Джон Толкиен - Хоббит, или Туда и обратно (пер. В. Маториной)

— Так вот, я переходил через горы с парой друзей… — начал маг.

— С парой? Я вижу только одного, да к тому же маленького, — сказал Беорн.

— Сказать правду, я не хотел тебя беспокоить и наваливаться в полном составе, пока не узнаю, не занят ли ты. Если позволишь, я их позову.

— Валяй, зови!

Гэндальф издал длинный свист, и вот уже Торин и Дори обогнули дом по садовой дорожке и стояли, низко кланяясь хозяину.

— Ага, твоя пара означает троих! — сказал Беорн. — Но это же не хоббиты, а гномы!

— Торин Дубощит. Готов служить!

— Дори. Готов служить! — сказали гномы, снова кланяясь.

— Спасибо. Обойдусь без вашей службы, — проворчал Беорн, — думаю, что это вам понадобятся мои услуги. Я не очень люблю гномов, но если ты правда Торин (внук Трора и сын Фрайна), а твой приятель тоже из уважаемого рода врагов орков, и если вы в моих владениях ничего плохого не замышляете… Послушайте, а каковы вообще-то ваши намерения?

— Они идут навестить земли своих отцов, там,навостоке за Лихолесьем, — вмешался в разговор Гэндальф, — и чисто случайно попали в твои владенья. Мы переходили через горы Большим Восточным Трактом, который должен был вывести нас на дорогу гораздо южнее твоего дома, но на нас напали подлые орки — как я собирался тебе рассказать…

— Ну так давай рассказывай дальше, — потребовал Беорн, отнюдь не отличавшийся учтивостью.

— Была страшная гроза; каменные гиганты вышли из глубины гор и стали швыряться камнями. Мы нашли убежище в пещере, попавшейся на пути, И вот я, этот хоббит и несколько моих спутников…

— Несколькими ты что, двоих называешь?

— Нет, нет, дело в том, что на самом деле их было не двое, а больше.

— Так где они? Их убили, съели, или они вернулись домой?

— Нет-нет. Они, вероятно, постеснялись прийти, когда я свистнул. Видишь ли, нам показалось, что мы можем тебя стеснить, если нас будет больше.

— Валяй, свистни еще раз! Кажется, у меня все равно получается обед с гостями, какая разница, если одним-двумя будет больше!

Гэндальф свистнул опять, и Нори и Ори появились раньше, чем смолк свист.

— Ишь ты, — сказал Беорн, — что-то вы сильно быстро явились. Где прятались? Ну, проходите, два дружка из клоунского мешка!

— Нори, готов служить, Ори го… — начали они, но Беорн перебил:

— Спасибо. Когда мне понадобится ваша помощь, я сам скажу. Садитесь и продолжайте вашу историю, а то, вы и до ужина не кончите.

— Как только мы заснули, — стал рассказывать дальше Гэндальф, — открылась трещины в углу пещеры, оттуда вылезли орки и захватили в плен хоббита, гномов и увели табунок наших пони…

— Табунок пони? Вы что — передвижной цирк? Или вы везли много товаров? С каких это пор шестерка стала табунком?

— Да нет, не шестерка. Дело в том, что пони было больше, потому что нас тоже было больше, — вот, еще двое подошли!

Тут как раз появились Балин и Двалин и поклонились так низко, что их бороды мели каменный пол. Великан сначала нахмурился, но они так старались быть изысканно вежливыми, так уморительно кланялись и обмахивали капюшонами колени (у гномов это принято), что он перестал хмуриться и разразился хохотом. Уж очень комично они выглядели.

— Сущий цирк, — сказал он. — Из одних клоунов. Входите, затейнички. А вас как зовут? Служба ваша мне сейчас не нужна, только имена. Скорее садитесь, кончайте бородами трясти.

— Балин. Двалин, — сказали они, стараясь не показать, что обиделись, и дружно плюхнулись на пол с несколько сконфуженным видом.

— Ну, давай дальше! — обратился Беорн к магу.

— Где я остановился? Ага — меня не схватили. Я убил пару орков вспышкой…

— Отлично! — пророкотал Беорн. — Магом быть, значит, стоит.

— …и проскользнул в трещину, пока она не успела сомкнуться. Потом я прокрался за орками в главную пещеру, где их набралось видимо-невидимо. Там был сам их Главарь, Большой Гоблин, и при нем тридцать или сорок вооруженных телохранителей, и я тогда подумал: «Что можем мы сделать против такого множества, даже если моим друзьям удастся разорвать цепи, ведь всего какой-то десяток…»

— Десяток? В первый раз слышу, чтобы восьмерых называли десятком. Или у тебя из мешка еще не все повыскакивали?

— Ну да, там еще пара. Это Фили и Кили, — сказал Гэндальф, а Фили и Кили низко кланялись и улыбались, подойдя.

— Хватит! — оборвал их любезности Беорн. — Садитесь и сидите тихо. Валяй дальше, Гэндальф!

Гэндальф рассказал, что было дальше, дошел до того места, где они удирали по пещерам в полной темноте, и описал их ужас, когда они прорвались через ворота и обнаружили исчезновение господина Торбинса:

—…мы пересчитали всех и оказалось, что хоббита не хватает. Нас осталось четырнадцать!..

— Четырнадцать?! Как это от десяти отнять одного и получится четырнадцать? Ты хотел сказать девять, или скрываешь от меня половину своей компании,

— Ой, конечно, ты еще не видел Оина и Глоина. Какая радость, вот и они. Прости за беспокойство, пожалуйста.

— Да пусть все явятся. Скорее садитесь и смотри, Гэндальф, даже с ними у тебя получается десять гномов, один пропавший хоббит и ты сам. Без одного выходит одиннадцать, а не четырнадцать, или маги считаютнетак, как все. Ладно, рассказывай дальше. — Беорн не хотел показывать, как ему было интересно, но на самом деле ужасно увлекся.

Видите ли, он в прошлом хорошо знал именнотучасть гор, которую описывал Гэндальф.Он одобрительно кивал, когда в рассказе снова появился хоббит, ворчал, когда Отряд скатывался по каменной осыпи, а когда Гэндальф дошел до кольца разъяренных ворговнаполяне, он вскочил, зашагал по веранде и воскликнул:

— Эх, меня там не было! Я бы показал этим воргам кое-что получше фейерверка!

— Ну вот, — сказал Гэндальф, очень довольный произведенным впечатлением. — Я сделал все, что мог. Мы сидели на деревьях, ворги носились под ними и выли от боли и ярости, лес начинал гореть, и тут подошли орки и обнаружили нас. Они радостно заорали, увидев своих врагов в безвыходном положении, и запели издевательскую песню: «Пятнадцать птиц на сучках расселись, пять елок под ними…»

— Провалиться мне? — закричал Беорн. — Не говори, что орки не умеют считать. Они отлично считают и могут отличить пятнадцать от двенадцати.

— И я могу, — сказал Гэндальф. — Там еще были Бифур и Бофур. Я не успел представить их тебе раньше, но вот и они.

Подошли Бифур, Бофур, а за ними, запыхавшись, толстяк Бомбур с возгласом: «И я!» Оказывается, толстый Бомбур обиделся, что ему велели идти последним, и не пожелал ждать по уговору пять минут, а сразу побежал за товарищами.

— Ну вот, теперь вас пятнадцать. А раз орки умеют считать, значит, столько и сидело на деревьях. Дальше можно слушать без помех, — произнес Беорн.