряжен. Решив не расслабляться, я стал слушать, что еще придумала венценосная хозяйка кабинета.

– Для вас не будет секретом, – начала она, – что наши разногласия имеют давнюю историю. И хотя Громовы всегда стояли на страже интересов Российской Империи, в какой-то момент что-то пошло не так. Наши архивы почему-то замалчивают эту информацию. И когда я попыталась что-либо раскопать, то ничего особенного не нашла. Но это уже и не важно. Не думаю, что нам стоит ворошить прошлое и искать правых и виноватых. Предлагаю перевернуть страницу и начать отношения с чистого листа. Как вы уже знаете, фееричное появление вашего внука на приеме в магическую академию всколыхнуло все магическое сообщество. Дипломатическая почта просто взорвалась от потока писем. Нас одолевают послы со всех стран мира. Даже те государства, с которыми мы раньше не вели дел, открывают у нас свои дипломатические миссии. Ученые со всего мира умоляют меня разрешить им встретиться с вашим внуком. Пока нам удается отделываться общими фразами, но долго так продолжаться не может. К тому же, как нам известно, в академию поступило много представительниц из разных стран. Цель у них одна, и объяснять ее я не вижу смысла. И мы понимаем, что если Владислав сделает неправильный выбор, то это может сильно навредить интересам Российской Империи. Поэтому я бы хотела, чтобы вы, прежде чем выбирать ему невесту, непременно посоветовались со мной.

Я от удивления даже дар речи потерял. Она вообще понимает, что несет?!!!

– Ваше Величество, не хочу показаться грубым, но с каких это пор княжеский род должен с кем-либо советоваться, решая такие вопросы?

– С тех самых, когда в вашем роду появился первый в мире маг всех стихий. И он сразу стал политически важен для нашей с вами страны.

– Простите, Ваше Величество, я буду предельно откровенен. Давайте проясним ситуацию от и до. На протяжении двухсот лет наш род демонстративно игнорировали и уничтожали, несмотря на все заслуги перед государством. С вашего попустительства, и попустительства вашей семьи, нас задвинули в самый пыльный угол и благополучно забыли. Моего отца отравили на вашем приеме. Да, якобы виновного нашли, но мы-то знаем, кто на самом деле отдал такой приказ. Вы заметили, что я не ем и не пью у вас? Опасаюсь, знаете ли. А что? Прецеденты были, уж простите меня за грубость. Ваши, не побоюсь этого слова, «любимчики» практически уничтожили наш род, покушались на Влада. И если бы не счастливое стечение обстоятельств, у них бы все получилось. Из за них мне пришлось прятать внука так, чтобы его не нашли. Из-за них я сидел в поместье, обреченно ожидая добивающего удара. Опять же, из-за них мы понесли финансовые и репутационные потери. И они убили Андрея и его жену!!! И все это делалось с Вашего молчаливого согласия. А теперь вы мне говорите, что внук стал политически важной фигурой для пока еще нашей страны. А что дала ему эта страна, кроме боли и страха за свою жизнь и жизни близких? Куда вы смотрели, когда вырезался один из древнейших родов Империи и мира?! Андрей вам отказал в своём расположении, вы и обиделись? Простите, Ваше Величество, императрица должна быть выше сиюминутных желаний.

– Да как вы смеете?! – вскочив, закричала она.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Смею, Ваше Величество, еще как смею! Вы сами мне развязали руки, отвернувшись от нашей семьи. Все решения по поводу избранниц внука мы будем принимать совместно с ним, и это даже не обсуждается. Ваши политические игрища нам не интересны. Прошли те времена, когда мы действовали в первую очередь в интересах империи. Пришла пора подумать о себе. Не найдем понимания у себя на родине, уедем в другую страну. Думаю, нам везде будут рады. И относиться станут не в пример лучше. Слава богу, кровь Громовых еще ценится во всем мире. А слава о нашей преданности правящему дому еще не померкла.

– Не слишком ли вы много о себе возомнили, Николай Владимирович? Да и кто вам сказал, что вас выпустят в случае неподчинения прямому приказу главы государства? – злобно прошипела она. – Оденем подавители и бросим в самую глубокую яму. У вас силы нет, а детишек от Влада мы сможем получить и без его непосредственного участия. Есть способы. А его семя будет стоить не намного дешевле, чем он сам, если вдруг мы захотим им поделиться.

Гнев вскипел во мне, затмевая разум.

– Меня, владетельного князя, в глубокую яму, а Влада доить как бычка?!!! Да ты совсем рехнулась, деточка!!! Неслыханное оскорбление!!! Отныне наш род будет считать себя свободными от служения вашей фамилии!!!

Резко вскочив, я коротко поклонился.

– Благодарю за теплый прием, Ваше Величество. Жаль, не получилось у нас с вами разговора. И новая страница оказалась сильно заляпана чернилами.

– А ну стоять! – хлестнул резкий голос Императрицы. – Я еще вас не отпускала. Все будет так, как я сказала. И вы подчинитесь. В противном случае, о вашем роде останутся только воспоминания в архивах.

– Ваше Величество, – ответил я, кипя от гнева. – Монарх – это, прежде всего, дипломат. Как, вы думаете, отреагируют послы разных держав, не увидев нас на Большом Императорском Приеме? А как отреагирует внук, узнав о нашем с вами сегодняшнем разговоре? И кстати, он выдвинул конкретные требования для получения нашей лояльности. Вы хоть одно из них выполнили? Или все так же прикрываете убийц моей семьи, при этом что-то говоря о преданности? Я до сих пор не видел ни пополнения счета, ни головы Вяземского. И, уж тем более, не слышал публичных извинений. Пока только угрозы и шантаж.

– Кстати, об этом я тоже хотела поговорить. Я хочу, чтобы вы забыли старые обиды и помирились с Алексеем Григорьевичем. Для этого я позвала и его сегодня, чтобы вы смогли поговорить и тихо – мирно разрешить все ваши разногласия. Пригласите его, – сказала она, нажав кнопку на телефоне внутренней связи, что стоял рядом с ней.

Дверь распахнулась, и в кабинет вошел Вяземский.

– Ваше Величество, – учтиво произнес он, поклонившись. И тут, увидев меня, застыл как вкопанный.

Почувствовав резкую вспышку эфира, Давыдов только и успел подумать, – Ой, дура!!! – и, накрыв щитом себя и императрицу, увидел, как побледнело лицо вошедшего, как рассыпаются в труху подавители Николая Владимировича. И застывшую на губах главы рода Громовых хищную улыбку предвкушения близкой мести…

Глава 13

Романова Елена

– Да, да, еще немного, еще чуть-чуть. Сделай это, вздорный старик, – в восторге шептала я, глядя, как Громов, опутав воздушными путами Вяземского, поместил его голову в вакуум. – Убей его, и тогда и ты, и весь твой непокорный род, будете у меня в руках!!!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Но что он делает?!!! Кажется, старый идиот очень не вовремя включил мозги!!!

Громов вдруг открыл доступ к воздуху своему врагу, и, с язвительной усмешкой посмотрев на меня, выкинул Вяземского в приемную, где толпились придворные. Испуганного, обмочившегося от страха, но живого!!!

В бешенстве я впилась ногтями в собственные ладони, бессильно наблюдая, как мой идеальный план на глазах разваливается на куски.

– До начала Большого Императорского Приема, я требую выполнения всех наших требований, и в первую очередь, голову этого никчемного труса! В противном случае род Громовых навсегда покинет пределы Российской империи. Всего доброго, Ваше Величество, – небрежно поклонившись, он быстрым шагом вышел из кабинета, громко хлопнув на прощание дверью.