Гром над Академией. Часть 1 (СИ) - Машуков Тимур

А теперь я бы хотел обсудить последний на сегодня, но не последний по значимости, вопрос. Когда это вы успели спеться? Насчет Ольги ничего не скажу, ее мыслей я не знал, но вы вроде пылали праведным гневом в отношении нее. И тут вдруг такое взаимопонимание. С чего вдруг? Не скажу, что мне это не нравится, но хотелось бы ясности, без подковерной возни за спиной.

– Мы решили что так будет лучше для всех, – сказала Ника. – Да, Ольга нам не нравилась, но ее мы хотя бы знаем. И при всем ее снобизме, подставы делать она не будет и на подлости не способна. Прямая как стрела. К тому же, ты ее любишь. И она тебя, как выяснилось. Можешь подумать, что мы прикрыли свои задницы и нашли сильного союзника. И это будет полуправдой. Если бы она тебя не любила, мы бы сделали все, чтобы вы не сблизились. А теперь, когда мы нашли общий язык, и нам будет проще, и тебе не придется делать мучительный выбор, мы или она. А втроем мы кого хочешь в бараний рог скрутим. Они порознь, а мы вместе.

– Ага, вместе значит, – ухмыльнулся я. – Подруги, общий парень, секретики всякие. Да Оль? А ты не хочешь поделиться с нами своим секретиком?

– Ты о чем? – вскинулась та, внезапно покраснев.

– Ты прекрасно знаешь, о чем я. Где ты была прошлой ночью, можешь нам рассказать?

– Я… я… я думала, ты ничего не помнишь, да и я тоже… – закрыв лицо руками, прошептала она.

– О чем это вы? – нахмурясь, спросила Ника.

– А вот Оля нам сейчас и расскажет, раз уж мы играем в честность и не хотим держать камни за пазухой. Правда, Оленька?

И посмотрев в ее красивые глаза, я увидел испуг, смущение и решимость. Что ж, посмотрим, что она скажет и, самое главное, расскажет, как она это сделала…

Глава 12

За сутки до этого. Ольга.

Когда я вышла от Влада, меня душила злость и отчаяние. Почему все вот так вот? С близняшками мы не разговаривали. Не сговариваясь, они пошли в сторону общежития, а я отправилась побродить по тропинкам. Видеть никого не хотелось. Устало присев на лавочку, в глубине аллеи, я предалась горестным мыслям. На что, спрашивается, я надеялась?

Так, размышляя, я не заметила, как пролетело время, и отвлекли меня голоса проходящих мимо японцев. Спрятавшись за дерево, я услышала, как они обсуждают вечеринку у Влада, и похоже, Хидеки была твердо настроена перейти с ним на другую грань отношений. Ревность жгучей волной захлестнула меня, и я, накинув на себя водный зеркальный щит, последовала за ними, держась на расстоянии.

Подойдя к воротам коттеджа, они долго стучали, пока Влад им не открыл. И, судя по всему, он был сильно пьян. И когда только успел? Решив проскочить к нему под щитом, который, по идее, никто не должен заметить, я успела сделать только один шаг вперед, как меня чуть не сбили еще две девушки, что промчались к входу, при этом со злобой посматривая друг на друга.

Увидев, что ворота закрываются, я проскользнула между ними, молясь, чтобы ни на кого не нарваться. При малейшем контакте с кем-либо, щит бы сразу слетел. Единственное, я переживала, что меня может засечь Влад, но он был в таком состоянии, что ничего уже не различал, по-моему. Тем более, что он, развернувшись, сразу пошел вперед, явно с трудом удерживая равновесие. Идти напрямую в дом мне показалось плохой идеей, и я, обойдя его, увидела открытое окно. Влезть в него оказалось минутным делом, и вот я, застыв на кресле, приготовилась его ждать. Что делать, если он придет не один – я не думала, а точнее, гнала от себя эту мысль.

Удобно расположившись в кресле, я зябко поежилась. Как мне казалось, на меня все время кто-то смотрел, и взгляд этот был не то, что недобрым. Скорей, изучающим. Не снимая щита, хорошо, что он потреблял совсем чуть-чуть эфира, я сама не заметила, как задремала.

Очнулась я от пьяных голосов, раздавшихся из-за двери.

– Мадам, я, как старый гусар, не знаю слова «Нет», – прозвучал голос Влада.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Сейчас, мне надо помочь одному моему другу, с которым я надеюсь вас познакомить чуть позже.

После чего послышался смех и сопение. Там явно кто-то целовался.

Внезапно распахнувшаяся дверь едва не заставила меня подпрыгнуть в кресле от страха. На заплетающихся ногах Влад зашел в комнату и запер ее за собой.

– Кузя, – сказал он в пустоту. – Сидеть тихо и не отсвечивать, ко мне никого не пускать. Черт, – пробормотал он, – совсем крыша поехала, чуть Хидеки не трахнул. А потом бы мне Оз обрезание бубенцов сделал или жениться заставил. Все, спать, в задницу такую вечеринку.

Шатающейся походкой он подошел к кровати и как есть, в одежде, рухнул на нее. Через минуту засопел, что-то бормоча во сне.

Я встала и, подойдя к нему, села на край кровати. Во сне он казался таким беззащитным, что вызывал невольную улыбку. Внезапно я почувствовала жар в груди, мысли стали путаться. Я потянулась к нему – и сознание отключилось.

В себя я пришла в своей кровати в общежитии, уже утром. Тело сладостно ныло, и легкой болью тянул низ живота. С ужасом я вспомнила прошлую ночь. Это я с ним?.. И мы занимались любовью?!!!

Воспоминания были отрывочны – ласки, жаркие поцелуи, слова любви. Сильная боль, а потом неземное удовольствие. Все смешалось, и казалось, что это был всего лишь сон. Почему я толком ничего не помню? Как оказалась в своей постели? И ведь не спросишь у него! Какой ужас!

Закутавшись в одеяло, я заревела. Моя первая ночь с любимым мужчиной, а я толком ничего не помню. И что делать теперь?

– Вот так оно и было, – сказала Ольга, закончив рассказ, старательно пряча глаза и алея щеками. – Мне ужасно стыдно, но я действительно ничего не помню.

– Кузя, – сказал Влад. – Я же тебя спросил насчет гостей?

– Владыко, вы спросили, кто последний ушел, а она ушла первой. Злых мыслей у нее не было, вот я и пропустил ее к вам.

– Та-ак, интересно. Значит, Оля, говоришь, сознание помутилось?

– Васенька, а ну иди-ка сюда, котеночек. Напомни мне, почему тебя баюном называют?

– Хозяин, – пятясь назад, пробормотал он, – это не то, что вы подумали!

– А ну, стоять, сказочник хренов! – подхватив с пола кота, который собрался было уже удрать, Влад посмотрел на него полными бешенства глазами.

– Рассказывай, и если хоть на миг мне покажется, что ты врешь, я тебя убью.

– Я не хотел ничего плохого! – заорал кот, чувствуя приближающуюся смерть.

– Она сидела, и от нее шла такая тоска, что мне дурно становилось. Потом вы зашли. Весь расстроенный, да, мысли у вас путались, но в глубине души вы были очень печальны. Я знаю, я чувствовал. На вас воздействовать я не мог, поэтому навел «Сон наяву» на нее. Запутал, помутил разум, поднял из глубины души все желания. Если бы она сама этого не хотела, у меня бы ничего не получилось!!!! Потом, когда все между вами произошло, от нее вместе с удовольствием, потянуло таким стыдом и желанием своей смерти, что я испугался. Закрыв ей мысли, я вывел ее из дома и отвел в место, где она живет. Она сама туда хотела, я просто провел. А после стер воспоминания из ее памяти. И больше ничего, клянусь!!!! Но, видимо, до конца у меня не получилось. А ваших гостей усыпил, чтобы вам не мешали. А под утро разбудил и отправил их по домам, всех вместе. Не убивай, хозяин, я, правда, не хотел ничего плохого!!!!

Трясясь от ярости, я смотрел на этого манипулятора и страстно желал его удавить. Видимо, это настолько явно отразилось на моем лице, что кот закрыл глаза и приготовился к смерти.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Внезапно на мое плечо легла рука Ольги.

– Оставь его, Влад, – тихо сказала она. – Он прав, я действительно этого хотела. Пусть не так, но хотела. Обидно, что я ничего не помню. Но мы всегда можем повторить, – закончила она, сильно покраснев.

– Ох уже эти сказки, ох уж эти сказочники…Так, котяра, ты можешь восстановить ей память? Скажешь нет, прибью.

– Могу, хозяин, пять секунд, – заорал он и пристально посмотрел Ольге в глаза.