Искорка для ледяного дракона - Алиса Ганова

Директриса потянулась к поясу, стала нервно перебирать ключи на цепочке шатлена, выискивая тот, что от комнаты наказаний. Но я знала, что его в связке нет, потому что я собственноручно спрятала его, а ломать добротную дверь Орлице не позволит жадность.

Чтобы скрыть мстительную улыбку, я опустила голову и напомнила:

— Уставом запрещено сечь учениц старших классов.

— Из окна ученицам удирать тоже запрещено! — рявкнула она, морщась.

Любила директриса покричать, отчего у неё начинались болезненные головные спазмы. Чтобы их избегать, ей надо всего-то держать себя в руках. Но Орлица предпочитает оставаться раздражительной и срываться на нас, ведь большинство учениц её захолустного пансиона — сироты. Уйти нам некуда, пожаловаться некому. Мы полностью в её власти.

Закончилось дело тем, что мадам Орельи утомилась браниться, осипла, а потом, после сытного позднего ужина, что по обыкновению устраивала себе каждый вечер в личном кабинете, угомонилась. Однако же перед сном нагрянула в общую спальню старших учениц и злорадно объявила:

— За непослушание и нарушение правил пансиона Эллария Бартуэ лишается права участия в рождественском представлении и праздничном ужине.

— Ой! — ахнула и зажала рот ладонью Милия, моя соседка по кровати.

— Но мадам… — попыталась заступиться за меня классная дама.

— Всем в назидание! — усмехнулась довольная Орлица, бросив на меня самодовольный взгляд.

Вот это обидно и подло. Кухарка утром похвалялась, что собирается завтра приготовить сладкие слойки, мясные пироги и зажарить несколько гусей…Стоило представить, чем будут угощаться воспитанницы, слюнки заполонили рот, а живот противно заныл от голода. Но досаду я не показала. Наоборот, выше вскинула голову и не издала ни звука.

Да и спорить без толку. Но я обязательно вызнаю рецепты у нашей кухарки, а потом, после окончания пансиона, когда найду работу, буду сама печь сдобу, сама есть и радоваться, что навсегда избавилась от придирок склочной директрисы.

Из-за усталости я уснула быстро, спала крепко, но проснулась рано и долго ворочалась с бока на бок, пытаясь заглушить чувство голода.

Как назло за завтраком, перед началом представления, нам выдали по вареному яйцу и по маленькой чашке кислого компота. Увы, это всё, что я получу до позднего вечера, потому что остальные девочки сытно пообедают за праздничным столом. И только я снова останусь голодной.

Когда раздался звонок, ученицы всех возрастов стали стекаться в общий зал, украшенный нашими руками. Я не спешила идти, надеясь украдкой ускользнуть, скрыться в библиотеке и там провести время с пользой. Однако директриса выцепила меня, грубо схватила за локоть и лично сопроводила до холодного чулана, где и заперла.

— Подумай, Бартуэ, над своим отвратительным поведением! — попеняла она ехидно и ушла, победно цокая каблуками по коридору.

Сложив пальцы козой, я пожелала грымзе пустого дня, потом показала «длинный нос» и, топнув от досады, уселась на старый, пыльный сундук у облупленной стены, в котором хранилась ненужная рухлядь.

Хорошо, что успела украдкой достать из своих тайных припасов чёрствую горбушку.

Когда надоело сидеть, я встала у окна и, смотря на заснеженный сад, стала грызть её, представляя, что сейчас нахожусь не в коморке, где холодно и затхлый воздух, а на ярмарке… Вокруг яркий свет, искрящий снег и танцующие снежинки… Такие же белоснежные, как пряди надменного Дракона… Ой!

Думать о незнакомце, каким бы прекрасным он ни был, я посчитала глупостью и, мысленно отругав себя за наивный романтизм, занялась обшариванием чулана. Измаралась в пыли, паутине, зато нашла пару книг и занялась чтением. Тем более что мне повезло: я нашла… страшно сказать, любовные романы, которые здесь спрятал кто-то из классных дам. Вот же везение!

Вечером, когда за окном стемнело, а представление и праздничный обед давно завершились, меня наконец-то выпустили из заключения.

На ужин перед сном мы получили по чашке разбавленного молока с крохотной булочкой и после умывания и переодевания, вернулись в прохладную спальню.

Укрывшись тонким стареньким одеялом, я украдкой смахнула подступавшие слезы.

От недоедания я мерзла сильнее обычного, урчал живот…

Скоро Драконье Рождество, но завершается старый год и начинается новый грустно и несправедливо.

Чтобы не дать волю чувствам, я крепко зажмурилась и сомкнула зубы.

— Эй… — пощекотала меня за пятку Милия. — Спишь?

Я приподняла голову и увидела в сумраке очертания протянутой узкой ладони, на которой лежали несколько четвертинок слоек, которые подруга украдкой принесла мне!

— Мы немного смогли спрятать. Орлица над душой стояла.

— Спасибо!

— Тш-ш! — шикнула она и укрылась одеялом.

Лёжа в темноте, я медленно рассасывала вкусности и смотрела в чёрный потолок.

Неужели так и пройдет вся моя жизнь? Ну уж нет! Я постараюсь сделать что-нибудь эдакое, чтобы стать счастливой вопреки гадким предреканиям Орлицы.

Только утром мне удалось нормально поесть. Но как же тяжело сдерживаться, чтобы не накинуться на кашу, не слопать её быстро и не попросить добавки. Едва не сдалась. Сдержаться смогла, подметив, как Орлица поглядывает на меня. Чувствую, не просто так ехидно щурится.

* * *

Когда девочки закончили завтракать и отнесли посуду, директриса выстроила наш класс в коридоре и торжественно объявила:

— Как вы знаете, я обещала вам ещё один сюрприз!

Орлица говорила на удивление ласково, почти елейно. Хм… К чему бы?

— В этом году наш достопочтенный мэр приложил особые усилия, чтобы порадовать горожан Лардума чудесным праздником. Вы заметили его старания, когда ходили на ярмарку… — Она вперилась в меня блёклыми глазами. — Так вот, это ещё не все добрые дела господина Шеро. Также он решил провести благотворительный вечер для будущих выпускниц нашего пансиона.

— Ах! — в едином порыве выдохнули девочки. Я бы тоже ахнула, но под колючим взором Орлицы прикусила язык.

— В дни рождественских каникул десять учениц старшего класса, которые не посрамят честь нашего любимого пансиона, проведут вечер в роскошном особняке мэра и получат ценные призы!

— Ура! Ура! — запрыгали девочки, хлопая в ладоши. Я же стояла смирно, потому что оговорку поняла с полуслова. Нас одиннадцать, а речь про десять учениц… Это значит одно: мне визит к мэру Шеро не светит.

Что ж, искренне рада за подруг.

Классная дама Унина увела девочек подгонять наряды, которые директриса великодушно выдала из хранилищ пансиона. Ученицы младших и средних классов, кому повезло иметь родных, под присмотром классных дам разошлись собирать вещи, чтобы провести каникулы дома. Тем же, кому ехать некуда, в том числе я, собрались в общем зале и занялись созданием из цветной гофрированной бумаги цветов.

До праздника весны ещё далеко, но Орлица торопит нас, чтобы сделать много украшений, а потом выгодно продать. В принципе, это не так уж скучно