Искорка для ледяного дракона - Алиса Ганова

столицы. Тогда тем более не понимаю, зачем мы сюда приехали и что здесь делаем.

Глава 3.2

— Господа! — мэр Шеро, полный, лысеющий мужчина в модном костюме, поставил чашку и встал с места. — Рад представить вам скромных, невинных учениц нашего пансиона. Он небольшой, однако достойный. Вы сами можете в этом убедиться, пообщавшись с воспитанницами. Эти прекрасные девушки продемонстрируют вам свои грацию, скромность и воспитанность.

Про грацию он, конечно, преувеличил. И вообще, похоже он их тех людей, кто лжёт и не краснеет.

Две дамы и супруга мэра, с переливавшимися на свету украшениями, смотрели на нас брезгливо, надменно. А вот мужчины… Мне захотелось поправить воротник и наглухо закрыться от их масляных взглядов.

Гости, натянув на лица холодные улыбки, принялись снисходительно расспрашивать нас о всяких глупостях. Девочки чувствовали себя ужасно неловко, отвечали скованно. А время тянулось мучительно медленно.

Директриса нетерпеливо поглядывала на хозяйку дома. Та косилась на огромные настенные часы и, когда стрелка приблизилась к двенадцати, обратилась к благородным гостям:

— Чтобы не утомлять очаровательных девушек, приступим к конкурсам. Первый конкурс пройдет в саду.

— Там снег, — нахмурилась директриса, которой тоже не предложили сесть. — Девочки легко одеты.

— Планы поменялись, — отмахнулась небрежно супруга мэра, растянув пухлые, напомаженные губы в змеиной улыбке. — Они быстро справятся.

Я стояла последней, у двери, а Нилья первой, около Орлицы. Но Нилья так спешила попасть в сад, что, когда нас попросили выстроиться парами, оказались рядом со мной.

Такое соседство нам обеим не по душам, однако под пристальным взором директрисы мы отвернулись друг от друга и молча последовали за дворецким.

В тонких накидках девочки продрогли почти сразу, как вышли на свежий воздух. И ноги промокли в рыхлом снегу. Гости же, прежде чем присоединиться к нам, накинули на плечи меховые пальто, шубы и теперь стояли поодаль на вычищенной дорожке и общались между собой, не обращая на нас внимания.

— Итак, юные леди, — дворецкий достал из нагрудного кармана золоченую карточку. — В первом конкурсе вам необходимо слепить символ драконьего рождества.

— Ах, какая прелесть! — подобострастно восхитилась Нилья, стуча зубами. У неё, как у любимицы директрисы, платье самое симпатичное, с голубыми шелковыми вставками. Однако оно имело и существенный недостаток — холодило. Оттого приторная улыбка продрогшей Нильи больше походила на оскал.

— Действуйте в паре с соседкой, — огласил условие конкурса седоусый месье Апетен.

— Что? Нет! — хором воскликнули мы с Нильей. Вот только остальные девочки уже разбились на пары и разбежались по саду. Нам не с кем было меняться.

Нилья фыркнула и бросилась собирать снег в кучу. Ради приличия я решила помочь, но она зашипела:

— Не мешай!

— Как хочешь, — пожала я плечом и, отступив на пару шагов, стала наблюдать, как она, стоя на четвереньках, пытается грести посиневшими от холода пальцами снег.

К драконам я всегда относилась равнодушно. А в свете недавних событий стала относиться с неприязнью. Но девочки старались и, как трудолюбивые муравьишки, сновали по заснеженному саду, таскали снежные комья, чтобы слепить рождественские фигуры драконов, когда-то поглотивших первозданную тьму и давших рождение миру.

Вот только, по мне, сгребать снег в кучи голыми руками — издевательство.

Я огляделась. Неподалеку заметила слугу, что стоял за деревом и следил, как бы мы ничего не сломали. Подошла к нему и попросила:

— Могу я взять лопату?

Мужчина оглядел меня свысока, однако кивнул.

Получив деревянную лопату, я быстренько накидала снег в солидную кучу. Нилья сразу же бросилась свою жалкую кучку и подбежала к моей.

— Я больше стараюсь! Приз будет моим! — прорычала она и ринулась придавать сугробу форму.

— Так я помогу, — взмахнула я лопатой перед её носом, растянув края губ в угрожающей усмешке.

Нилья испугалась, взвизгнула.

— Эллария! — тут же зашипела разъярённой кошкой Орлица. — Хватит!

Ладно.

Наблюдая, как Нилья пытается превзойти себя, слепить нечто прекрасное, я едва сдерживалась, чтобы не расхохотаться. У неё явно выходило нелепое чудовище. Я могла бы исправить, помочь, но… не хочу. И вообще…

— Девочки! Кому нужна лопата?

— Мне! Нам! — раздались голоса.

Я отдала её Сабине, подбежавшей первой.

— Дура, зачем ты отдала? Это же конкурс! — накинулась на меня Нилья.

— Надо быть человечнее, — я отвернулась от неё.

— Лепить следует вдвоём! — напомнил строго месье Апетен.

Я вынуждена была присоединилась к Нилье. Наметила пропорции тела дракона, нижних лап, головы… Но Нилья тут же взбунтовалась:

— Это будет малохольный уродец. Надо выше и больше, чтобы победить.

— Будет большой уродец.

— Я пожалуюсь мадам!

Во мне проснулась вредность, и я напомнила:

— Месье Апетен велел лепить в паре.

Нилья покосилась на Орлицу, в надежде получить поддержку. Но при влиятельных господах директриса не стала повышать голос. Разве что кивком и тяжёлым взглядом предупредила, чтобы мы не ругались.

«Ладно, леплю и очень стараюсь», — улыбнулась я покладисто. А вот что у меня выйдет — так это предугадать сложно. У меня богатая фантазия! И упрямства мне не занимать…

— Ты что творишь! — истерично взвизгнула Нилья, грубо отталкивая меня от фигуры.

Я не осталась в долгу, толкнула её. Падая, она задела снежного дракона и сломала одну из его лап.

— Это из-за тебя!

— Это ты, Нилья, задела её.

— Девочки, не ссорьтесь! — шикнула Орлица. Мы притихли, но нашу разгоревшуюся вражду уже не потушить. Я нехотя приделала лапу, однако недовольная Нилья сломала её.

— Не так! Это же копыто, а не лапа!

— Копыта выглядит иначе, — ударом каблучка, я изобразила на другой конечности фигурки, которую слепила Нилья, своё видение копыт.

— Не трогай! Уйди!

— Ага! — дразня врагиню, я демонстративно налепила больше снега на фигурку спереди и сзади. Получился горбатый дракон с гигантским животом.

Оценив масштаб бедствия, Нилья бросила за лопатой, чтобы отходить меня.

Пока она отбирала её у девочек, я успела впопыхах налепить на лоб дракона рог, а вместо крыла вставить ветку, что присмотрела над одним из деревьев.

Когда Нилья кинулась на меня, я уже успела сделать пакость и вприпрыжку бросилась удирать.

— Девочки! Хватит шалить! — повысила голос Орельи. Вот только мы не шалили. Мы искренне ненавидели друг друга.

Мне прилетело бы деревянной лопатой по спине, если бы Каррина не сделала Нилье подножку. Та упала. Я подбежала, выхватила лопату и точно закидала бы гадину снегом, если б за спиной не раздались хлопки.

— Браво! Незабываемое зрелище! Великолепное! Лучшее из того, что я видел!

Я замерла. И пусть стояла к тому, кто аплодировал, спиной, интуиция надрывно кричала, вопила, что голос подозрительно знаком.

— Ах, сиятельный господин Шаллерэн! Вы приехали? — широко улыбнулась хозяйка особняка и дрессированной собачкой торопливо