Галина Полынская - Дверь в Зарабию

– В общем и целом я готова.

– А я еще не совсем… может, ты перекусишь перед дорогой?

– Чего-то аппетит пропал. Вот поправим дело и перекусим.

Прихватив Аксельбанта, она прошла к дедушке, он неподвижно сидел в своем кресле, глядя в пустой камин.

– Все будет хорошо, дедуль, все наладится, – она поцеловала деда в лоб, чмокнула в нос Банта и усадила его к деду на колени. – До скорой встречи.

– А я? – появилась тирамиса. – А как же я?

– Яра, мы пока что не можем заняться поисками ворот в твою Лагуну, видишь, что у самих творится.

– Мира, я не к тому, возьмите меня с собой, я обязательно пригожусь!

– Нет уж, оставайся тут, так безопаснее, – сказал Ром. – Ну, раз уж Мира собралась, делать нечего, мы пошли.

– Доброго и легкого вам пути, – пожелала Ми, а тирамиса промолчала. Она демонстративно повернулась к будущим спасителям Зарабии спиной и обиженно опустила голову.

– Не скучайте, – помахала на прощание Мира, и они вышли в коридор.

– Далеко идти? – поинтересовался Ром, паря над ее головой.

– В подземелье.

– Я боюсь подземельев…

– А чего ты не боишься?! – вспылила Мира. – Есть хоть что-нибудь на свете, что тебя не страшит?

– Есть, это ты.

– Очень даже зря! Бойся меня, бойся!

Спускаясь вниз по темной лестнице, Мира пожалела, что нельзя освещать путь солнечными камнями.

– Жаль, что они погасли, – вслух произнесла она.

– Кто? – хмуро поинтересовался летевший следом Ром.

– Солнечные камни, ими можно было дорогу освещать.

– Да, грустно. Далеко еще?

– Два раза по столько же.

– Ох, ну ничего себе подземелье вырыли!

– Ром, прошу тебя, не нуди, и без тебя тошно.

Молчание длилось до тех пор, пока непроглядная тьма не посветлела. Еще пара десятков ступеней – и они достигли цели.

– Смотри, какая красота, – Мира спрыгнула с последней ступеньки, – правда, чудо?

– Да, симпатично, – Ром приземлился на каменные плиты. – А как будем переходить в миры? Посредством чего?

– Посредством озера, на дне двери.

– Как так? – отчего-то сильно растерялся Ром. – Зачем на дне?

Мира оставалось только развести руками, откуда же ей было знать, зачем? Значит, так надо.

– А в чем дело? – она присела на корточки, рассматривая туманные огни, плавающие в аквамариновой глубине.

– Мне нельзя в воду, – Ром присел рядом, – я там растаю, как медуза на солнце.

– Что, правда?

– Правда.

– Что же мне, одной идти? – голос девочки дрогнул. – Я же тут ничего не понимаю…

– Одну я тебя все равно не отпущу.

– А что же делать? – Мира смахнула со лба крупную каплю, упавшую с сумеречного свода.

– Не знаю.

Пару минут они слушали, как на пол шлепаются капли.

– Должен же быть хоть какой-нибудь выход! – Мира выпрямилась и принялась мерить шагами подземелье. – Ром!

– Что?

– Нужен выход! Теперь все от тебя зависит, придумай что-нибудь! Неужели вообще ничего нельзя поделать?

– Ну-у-у… – он поднял голову, пытаясь рассмотреть невидимые своды. – Из любой ситуации можно найти выход.

– Ромчик, не томи, говори, что можно сделать?

– Это довольно рискованно, но…

– Ну же?

– Если ты меня отпустишь, сказав: «Живи вечно», и я обрету тело, то вода мне не будет страшна.

– А в чем риск?

– Ты действительно должна хотеть это сделать, то, что у тебя на сердце и в душе, то и станет мне либо пропуском в новую жизнь, либо…

– Ром, я очень привязалась к тебе за это время, – Мира подошла к нему и присела напротив, – несмотря на то, что ты сварливый, ленивый, трусливый, я тебя таким люблю и не хочу потерять. Когда ты рядом, я чувствую себя в безопасности, знаю, что все у меня получится. Надеюсь, что я тебе тоже хоть немного нравлюсь, и если это так, то мы сможем стать лучшими друзьями на свете.

Ром мягко улыбнулся.

– Я отпускаю тебя. Живи вечно, друг мой.

Мира положила руку на его прозрачное плечо и столкнула Рома в озеро.

Глава двадцать первая: Барихан

Ром исчез, на воде не возникло даже кругов, она была абсолютно гладкой. Сердце Миры замерло, к горлу подступил тугой комок.

– Ром… – прошептала она, и крикнула со слезами в голосе: – Ром, ты где?! Ромочка, вернись немедленно! И живи вечно, кому сказано было?!

Безмятежная гладь заволновалась, надуваясь изнутри водяным пузырем. На всякий случай Мира отскочила к лестнице, даже взбежала на пару ступеней вверх. Пузырь шумно лопнул, и поднявшиеся волны вынесли на каменный «берег» человека. Мира немедленно бросилась к нему.

– Ром, это ты?

Мокрые холщовые рубаха и штаны облепили худощавое тело, длинные черные волосы разлетелись по полу.

– Эй… – Мира встала на колени и потрогала озерный подарок за плечо.

Тело шевельнулось, глубоко вздохнуло, приподняло голову, и на Миру взглянули глубочайше синие глаза.

– Вау… – улыбнулась Мира. – Ром, это ты что ли такой красивый? Это ты?

– Вроде бы я, – он поднялся и сел, – голос у меня какой-то другой стал…

– Да и весь ты очень изменился, – от сердца отлегло. – Какой ты красавчик! А когда прозрачный был, вроде и ничего особенного. И волосы у тебя длинные!

Ром рассматривал свои руки, ноги, будто глазам не верил, посмотрел на свет одну ладонь.

– Какой-то я слишком коричневый, тебе не кажется? – неуверенно произнес Ром.

– Ты смуглый, будто на Багамах месяц провел, это отлично!

Мире так понравился внешний вид флоина, что она и забыла, зачем, собственно, они пришли в подвал.

– Надо привыкнуть, – Ром поднялся на ноги и убрал назад волосы. – И чего я такой патлатый? Как девица.

– Ты прекрасен! Я выйду за тебя замуж!

– Осторожнее с такими угрозами, а то опять в озеро упаду, – рассмеялся он, и тут же посерьезнел. – Значит так, сейчас я действительно туда отправлюсь, посмотрю, что там, на дне, такого интересного.

– А ты плавать умеешь?

– Думаю, пойти камнем ко дну смогу без особой тренировки, потом как-нибудь всплыву.

– Точно всплывешь?

– А есть выбор? Все, я пошел.

Улыбнувшись и махнув рукой, он прыгнул в воду.

– Только посмей утонуть! – крикнула ему вслед Мира.

Она присела на край нижней ступеньки, обхватила колени руками и стала смотреть на воду, ожидая появления флоина. Как же хотелось, чтобы все это оказалось просто красочным сновидением… проснуться, а рядом родное бабушкино лицо, на подоконнике пышные фиалки, и Бант греется на паркете в полоске солнечного света…

Вынырнул Ром. Отфыркиваясь, он выбрался на сушу.

– Значит так, – он убрал волосы с лица, – двери находятся не на дне, а в стене, сложенной из каменных блоков, – бассейн озера искусственный. Дверей три, на каждой надписи: «Барихан», «Зоттон», «Сенетал». Это названия миров, я так думаю.