Маргарита Блинова - Одиночка

Вернувшийся с крохотным пакетиком из ближайшей аптеки водитель с удивлением видит, как Курт с сосредоточенным выражением на лице ест блинчик, запивая его уже немного остывшим зеленым чаем.

Дело 1313

— Готова?

Я сыто киваю и тут же запоздало спохватываюсь:

— К чему?

Курт отодвигает тарелку и белую чашку на блюдечке. К яичнице он так и не прикоснулся, зато с чистой совестью умял все три блина и даже ни разу не вспомнил Бет. По крайней мере, вслух…

— К разговору с Авророй, — говорит лаэрд.

Мягко и спокойно, словно боится напугать меня громкими интонациями. Кто бы намекнул ему, как это бесит!

— Э-э-э… Так сразу?

Честно говоря, как-то не думала, что разговаривать придется тут же. В мои планы входило выждать недельку, успокоиться, стрясти с Вениамина Георгиевича дело Аврорки и только после этого соглашаться на встречу.

— Я завтрак съел при тебе, — подмечает Курт, бдительно наблюдая за мной. — Офисное здание через дорогу, Крис и Аврора уже ждут нас там.

Зашибись! Значит, все было решено за меня еще до перелета.

Идти и встречаться с лаэрдом и бывшей подругой не тянет, но отец всегда учил нас с братьями держать слово, потому что человек, не отвечающий за свои слова, — пустозвон.

Пустозвоном быть не хочется, поэтому я решительно встаю и тянусь к куртке.

Курт с маской каменного спокойствия на лице поднимается следом. Тот же маневр выполняют и личный водитель с охранником. Лаэрд не обманул — офисное здание действительно было через дорогу от нас, а Аврорка и Кристоф действительно ждали.

Едва я переступаю порог, как длинноногая блондинка в шикарном деловом костюме подбегает ко мне, порывисто обнимает и… начинает реветь.

— Блин, Аврор! — недовольно ворчу я. — Ну, сколько можно реветь-то? Взрослая женщина уже, между прочим, а продолжаешь реагировать на все, как ранимый воробушек.

— Ева-а-а-а… — громко шмыгает носом она. — Ева-а-а…

У-у-у… Чую, это надолго.

Пока девушка методично заливает мое плечо слезами, я поворачиваю голову и укоризненно смотрю на Курта.

— Это как бы мало похоже на разговор…

— Блины тоже мало похожи на оладьи, но я же ел, — парирует мужчина, обходя нас двоих. — Все готово? — спрашивает он у Кристофа Дамира после обмена дежурными рукопожатиями в качестве приветствия.

Я тяжело вздыхаю. Вот почему девушки так не могут. Вместо тысячи слов типа «сколько лет, сколько зим», «как ты похорошела!» и коронным «что на личном фронте?» почему нельзя ограничиться сухим рукопожатием и сразу перейти к сути дела?

Аврорка жалобно всхлипывает. И ведь даже непонятно, в честь чего слезы!

— Включай, — слышу я громкую команду Кристофа Дамира, и неказистый с виду подросток, сидящий за узким офисным столом у окна, щелкает клавишами ноута.

— Дело номер тринадцать-тринадцать, запись от первого января 2016 года…

Вначале я слышу ворчливый голос своего куратора и, только отстранив от себя Аврору, вижу перед глазами его лицо на экране огромной плазмы.

— Объект сломала нос и руку оперативнику Алексею Кракову, — на лице мужчины кривая улыбка, больше похожая на оскал.

— И после этого ее еще называют неопасной! — Вениамин Георгиевич качает головой и недовольно хлопает ладонью по столу. — Алексей временно выведен из операции. В настоящий момент подыскиваются кандидаты на роль осведомителя. Пока желающих в отделе нет…

Видеоряд резко обрывается, экран гаснет.

— И как это понимать?

Мужчины переглядываются, решая, кто из них возьмет на себя миссию по разжевыванию информации одной глупой девочке, но тут в дело включается Аврора.

— Ева, я не первый агент, который наблюдает за тобой для УНЗД, — говорит она, вытирая слезы белым платочком.

— Это я уже поняла, — с раздражением чешу запястье.

Курт берет ближайший стул, подносит ближе и ставит передо мной.

— Садись, — в приказном порядке предлагает он.

Пожав плечами, сажусь, хотя все остальные, кроме парня у компьютера, остаются стоять как стояли.

Скрестив руки на груди, вальяжно киваю головой. Ну, давайте, включайте то, что так хотели мне показать. Я готова ко всему!

Экран снова включается, но вместо лица куратора на нем молодая женщина со светло-русыми волосами.

— Дело тринадцать-тринадцать, — она словно напевает эти слова. — Агент Людмила Железнова приступила к наблюдению…

И если вначале я думала, что просто обозналась, то теперь все сомнения ушли.

— Мамочка… — шепчу одними губами, резко поднимаюсь со стула и иду в сторону мальчишки с компьютером.

Никто не ожидал от меня такой реакции, поэтому я беспрепятственно дохожу до стола и смотрю на подростка.

— Свалил, — беззлобно прошу парня, подталкивая его в плечо.

— Еще чего! Это мой комп, — напоминает молодой программист.

И вот откуда в людях столько жадности. Я же у него этот ультрабук не навсегда забираю. Сейчас кое-что проверю и верну.

— Объект плохо ест. Поговорила с врачами управления, буду пробовать прикормки, — мамин голос, такой родной и любимый. — В остальном пока все достаточно спокойно: агрессии к другим детям не проявилось, на моего мужа и других родственников реагирует вполне доброжелательно…

Обнажив губы в зверином оскале, я грозно рычу от нетерпения.

— Ладно-ладно! — примирительно поднимает руки парень, быстро уступая мне комп.

Оккупировав чужое место за столом, двигаю ноут ближе и кладу пальцы на тачпад. Секунду колеблюсь, не решаясь выключить видео с маминым изображением, и, в конце концов, просто сворачиваю.

Залезаю в самое сердце компа, отыскиваю папку с названием «дело 1313». Здесь приблизительно девять гигов видеоотчетов. Наугад тыкаю в первый попавшийся файл, влезаю в его свойства и запускаю консоль.

— Эва, что ты делаешь?

Недовольно поморщившись, игнорирую вопрос и полностью сосредоточиваюсь на проверке.

Насколько я знаю, всю информацию в управлении делили на «важное» и «секретное». «Важное» хранилось на сервере, к которому имело доступ около сотни человек. В случае необходимости эту информацию давали оперативникам для ознакомления. Опять-таки, в случае необходимости, ее могли изменять, а иногда и нагло фальсифицировать.

К совершенно другому типу относилась информация «секретно». Место хранения — неизвестно. Система защиты — выше всяких похвал.

И сейчас в свойствах видео я ищу как раз эту защиту.

Если мама работала на УНЗД, если она действительно наблюдала за мной и делала отчеты управлению, то здесь должен быть код безопасности.