Галина Полынская - Дверь в Зарабию

Но Нинга не могла уже остановиться. Отчего-то в столовой ощутимо потемнело. Мира тоже подбежала к окну. Небо заволокло багровым маревом, мелькнули ртутные молнии.

– Бабушка, прекратите! – испугалась Мира, глядя на эту картину. – Из-за вас сейчас весь мир перепоганится!

– Не смей мне затыкать рот! Не смей!

Ртутные молнии приближались, поднялся сильнейший ветер, теперь уже и Нинга увидала подступающую стихию. Она осеклась, глядя, как небо превращается в черное месиво, молнии били уже в опасной близости от дома.

– Отойдите от окна! – Велор бросился прочь. – Отойдите!

Последним, что увидела и услышала Мира, была ослепительная вспышка и звон разбитого стекла.

– Что за ужасная погода? – недовольно бормотал Ром, спешно убирая с балкона коляску с дедушкой и закрывая стеклянную дверь. – Совсем не зарабийская погода.

– Да уж, – Ми с тревогой смотрела на небо. – Страшно…

Внезапно они услышали какой-то шум, похожий на взрыв.

– Это где? – насторожился Ром.

– Кажется, внизу, – ответила чуткая тирамиса, – похоже, молния попала в дом.

– Молния попала?! – ужаснулся флоин. – Пожар будет!

Он поднял с пола взволнованного и настороженного Аксельбанта, усадил дедушке на колени и помчался вон из комнаты, успев крикнуть на прощание, чтобы никто никуда не выходил.

Из распахнутых дверей столовой валил черно-багровый дым, в каменном полу зияла трещина, в разбитое окно задувал ветер. Велор, Нинга, Мира лежали на полу. Ром растерянно заметался, не зная, к кому бежать. Бросился к Мире, пощупал пульс, приподнял верхнее веко, потом похлопал по щекам и девочка приоткрыла глаза.

– Ты живая? Ты в порядке?

– Да, – она поднялась, села и сдавила пальцами виски. – О, как голова болит!

– Давай помогу тебе встать.

– Я сама, посмотри, что там с Нингой и отцом.

Кое-как девочка встала на ноги.

– Они живы, просто без сознания, – доложил Ром. – Что случилось?

– Очень длинная история, – Мира смотрела, как в окно валит удушливый дым, миновав замок, гроза пошла дальше.

– Надо отнести их в комнаты, положить в кровати.

– Что случилось? – в дверях возникли слуги. – Что произошло?

– Молния ударила в замок, – Ром взял на руки Нингу, – прямо в столовую. Их надо унести отсюда.

Господин Щепа, чьего имени Мира так и не узнала, поднял Велора.

– Я провожу, я покажу… – лепетала перепуганная Пия, Оливия же молча путалась под ногами, ошалев от происходящего. Громко топая, прибежали близнецы, они закрыли двери в столовую поплотнее, чтобы дым не шел дальше, но черно-багровые струйки потекли во все дверные щели.

Пия показала комнату Нинги, Щепа понес Велора на третий этаж, а Мира пошла к себе, массируя лоб и виски, в надежде, что боль хоть немного стихнет.

– Что там произошло? – на пороге гостевой комнаты поджидала ее тирамиса.

– Молния попала в столовую, – она присела на край кровати, – но это сущий пустяк по сравнению с тем, что начнется с минуты на минуту.

Глава двадцатая: У озера

– Что произошло? – потаенная дверь немного приоткрылась и показалась Ми.

– Вы что-нибудь слышали о Чаше Зла?

– Конечно, – Ми зашла в комнату, теребя край наброшенной на плечи черной шали.

– Сдается мне, настал ваш маленький зарабийский конец света.

– Вы хотите сказать…

– Да, похоже, Чаша малость расплескалась и сдается мне, наш с Нингой скандал оказался последней каплей.

Казалось, белое лицо Ми побелело еще больше.

– Неужели… – прошептала она.

Мира кивнула. Примчался Ром.

– Это то, о чем я думаю? – кивнул он в сторону окна. За стеклом бушевала непогода, ломкие молнии прошивали на глазах сгущающийся черно-багровый туман, опустившийся на землю, по небу разливалась серая мгла.

– Боюсь, да, – головная боль постепенно отпускала виски Мира. – Буквально только что отец рассказал мне об этой злополучной Чаше, мы пошли перекусить в столовую, туда же пожаловала Нинга, и мы с нею крупно поругались. Представьте себе, она увидала моего дедушку на балконе и такого наговорила…

– Погоди, – махнул прозрачной рукой Ром, – ты хочешь сказать, ваш скандал переполнил Чашу?

– Мне, конечно, хочется верить, что в это время где-то в Зарабии кто-нибудь еще вовсю ругался, и мы тут ни при чем, но светопреставление началось именно во время наших с бабулей дебатов.

– Прекрасно, – вздохнул Ром, – не успели мы приехать, как уже натворили дел.

– Погоди, отец говорил, что все, кроме меня и флоинов оцепенеют, надо немедленно предупредить народ, чтобы ложились в кровати, а то будут, как скульптуры-страшилки стоять в самых неожиданных местах.

– Я мигом всех оповещу.

Ром исчез.

– Ми, вы останетесь здесь?

– Конечно, – отвернулась она, пряча слезы. – Куда же мне идти.

– Я быстро все поправлю, – расстроилась Мира, особенно печалил ужасный вид за окном. – Отец все подробно мне рассказал, я знаю, что делать, надо достать еще три таких камня…

Она извлекла на свет солнечные капли и замерла. Они больше не светились, камни покрывал легкий сероватый налет, а внутри тяжело кипел тусклый огонь.

– Вот, значит, как, – Мира присела на подлокотник кресла. – Значит, и вправду плохи дела.

Явился запыхавшийся Ром.

– Я всех предупредил! А что это с камнями?

Мира пожала плечами, чувствуя себя прескверно и ощущая громадную вину и перед Нингой, и перед Велором, и перед всей Зарабией в целом.

– Так, главное – не раскисать! – Ром присел в соседнее кресло. – Надо собраться с мыслями и подумать, куда бежать.

– Никуда мы не побежим, – Мира взяла на руки подошедшего Аксельбанта, – отец, как чувствовал, рассказал, что делать. Надо собрать остальные камни, и все вернется на свои места. Как испортила, так и поправлю. Ми, в кухне приличные запасы провианта, так что голодной вы не останетесь, и еще, присмотрите за Бантом и тирамисой, ладно?

Женщина кивнула.

– Мы что, прямо сейчас уходим? – приуныл Ром.

– А чего ждать?

– Логично…

– Оденусь-ка я, пожалуй, потеплее. Кто знает, что за климат в тех мирах. Ром, а ты в чем пойдешь?

– В чем есть, – без особого энтузиазма откликнулся он. Ситуация не радовала ни с какой стороны. Очень уж не хотелось подвергать свою подопечную такой опасности, как путешествия по незнакомым мирам, да и самому ввязываться в подобное мероприятие тоже как-то не улыбалось.

Пока флоин мрачно парил по комнате, Мира экипировалась в дальнюю дорогу. Она одела синюю майку с надписью «Спасите китов!», свитерок, сшитый из разноцветных квадратов, спрятав по него цепочки с угасшими камнями, и джинсовую курточку сверху.

– В общем и целом я готова.