Дэвид Эддингс - Повелитель демонов из Каранды

— Я помогу тебе, Гарион, — предложил Шелк, спешившись.

— В чем дело? — спросил Гарион, когда император, весело болтая с Сенедрой и Бархоткой, отъехал на достаточное расстояние.

— Будь с ним очень осторожен, Гарион, — тихо произнес маленький человечек, притворяясь, будто осматривает ремни на седле Гариона. — Он что-то замышляет. Внешне он сама вежливость и улыбчивость, но внутренне совсем не изменился.

— Разве то, что он сказал, — не шутка?

— Никоим образом. Он был совершенно серьезен. И привез нас в Мал-Зэт из соображений, которые не имеют ничего общего ни с Менхом, ни с нашими поисками Зандрамас. Будь с ним настороже. Эта улыбка может сойти с его лица мгновенно, безо всякого предупреждения. — Затем он повысил голос. — Ну вот, — произнес он громко, дергая за ремень, — так вроде бы хорошо. Поехали, догоним остальных.

Путники выехали на широкую площадь, со всех сторон уставленную палатками, выкрашенными в различные оттенки красного, зеленого, желтого и синего цветов. На площади толпились купцы и горожане, одетые в длинную, до пят одежду тех же пестрых цветов.

— Император, а где же живут простые горожане, если весь город поделен на районы в соответствии с воинскими званиями? — спросил любознательный Дарник.

Брадор, лысый, круглолицый министр внутренних дел, ехавший рядом с кузнецом, с улыбкой ответил:

— Они все имеют звания согласно своим личным достоинствам и успехам. За этим следит отдел должностей. Местожительство, ведение дел, женитьба — все обусловлено званием.

— Не слишком ли жестко все регламентировано? — с сомнением спросил Дарник.

— Маллорейцам это нравится, Дарник. — Брадор рассмеялся. — Ангараканцы без раздумий склоняются перед властью; у мельсенцев большая внутренняя потребность все систематизировать; карандийцы слишком глупы, чтобы самим управлять своей судьбой; а далазийцы — ну, чего хотят далазийцы, не знает никто.

— Мы немногим отличаемся от людей с Запада, Дарник, — оглядываясь, добавил Закет. — В Толнедре и Сендарии подобные вещи обусловлены экономикой. Люди выбирают дома, магазины и жен согласно своим доходам. У нас это просто записано в законах — вот и вся разница.

— Скажите, ваше величество, — вступил в разговор Сади, — почему ваши люди так безучастны?

— Я не совсем понял, что ты хочешь сказать.

— Им следовало бы, по крайней мере, приветствовать вас. Вы же, в конце концов, император.

— Они меня не узнают, — пожал плечами Закет. — Император — это человек в алой мантии, с огромной драгоценной короной на голове, который едет в золотой колеснице под звуки фанфар и которого сопровождает, по крайней мере, полк императорской гвардии. Я же человек в простой полотняной одежде, скачущий по городу в компании нескольких друзей.

У Гариона не выходили из головы слова Шелка. Почти полное отсутствие потребности в самовозвышении раскрывало еще одну грань этой сложной личности. Гарион был уверен, что даже король Сендарии Фулрах, самый скромный монарх на Западе, не столь равнодушен к своей королевской особе.

Дома, стоявшие вдоль улиц за площадью, были несколько больше тех, что они видели у городских ворот, и даже претендовали на оригинальность. Однако маллорейским скульпторам явно не хватало таланта, и украшавшая фасады лепнина казалась тяжелой и безвкусной.

— Это квартал для сержантов, — лаконично бросил Закет.

Город, казалось, не имел конца. То и дело на пути встречались площади, рынки, магазины, и везде толпились люди в яркой одежде свободного покроя — излюбленный стиль маллорейцев. Миновав последний дом в квартале для сержантов и равных им по чину штатских, они въехали в парк с лужайками и фонтанами, искрящимися на солнечном свете. По краям широких аллей росли тщательно подстриженные зеленые изгороди, перемежающиеся вишневыми деревьями, усыпанными розовыми цветами.

— Какая прелесть! — воскликнула Сенедра.

— Да, и у нас в Мал-Зэте есть такие вот красивые уголки, — отозвался Закет. — Даже военным оказалось не под силу изуродовать город и сделать его похожим на казарму.

— Районы, где живут офицеры, далеко не так безобразны, — сказал Шелк, обращаясь к маленькой королеве.

— Вы знакомы с Мал-Зэтом? — спросил Брадор.

Шелк кивнул.

— У нас с партнером тут своя контора, — ответил он. — Хотя мы скорее собираем информацию, чем занимаемся делом. Вести торговлю в Мал-Зэте довольно сложно, слишком уж много бюрократии.

— Могу я узнать, какое вам присвоили звание? — вежливо осведомился круглолицый чиновник.

— Мы — генералы, — сказал Шелк небрежным тоном. — Ярблек хотел стать фельдмаршалом, но я решил, что не стоит тратить кучу денег, чтоб купить звание.

— Разве звания продаются? — спросил Сади.

— В Мал-Зэте все продается, — ответил Шелк. — В большинстве своем здесь почти все как в Тол-Хонете.

— Не совсем, Шелк, — возразила Сенедра.

— Только в общих чертах, — поспешно согласился Шелк. — Мал-Зэт никогда еще не удостаивала своим присутствием божественно прекрасная королева, своим сиянием затмевающая даже солнце.

Она сурово посмотрела на него и отвернулась.

— Что я такого сказал? — обиженно спросил маленький человечек Гариона.

— Люди тебе не доверяют, Шелк, — ответил ему Гарион. — Они не уверены, что ты не поднимаешь их на смех. Я думал, тебе это известно.

Шелк тяжело вздохнул.

— Никто меня не понимает, — пожаловался он.

За парками и садами аллеи и площади стали шире, а дома больше не лепились так тесно друг к другу. И тем не менее все они были похожи друг на друга, как бы подчеркивая, что люди одного звания живут в сходных условиях.

За усадьбами генералов и купцов лежало еще одно зеленое кольцо из деревьев и лужаек, внутри которого находился мраморный городок, окруженный своими собственными стенами.

— Это императорский дворец, — произнес Закет безучастным тоном и нахмурился. — А что это такое? — спросил он Брадора, указывая на длинный ряд высоких зданий, стоящих у южной стены городка.

Брадор осторожно кашлянул.

— Это помещения для чиновников, — ответил он бесстрастным тоном. — Помните, ведь вы сами дали добро на их строительство как раз перед битвой при Тул-Марду.

Закет поджал губы.

— Я не ожидал такого размаха, — сказал он.

— Нас очень много, ваше величество, — объяснил Брадор. — И нам казалось, что будет больше порядка, если каждый отдел расположится в собственном здании. — Он явно оправдывался. — Нам действительно необходимы помещения, — обратился он к Сади. — Раньше приходилось работать вместе с военными, это так неудобно, когда люди из разных управлений толкаются в одном здании. Теперь куда легче организовывать работу. Вы согласны?