Лилия Касмасова - Инферняня

- Надеюсь, то письмо было о том, что у нее есть сын Петер и она его украла, - процедил Томас.

- Я не знаю, - виновато выкрикнула я, вцепляясь в ремешок ручки над окном. - Я не успела его прочитать, там мексиканка носится по всему дому! Но знаешь, какая тема была у того письма? "Сволочь", вот!

- О! - скептически произнес Томас, лихо выворачивая руль.

- Куда мы? - проговорила я, подскакивая на каком-то ухабе.

- В Штаб. Ты ведь пароль от ящика не знаешь? Там его вмиг раскроют.

- Да? - меня ударило о дверцу на очередном повороте, отчего голос сорвался на писк. Снова обрела равновесие и смогла договорить: - Боб?

- Нет. Он же сидит в нью-йоркском филиале, - Томас бросил взгляд на часы на панели. - Джина. Распрекрасная Джина Рыжая.

- Прозвище что ли такое?

Мы затормозили прямо у стеклянных дверей в банк, спугнув до смерти (фигурально, я имею в виду) прохожих.

- Фамилия! - крикнул Томас, выскакивая и моментально скрываясь в здании.

Я рванула застрявший ремень безопасности и побежала за ним.

Когда я вбежала в холл, Томас уже исчезал за дверью в глубине. Я метнулась к двери, но на моем пути возник служащий (не тот, что был с утра) с улыбкой вежливой и в то же время грозной. (Нет, вы видели такое сочетание? Да они тут просто артисты!) Брелок, да. Черт, где же он?? Кнопка Хэлп на месте, а милой ромашки как не бывало!

Служащий произнес:

- Могу я вам помочь, мисс? Ищете туалет или выход?

- Брелок, - говорю я ему. - Такую ромашку с божьей коровкой.

- Да что вы! - говорит. - Ценная вещь?

Вот притворщик! Лихорадочно ощупываю цепочку, запускаю руку за шиворот, не обращая внимания на косые взгляды пожилой дамы, заполняющей бумаги за столом недалеко от нас, говорю:

- Я с Томасом Дабкиным. Он только что вошел.

- Не понимаю, о чем вы, мисс.

Да куда же он запропастился! Собираюсь расстегивать блузку, и вдруг служащий хватает меня за воротник, и едва я успеваю отвесить ему плюху (слабую, надо сказать), он произносит:

- Зацепился за локон... - потирает свою пострадавшую щеку и по цепочке выводит в мое поле зрения из-за моей же шеи брелок. Неудивительно. Меня так бросало сегодня туда-сюда в машине, и это не считая аварии, что он мог бы оказаться вообще в ухе.

- Спасибо, - говорю. - И извините.

- Ничего, - произносит он буднично, будто ему каждый день раздают оплеухи.

Хотела было спросить у него, где мне искать Джину Рыжую, но побоялась выглядеть еще большей недотепой. И потери брелка достаточно.

В коридоре опять пусто. Они, что же, даже за кофе или булочками не бегают? Вот когда Кэтрин работала в офисе (секретаршей), она жаловалась, что они с коллегой так часто перекусывают в кафе, что она прибавила два килограмма. (И это всего за месяц работы! Потом ее и эту коллегу уволили, уж не знаю, за что.)

Поеду на двадцать третий, а там спрошу про Джину. А Томас хорош! Бросил меня одну и иди куда знаешь!

На двадцать третьем по-прежнему кипела работа. Я оглянулась в поисках Томаса, но его здесь не было. Две дамочки болтали друг с другом на булькающем языке, на котором разговаривают соотечественники Грыыхоруу. О, значит, не дамочки, а совсем наоборот.

Тот кривозубый дядька снова сражался: на этот раз не с принтером, а с монитором - дядька стукал прям в жидкокристаллический экран подставкой для карандашей и кричал:

- Работай, балбес! Нашел время!

Экран не разбивался и оставался невозмутимо черным.

И Роджера, который встретил нас утром, не видно.

Я обратилась к пареньку, задумчиво печатающем на компьютере за ближайшим столом:

- Извините, вы не знаете, где Роджер?

Он поднял глаза - они оказались у него фосфоресцирующего зеленого цвета, - и ответил:

- Джина вон в том кабинете.

И указал на стеклянную дверь в нескольких шагах от нас. Откуда он узнал, что мне нужна Джина? Он, что же, умеет мысли читать? Круто. Хотела бы я знать, о чем думает, к примеру, соседская собака перед тем, как меня укусить. Может, "Какая у нее классная клетчатая юбка! Отхвачу-ка кусочек - я как-никак, шотландский терьер, должен же у меня хоть носовой платок быть в национальных традициях!", а может, "Если я ее не покусаю, она перестанет меня уважать!"

Я подошла к стеклянной двери, и попыталась разглядеть, что за ней, но она была матовой, видны были лишь тусклые пятна света, видимо, от экранов компьютеров.

Я стукнула разок по двери - для приличия, и вошла. Компьютеры у одной стены, диваны и кресла у другой. За машинами сидят несколько мужчин и одна огненно-рыжая девушка. Возле нее-то, склонившись к экрану, и стоял Томас.

На меня никто не обратил внимания. Я подхожу к Томасу и заглядываю через плечо девушки. Она подбирает пароль к ящику Вивиан. Цифры и буквы мелькают в окошке маленькой программы в углу экрана. А в центре посекундно вспыхивает табличка "Пароль неверный. Повторите попытку".

- Может, это имя - Петер или Гермес? - говорю я.

- Или Ричард, - подхватывает Томас и бросает мне: - Сразу нас нашла?

- Не подходит, - ответила девушка.

А я сказала Томасу:

- Да. Мне тут один этот, ясновидящий, помог.

- Ясновидящий? - удивился Томас.

- Ну да, который мысли читает.

- Телепат, что ли? - снова спрашивает он.

Вот непонятливый. И что за "телепат" такой? А Томас меж тем обратился к девушке:

- Джина, у вас кто-то новенький появился? Телепат?

- Нет у нас таких... - ответила Джина. - Что же за пароль у нее? Шифруется, как шпионка...

- Может, фамилия бабушки или матери... - предложил Томас.

- Уже проверила, - коротко сказала она и плавным жестом откинула на спину волнистую рыжую прядь.

- Какие у тебя волосы шелковые, - говорит Томас, улыбнувшись краем рта. - Особый шампунь?

А он, оказывается, бабник! То с Вивиан целуется, то волосы ему, видите ли, шелковые!

- Да не помню я какой...

Не успевает Джина договорить, я выпаливаю:

- А зачем ты с Вивиан целовался?

Томас аж дар речи потерял:

- Я же... тебя прикрывал...

Джина, смеясь, оглянулась:

- Что, правда целовался? С самой Вивиан Джемисон! Ух!

Лицо Джины показалось мне очень знакомым. Но откуда?

- Да ну вас, - отмахивается Томас.

- А названия ее фильмов вы пробовали? - спрашиваю я у Джины.

- Нет, - она моментально становится серьезной. - Посмотрим в ее биографии, - она открывает какой-то файл.

Хотела я сказать, что я бы и по памяти все их перечислила. Но хвастаться, меня в детстве учили, нехорошо. А по-моему, люди и не подумают догадаться, какой ты замечательный, пока ты сам им не сообщишь!

Джина копирует названия одно за другим, вставляет их в строку пароля, жмет ввод. Она дошла до половины внушительного, не менее трех десятков пунктов, списка. Но результата все нет.