Галина Полынская - Дверь в Зарабию

– Извините меня…

Ром аккуратно ссадил с плеча тирамису, отошел на пару шагов, упал в песок и затрясся от хохота. Чтобы птица не обиделась и не ушла, Мира улыбнулась и произнесла:

– Здравствуйте, мы так рады вас встретить! Не подскажите ли, далеко ли до города и где он находится?

– И снова вам повезло! – тряхнула крыльями птица. – Вы видите перед собой самого лучшего проводника в Барихане! За совершенно ничтожную сумму я проведу вас до города кратчайшим путем!

– Видите ли, в чем дело, – вкрадчиво произнесла Яра, сверкая глазами-изумрудами, – у нас нет денег. Может, вы проводите нас просто так?

На птицу-коммерсанта красота тирамисы не произвела должного впечатления. Поняв, что эти трое ничего покупать не будут и ни за что платить не станут, птица опустила крылья и, бормоча: «Сами не знают, что хотят! Отнимают время, морочат голову!», собралась идти дальше.

– Подождите, – Мира лихорадочно рылась по карманам, – постойте!

Из джинсового кармана она извлекла яркий брелок в виде мобильного телефона на черном шнурке, потрясла его, чтобы вылилась вода, и бросилась вслед за птицей.

– Если вы нас проводите, то получите этот замечательный, уникальный предмет, играющий семь прекрасных мелодий!

– Ой, не могу!..– хохотал Ром, катаясь по песку. – Ой, спасите, помираю!..

Глава двадцать вторая: Города на один день

Птица долго, придирчиво осматривала брелок, вертя его в когтистой узловатой лапе.

– Сейчас он мокрый, а когда высохнет, будет играть мелодии, – Мира с надеждой заглядывала в плоские красные глаза. – Очаровательные мелодии!

– Ну, ладно, – нехотя согласилась птица и повесила брелок на шею к остальным богатствам, – пойдет и это.

– Как вас зовут? – обрадовалась девочка.

– Жигу.

Мира представила ему остальную компанию. Ром наконец-то успокоился и смог познакомиться с оранжевым проводником. Яра, обиженная, что ее красота на это раз не сыграла решающей роли, а какая-то нелепая вещица помогла все устроить, рассматривала далекие однообразные барханы, будто это являлось самым интересным зрелищем на свете.

– Следуйте за мной, – чинно произнес Жигу, и, переваливаясь с лапы на лапу, потопал вперед.

Расстроенная тирамиса вновь запрыгнула на плечо Рома, и они пошли за птицей. Через десяток шагов, Мире стало жарко, она сняла куртку и протянула флоину.

– А ты тоже мне на шею залезть не хочешь? – возмутился он.

– Ну пожалуйста, – заканючила девочка, – завяжи рукава на поясе, пусть болтается. Ну, прошу тебя!

– Пользуетесь вы моей добротой, – вздохнул Ром, беря куртку, – как хотите, так и пользуетесь.

– Подтянулись, подтянулись! – замахал крылом Жигу. – Не отстаем! Еще ровнее стройные ряды!

– А песню запевать не надо? – пробормотал Ром, кое-как завязывая еще влажные джинсовые рукава.

– Если знаете хорошую, можете запеть, – разрешил Жигу. – Не отстаем! Шире шаг!

– Ты знаешь, – Ром догнал Миру, – у меня душевное предчувствие, что зря мы с ним связались.

– Больше нет никого, – шепнула девочка, – надо с ним поладить, иначе будем тут блуждать до конца света. Да и вообще, он вроде бы ничего, довольно симпатичный.

Ром хмыкнул.

– Ну, где же песня? – на ходу обернулся Жигу.

– Не кочегары мы, не плотники!.. – поспешно пропела Мира и замолчала, не зная слов.

– И сожалений горьких нет, – поддержал Ром. – А мы монтажники-высотники, издалека вам шлем привет!

– Ты откуда эту песню знаешь? – удивилась Мира.

– Я ж, наверное, вместе с тобой в одном доме жил, радио слушал, телевизор смотрел.

– Ах, да. Слушай, мне кажется, что мы уже лет двести дома не были.

– Триста – как минимум.

– Шире шаг! – подбадривал Жигу громким скрипучим голосом. – Веселей идем! Веселей!

– Мне уже сейчас его прибить хочется, – прошептал Ром, – не представляю, что будет дальше.

– Надеюсь, до города недалеко.

Неожиданно Жигу остановился, причем так резко, что Мира едва на него не натолкнулась.

– Что такое?

– Тс-с-с! – расправив крылья, Жигу склонил голову едва ли не к самому песку. – Тише, красивые мои, ти-ше.

Троица терпеливо ждала, пока он соизволит пойти дальше.

– А теперь побежали быстренько! – выкрикнула птица и, видя, что никто не двигается с места, рявкнула. – Бегом, если жить хотите!

Жить хотели. Придерживая тирамису, чтобы не упала, Ром припустил за неуклюжим Жигу, Мира неслась следом. Бежать по голубому песку оказалось так же трудно, как и по обычному.

– Куда мы? – Ром пытался догнать птицу. Несмотря на свою нелепую неуклюжесть, бегал Жигу очень быстро, при этом он так высоко вскидывал лапы, что во все стороны неслась небольшая песчаная буря.

– Куда надо! Не отстаем! Веселее бежим! Бодрее спасаем свои жизни!

Вникать в странности незнакомого мира не было времени, они просто неслись за своим несмолкающим проводником что было сил, не задавая лишних вопросов. Послышался какой-то отдаленный гул, земля под ногами завибрировала. Мира испугалась и побежала еще быстрее, вскидывая ноги не хуже Жигу. Гул нарастал, земля задрожала.

– Это землетрясение? – пыталась перекричать гул Мира.

– Нет, – ответил на бегу Жигу, – это поднимаются города! А теперь сто-ять!

Он замер, затормозили и Ром с Мирой.

– Вот тут рядом со мной в линеечку становимся и не дышим лишний раз. Раз, два, замерли.

Жигу сложил крылья за спиной и замер с высоко поднятой головой, будто собирался принимать торжественную присягу. Ром снял с плеча Яру и взял ее на руки, Мира встала рядом с флоином и замерла, ожидая, что сейчас разверзнется земля, и они все рухнут в бариханскую преисподнюю. Голубые барханы стали вздыматься, из песков полезли башни и шпили. На глазах у опешивших путешественников поднимался целый город с базарной площадью и торгующими на ней людьми.

– Мира, Ром, глядите, что сзади! – воскликнула Яра.

За их спинами так же вырастали городские стены. В считанные мгновения безжизненная пустыня оказалась плотно застроена и густо заселена, меж постройками оставались лишь узкие полоски голубого песка, на одной такой и стояли путешественники со своим проводником.

– Так, – произнес Жигу, когда стих гул и вибрация, – стойте здесь и ни с места, а то потеряемся. Я скоро приду.

– Куда вы? – насторожилась Мира, подозревая Жигу в намерении сбежать, не отработав брелка.

– Скоро приду, сказал же!

И он куда-то заторопился по узенькой тропинке, едва протискиваясь меж стен.

– Превосходно, – вздохнул Ром, он опустил тирамису на землю и принялся разминать руки.

– Ты смотри, как нам пригодился этот Жигу, – заметила Мира, – а то висели бы мы сейчас где-нибудь на башне, ногами дрыгали.