Дэвид Эддингс - Последняя игра

— Вы хотите, чтобы я вторгся в Толнедру? — недоверчиво спросил Сэйди.

— Естественно, нет, лорд Сэйди. Его величество Тор Эргас просто желает получить у вас разрешение на переброску через вашу территорию некоторых сил, чтобы создать угрозу на южной границе Толнедры. И не потребуется никакого кровопролития.

— За исключением крови найсанцев, которая прольется, как только уйдет армия мергов. Толнедрийские легионы тут же налетят через Лесную реку, подобно рою рассерженных шершней.

— Тор Эргас более чем охотно оставит несколько гарнизонов, чтобы гарантировать неприкосновенность территории Найссы.

— Уверен, что так и есть, — сухо заметил Сэйди. — Но известите своего короля, что данное предложение совершенно неприемлемо в нынешнее время.

— Король Ктол Мергоса — могучий властелин, — твердо сказал мерг, — и он помнит всех, кто ему отказывает, даже лучше, чем своих друзей.

— Top Эргас — сумасшедший! — резко заявил Сэйди. — Он хочет избежать столкновения с олорнами, чтобы всеми силами ударить по Зарату. Однако, несмотря на свое умопомешательство, он не такой дурак, чтобы посылать свою армию в Найссу без приглашения. Армия нуждается в пропитании, а Найсса, как это не раз доказала история, плохое место для добывания продовольствия. Самые аппетитные фрукты имеют, как правило, самый кислый сок.

— Армия мергов возит продовольствие с собой, — жестко ответил посол.

— Тем лучше для нее. Но где вы рассчитываете найти питьевую воду? Не думаю, что мы далеко продвинемся в решении этого вопроса. Я передам ваше предложение ее величеству. Она, конечно, примет окончательное решение.

Подозреваю, однако, что вам следует предложить что-нибудь более привлекательное, чем захват мергами Найссы, чтобы убедить ее благосклонно рассмотреть это дело. Это все?

Мерг поднялся, покрытое шрамами лицо горело от гнева. Он холодно поклонился Сэйди и вышел, ничего не говоря.

Сэйди некоторое время думал над возникшей проблемой. Можно добиться значительных выгод при минимальных издержках, если сделать правильный ход.

Несколько тщательно продуманных депеш королю Родару в Олгарию поставят Найссу в ряды друзей Запада. Если армия Родара окажется победительницей, Найсса от этого только выиграет. И напротив, если станет ясно, что Запад близок к поражению, то предложение Тор Эргаса можно будет принять. В любом случае Найсса окажется на стороне победителей.

Все эти соображения чрезвычайно привлекали Сэйди. Он встал, шелестя переливающейся шелковой одеждой, и направился в расположенный рядом кабинет.

Там Сэйди вынул хрустальный флакон с темно-голубой жидкостью, аккуратно отлил немного густого сиропа в маленький стаканчик и выпил. Как только любимый наркотик возымел действие, Сэйди тут же охватила эйфория. Минуту или две спустя он почувствовал, что готов предстать перед лицом королевы. Он даже улыбался, выходя из кабинета в темный коридор, который вел в тронный зал.

Как всегда, покои Солмиссры слабо освещались масляными светильниками, свисавшими с темного потолка на длинных серебряных цепях. Хор евнухов в присутствии королевы все еще пребывал в коленопреклоненном положении, что должно было выражать обожание, но они уже больше не воспевали ее. Любой шум теперь раздражал Солмиссру, а ни один разумный человек не стал бы ее тревожить.

Змеиная королева покоилась на похожем на диван троне, стоявшем под огромной статуей Иссы. Королева постоянно дремала, шевеля своим свернутым кольцами крапчатым телом с сухим шелестом, который получался от трения чешуек друг о друга. Но даже в этой беспокойной дремоте язык Солмиссры нервно подрагивал.

Сэйди приблизился к трону, небрежно распростерся на отполированном каменном полу и стал ждать. Запах доложит о его прибытии огромной кобре, которая и являлась его королевой.

— Да, Сэйди? — наконец прошептала она — голос почти не отличался от шипения.

— Мерги хотят заключить союз, моя королева, — известил ее Сэйди. — Тор Эргас хочет пригрозить толнедрийцам с юга, чтобы заставить Рэн Боруна убрать свои легионы с границ Мишарак-ас-Талла.

— Интересно, — безразлично ответила королева. Глаза Солмиссры устало взглянули на него, а кольца тела громко зашелестели. — А ты что думаешь?

— Нейтралитет нам не будет стоить ничего, Божественная Солмиссра, — ответил Сэйди, — а союз с той или иной стороной был бы преждевременен.

Солмиссра повернулась, и ее пестрый капюшон засверкал, когда она посмотрелась в зеркало, расположенное рядом с троном. Корона все еще покоилась на ее голове, такая же блестящая, как и чешуя. Язык подрагивал, а глаза, пустые, как стекла, смотрели в зеркало.

— Делай как считаешь нужным, Сэйди, — сказала она безразличным тоном.

— Я займусь этим делом, моя королева, — сказал Сэйди, прижимаясь лицом к полу в знак готовности удалиться.

— Я сейчас не нуждаюсь в Тораке, — задумчиво сказала Солмиссра, не отрываясь от зеркала. — Полгара позаботилась об этом.

— Да, моя королева, — согласился Сэйди ничего не выражающим голосом и начал подниматься с пола. Солмиссра обернулась, чтобы взглянуть на него.

— Задержись немного, Сэйди. Мне одиноко. Сэйди тут же спустился на полированный пол.

— Иногда я вижу такие странные сны, — свистящим шепотом сказала она. — Очень странные сны. Мне кажется, что я вспоминаю те вещи… те вещи, которые случились, когда кровь моя была горячей, а сама я была женщиной. В этих снах мне приходят удивительные грезы… и диковинные желания. — Она посмотрела прямо на Сэйди, и капюшон снова сверкнул, когда ее головка потянулось к нему. — Разве я действительно была такой? Все представляется как в дымке.

— Это было трудное время, моя королева, — откровенно ответил Сэйди. — Для всех нас.

— А ты знаешь, Полгара оказалась права, — продолжала она тем же возбужденным шепотом. — Снадобья только горячили мою кровь. Я думаю, что так лучше — ни страстей, ни желаний, ни страхов. — Она снова повернулась к зеркалу.

— Теперь можешь идти, Сэйди.

Он поднялся и направился к двери.

— О Сейди…

— Да, моя королева.

— Если я заставила тебя поволноваться, то мне жаль.

Сэйди во все глаза смотрел на нее.

— Жаль, конечно, но совсем немного, — сказала она и вернулась к созерцанию своего изображения.

Сэйди дрожал, когда закрывал за собой дверь. Немного позже послал за Иссасом. Сгорбленный одноглазый убийца вошел в кабинет главного евнуха с некоторым колебанием, а на лице его читались признаки страха.

— Входи, Иссас, — успокаивающе сказал Сэйди.