Ив Форвард - Злодеи поневоле

Но разглядеть ему ничего не удалось: изображение было слишком размытым. Миззамир раздраженно постучал пальцами по чаше, от чего по воде пошла рябь.

— Гм… Попытка окончилась неудачей… Когда мы видели их в последний раз, они направлялись к перевалу Гатрайта. Я перешлю вас туда, а вы попытайтесь их перехватить. — Он отошел от фонтана и хлопнул в ладоши. Свет погас, и чаша медленно опустилась в пол. — Будет опасно. Дикие силы добра, почувствовав истинную сущность этих людей, начнут защищаться. Жаль, если негодяи погибнут в одной из таких стычек, но вы постарайтесь не вмешиваться, потому что эти силы могут не опознать в вас одного из своих. И не надейтесь, что ваши спутники придут к вам на помощь в случае опасности. Если вы будете на краю гибели, они оставят вас погибать. Зло презирает слабость. И конечно, если они догадаются, что вы принадлежите Свету, то непременно убьют вас. — Миззамир сурово посмотрел на кентавра. — Так что будьте осторожны. Эти люди — воплощенная тьма и смерть, квинтэссенция низости, подлости и злодейства. Не обманитесь их кажущейся любезностью, непринужденностью и обычностью… Ибо они не менее смертоносны, чем перепончатокрылый демон из самых глубин ада: они стремятся только к тому, чтобы сеять страх, хаос, смерть, разрушения, войны и муки — везде, куда бы ни приходили.

Вид у кентавра был испуганный, но решительный.

— Я готов, Первый маг Миззамир. Что мне предстоит сделать — и как?

Волшебник улыбнулся:

— Я скажу Фенвику, чтобы вам приготовили все необходимое… Фенвик? Сэр Фенвик?

Кентавр и волшебник дружно начали осматриваться. Юный герой куда-то исчез.

— Гм, — фыркнул Миззамир. — Ну ничего, подождем минутку. Значит, так: вы назоветесь бродячим менестрелем, который хочет получше изучить свое ремесло и, конечно, запечатлеть в балладе приключения этого отряда: ведь в наше время герои так редко отправляются на подвиги… А потом…

Робин подался вперед и, насторожив уши, жадно ловил каждое слово.

3

Сэр Фенвик шагал по коридору. Волшебник стар — да, и мудр — безусловно, и добр — конечно, но у него мало опыта в том, что касается небольших отрядов злодеев. Миззамир — фигура могущественная, он действует издалека и не вступает в рукопашный бой, как это делает Фенвик. Отважное и вольное сердце героя подсказывало Фенвику, что нельзя отсиживаться в безопасности, когда негодяи рыщут на свободе. Опытный следопыт и охотник, он легко мог сказать, в каком сейчас положении злодеи. Их мало, они бегут, никому не доверяя, одуревшие от страха и безнадежности, словно раненые звери. И, как раненые звери, они в любую минуту способны обезуметь — как тот, что напал на Миззамира. Пока они в диких местах, это не страшно, но по другую сторону этой пустыни дремлют мирные города, не подозревая об опасности. При мысли о том, что произойдет, если они ворвутся в один из таких городов, Фенвик содрогнулся. У него не было выбора.

С позволения Миззамира или без него, он созовет Зеленый отряд, чтобы раз и навсегда покончить с этими сорвавшимися с цепи ублюдками. Принц зашел к своему ближайшему помощнику Таузеру, волшебнику средних способностей, который был старшиной магов отряда. Таузер легко свернул ткань реальности и вместе с Фенвиком перенесся в место, на много миль отстоящее от дворца Миззамира: в Трою, в замок Чистолунья, к Зеленому отряду. Взбежав по винтовой лестнице на вершину сигнальной башни, Фенвик снял с шеи ключ, которым отпирался шкафчик в крошечной комнате для наблюдений. Из шкафчика он достал флаг, развернул его и поднялся через люк на сигнальный помост, к пустому флагштоку.

Скрипя блоком, принц поднял к голубому утреннему небу ярко-зеленый флаг со скрещенными золотыми мечами. И по всему городу люди, носящие этот знак, поднимали головы — и, увидев его, начинали действовать.

Кайлану насторожил приближающийся стук копыт. Ну наконец-то, подумала она, и начала рыться в мешке, ища ткань для перевязки, на случай, если лошади или олень поранились, в панике убегая от дракона. Внезапно она резко вскинула голову. Минутку! Вот легкое постукивание копыт оленя… Но лошадей у них было только три, а сейчас, несомненно, бегут четыре… Кайлана бросила взгляд туда, где стоял вороной жеребец рыцаря, и, убедившись, что он на месте, крепче стиснула посох и заняла оборонительную позицию, одновременно толкнув ногой тех членов отряда, до которых смогла дотянуться.

Юношеский тенорок неуверенно произнес:

— Эй, привет? Есть тут кто-нибудь? Я нашел ваших лошадей… Привет?

Эхо громко отдавалось от скал.

Кайлана выглянула из укрытия. Голос доносился от начала расщелины — а секунду спустя оттуда показались их лошади, послушно идущие в поводу у… Брови Кайланы поползли вверх.

Кентавр! Давненько я их не видела.

Ее олень с недоверчивым видом трусил сзади.

Серый кентавр, который явно очень нервничал, углубился в каньон. Он заметил остатки костра и лошадь рыцаря, спокойно стоящую в стороне, и неуверенно взмахнул хвостом. Оглянувшись, Кайлана увидела, что остальные проснулись и прячутся за тем же выступом, что и она. Сделав им знак не шуметь, она вновь принялась внимательно наблюдать за пришельцем. Кентавр выпустил лошадей и, когда те подошли поприветствовать вороного, отошел в сторону, хлюпая по грязи, оставшейся после сражения с драконом. Сделав несколько шагов, он остановился и недоуменно потыкал грязь копытом. Кайлана стукнула посохом и прошептала заклинание силы. Прежде она заставила камни впитать влагу из воздуха и превратиться в глину, а теперь сделала наоборот.

Робин пронзительно заржал от ужаса, когда мягкая глина, облепившая его копыта, вдруг угрожающе затрещала и начала превращаться в камень. Напрягая мускулы, он сумел высвободить переднюю ногу, но остальные прочно завязли в предательском грунте. Это ловушка! Его поймали в ловушку — а где-то рядом прячутся злодеи, иначе откуда тут взяться ловушке? Он снова попробовал вырваться и тихо взвизгнул от боли, неловко ударив единственным свободным копытом о камень.

— Перестань, иначе поранишься! — резко приказал чей-то голос, и женщина в коричневом балахоне вышла оттуда, где только что была лишь скала необычной формы. Робин инстинктивно отпрянул и едва не переломал себе ноги. Он потянулся к браслету, который дал ему Миззамир…

— Успокойся, кентавр. Если ты не желаешь нам зла, мы тебе ничего плохого не сделаем.

Женщина широко развела руки, показывая, что при ней нет оружия — один только деревянный посох. Собрав остатки мужества, Робин повернулся к ней лицом. «Глаза у нее ярко-серые, — почему-то мелькнула мысль, — того же оттенка, что у листьев дуба».