Анджей Ваевский - Отныне я - твой меч

— Мой принц, в трех днях пути отсюда к югу разграблен караван. Большой и богатый, если верить слухам. В тех местах орудует шайка грабителей, на коих давно объявлена охота. Они многочисленны и хорошо вооружены. Поскольку местность глухая, вдали от больших городов, то стража так и не взялась за их поимку, хотя жалоб от путешественников много.

Садар внимательно выслушал отчет Зелика

— Удачная находка. Собери всю информацию, которую сумеешь. Чем ближе подберешься к их убежищу, тем лучше. Найди его, во что бы то ни стало.

— Ваше Величество учуяло серьезную добычу? — произнес Ларминиз, стоило разведчику покинуть шатер принца.

— Тут дело даже не в добыче. Во-первых, они находятся на основном торговом тракте, идущим с севера через Сидерим. Во-вторых, неплохо бы заполучить расположение купцов, избавив их от такой угрозы. И только в-третьих, возможный большой куш.

— Пытаешься объять необъятное?

— Почему бы и нет?

Зелик пропадал неделю. Садар уже начинал нервничать, поскольку так надолго глава разведчиков ещё не отлучался. Но тот успел явиться, когда нервы принца оказались на пределе, и уже собирался отряд на поиски Зелика. Вернулся не один.

— Простите, Ваше Высочество, но нести на себе эту тушу не так просто, потому и припозднился, — оправдывался Зелик, сваливая к ногам принца связанного по рукам и ногам мужика.

— И кто это?

— Он говорить не очень хочет. Но мы ведь методы найдём? — разведчик недвусмысленно улыбнулся в сторону Разящего, который откровенно бездельничал в последнее время.

— Развязать язык? — немедленно вызвался Азит. Пленник перевёл взгляд и бешено завращал глазами, мыча что-то неразборчивое через кляп.

Страх. Оружие, которое Азит вручил Садару собственным появлением в его жизни. Оружие куда более серьезное и опасное, нежели меч. Проклятый внушал страх одним своим существованием. Принц научился этим пользоваться. Пленник разговорился. Не потребовалось ни угроз, ни пыток, всего лишь обещание, что Азит к нему не прикоснется, более того, ему сохранят жизнь и отпустят, когда с грабителями будет покончено. Страх, более сильный, нежели боязнь того, что сделают с предателем выжившие товарищи. Сильнее страха смерти. Садар остался доволен полученной информацией, Азит разминал плечи, предвкушая бойню.

Их было чуть менее сотни. Они не выглядели мужиками, бросившими плуг и подавшимися в леса за легким заработком. Во многих чувствовалась армейская выправка, да и вооружение разительно отличалось от того, которым обладали обычные грабители. Из донесений Зелика Садар понял, что придется иметь дело с дезертирами, которых кто-то сумел собрать в шайку. Это обстоятельство во многом усложняло задачу принца. Таких нахрапом не возьмешь и не очень испугаешь. Оставалось ждать подходящего случая, наблюдая издали за расположением разбойников, облюбовавших пещеру в предгорьях. Укрытые лесом и частично болотом они оказались хорошо спрятаны как от дорожных патрулей, так и от случайных охотников за головами. Если бы не предательство попавшего в плен товарища, то логово так бы и оставалось тайным.

— Они вернулись с добычей. Видимо, еще один обоз разграблен. Много поклажи, много лошадей. Насколько я успел понять, их сразу продают, не держат долго при себе, — отчитался Зелик.

— Удача любит наглых.

— Да вы, мой король, никак ими восхищаетесь?

— Это я про нас. Я ждал такого шанса, и удача меня любит. Они отпразднуют добычу и ослабят бдительность, к тому же многие будут пьяны. Очень хороший расклад для нападения. Атака на рассвете. Не щадить никого. На сей раз участвуют все, ведь речь не об обнаглевших селянах и ремесленниках, взявших в руки оружие, а о предателях. Каждый из них предал своего государя и народ, и наказание подобных — дело армии. Так что, барышни, готовьтесь.

Мальчишки не роптали. Слова Садара задели за живое каждого. Они были юны, безусы, и каждый лелеял мечты о собственной доблести и чести. Их уже предал император. Они со всем юношеским максимализмом не могли простить дезертиров.

Часовых снимали тихо. Несмотря на общую расслабленность грабителей, уверовавших в собственную безнаказанность, видимость дисциплины соблюдалась и патрули были расставлены по округе. Каждого нашел нож Зелика и его подчиненных. Вышколенные Азитом солдаты Сидерима действовали слажено и молча, безжалостно вырезая спящих, прокладывая путь вглубь пещеры, пока враги не подняли тревогу. Принц не рассчитывал на то, что им удастся всё сделать тихо. Вероятность того, что их обнаружат быстро, велика и со счетов её сбрасывать не стоит. Так и случилось. Заслышав крик товарища, полусонные пьяные грабители срывались с мест, хватаясь за мечи, трезвея на ходу. В полутьме пещеры разразилась бойня, никто уже не прятался и не молчал. Вопли десятков глоток сотрясли каменные своды, обрушиваясь многозвучным эхом на сцепившихся противников. Среди криков и лязга, Садар, казалось, успевал приглядывать за всеми подданными. И резким выпадом заслонил собой одного из мальчишек, приняв летящий клинок на себя…

— Займись солдатами! — рыкнул Азит на Ларминиза, отталкивая плечом, прокладывая путь через трупы к выходу. Бой завершился победой сидериан, но на руках неприкасаемого безвольно обвисло окровавленное тело Садара.

— Он…

— Жив. Клинок прошел под ключицей, потерял много крови, но опасности для жизни нет, — произнес Азит, не оглядываясь на спрашивающих. Он был в ярости, скрипел зубами, но нес Садара в лагерь, вместо того, чтобы заняться раной сразу. Взбесившийся пёс никого не подпускал к своему хозяину. Даже жреца, хотя тот знал толк в лекарских науках.

— Раненых в лагерь. Те, кто не пострадал, займутся перегоном лошадей и чисткой схрона, — распорядился жрец, взяв на себя командование и не обращая внимания на обозленного Азита.

К вечеру всё было завершено: раненые осмотрены жрецом, перевязаны, отправлены спать; награбленное перемещено из пещеры в лагерь.

— Отец Ларминиз, здесь девушка. Похоже, за неё хотели выкуп. В общем, не знаю, в чем там дело, но никуда идти она не собирается.

— Ладно, придёт в себя король — разберется, как с ней поступить. А пока накормите и успокойте, объясните, что вы солдаты короля, а не новая шайка оборванцев.

Ближе к ночи Садар вышел из шатра, несмотря на громкие протесты Азита. Принц был бледен, с трудом держался на ногах, но всё же занял место у костра рядом с Ларминизом и Зеликом. Вслед за ним показался неприкасаемый. Последовавшая сцена заставила вытянуться в удивлении лица присутствующих.

— Сколько ты еще намерен носиться с ними как с детьми и закрывать собственным телом каждого от ран?! Ты хоть понимаешь, что бесценен, что тебя никем не заменить?!