Вадим Климовской - Марш Обреченных. Финал

Голос…"

— Алькир! Алькир! Альки-и-ир!

Я широко распахнул глаза и замотал головой, сон как рукой сняло, не в одном глазу. Чудеса!

Световой шар Борнаса давно погас и нас обволокло легким холодным облачком, Рыжик оказался прав в Одноглазой Башне явно не одна бойница, хотя мы не нашли то самое широкое, кровавое окно сияющее в Свергилле до самого дальнего предгорья Драконьего Позвонка. Может, есть в Башне забитые окна, в которые и задувает свергилльский мороз? Но я совершено проснулся не от холода, привыкая постепенно к мраку, озирался по архиву, пока не впился, в спящего казалось Борнаса, но чародей недвижимо лежал с открытыми очами, водя по сторонам выискивая опасность, разбудившую его и меня. Неужто и ему приснился тот же кошмар, что и мне? Необъяснимое и коварное зло?

Я слегка пошевелился, и рука чародея неуловимо быстро скользнула к губам, указательный палец приник, показываю красноречивый жест — жест к полному молчанию. Меня с ног до головы пробрала дрожь — это смахивало на колоссальную неприятность. Значит, мы влипли в беду?

Пошевелился Рыжик — наш пресловутый следопыт. Учуявший шестым чутьем приближающую опасность.

— Алькир! — жестко разнеслось в моей голове, и я свалился с лежака, покатился по полу, подымая товарищей на ноги.

— А демоны севера, что стряслось? Гоблины? Мохнатозадое отродье снова нас подстерегло? — запричитал спросонья Кручень.

— Засветите свет! Кто-нибудь разбудите Желудя! — требовательно взвыл Конек.

Рыжик шарился на плаще и в сумке, выискивая ножны короткого меча.

— Алькир! — звучным шепотом раздалось по всему помещению, и наша братия окоченела без движения. Что ж теперь все понимают, что неприятность близка, и надо шевелиться.

Один Борнас катался по меховой куртке, хватаясь за голову и скуля. Я напрягся, поднимаясь с колен, воздух вибрировал от чуждой человеку силы, и это нечто плясало по архиву между стеллажей и пыли. Оно не спешило добираться до наших тел и душ, оно наслаждалось мгновением величия и власти. Ударами времени с могуществом и непобедимостью…

— Я рядом Алькир! Очень рядом. Вскорости ваш мир откроет мне и моему войску дорогу и тогда… тогда…

Звериный хохот.

Вряд ли перед нами скакал привидением человек и тем более эльф, скорее нечто неземное, пришедшее из другого страшного мира?

— Борнас, сделай хоть что-нибудь! — это умолял Рыжик.

Существо-призрак зашевелилось, захохотало и туманом вновь растеклось по библиотеке.

— Зачем вы сюда пришли люди? Вам не возвратиться назад, вы все погибнете…

Кручень выхватил из ножен меч и рванулся вперед, махая и наседая выпадами. Истеричный смех тайного визитера, затем Крученя охватило черным облаком. В темноте его накрыло черной кляксой густой тени. Наемник истошно запричитал, Рыжик и я отчаянно бросились на помощь храбрецу, но человека совершено необъяснимыми, резкими движениями, перекрутило и сжало в тугой узел на месте, до нас с отчетливостью донеслись ужасающие хруст костей и сдавленные вопли жертвы, — тело несчастного Крученя рухнуло в центре библиотеки. Аллон всевышний, сейчас тварь займется мною или Рыжиком?

Ослепительный фонтан света разорвал катастрофическую темень, по глазам ударило нещадно магией, но не это заставило нас пошатнуться, а безгранично далекий, глубокий визг нелюдской нечисти. Мне показалось, что визитер убрался туда, откуда соизволил явиться, но с шаром в одной руке и с молнией раскаленной в другой — Борнас присоединился ко мне и Рыжику.

— Оно еще здесь! Тварь… рядом! — зашептал, возбуждено он, преодолевая откатную боль.

Я во все бельма пялился на изувеченное тело Крученя, в груди разрасталась буря жгучей ненависти. Да что ж это такое, сколько нас будут умерщвлять, как котят?

— Алькир стойте! Не двигайтесь! — приказал взявший себя в руки Желудь.

— Аль-кир! Альки-ир! — снова закружило по архиву.

— Что тебе нужно? — ель сдержано выпалил я.

— Чтобы ты меня выслушал. Хорошенько выслушал. Ты явился сюда за знаниями, так? Ты их получишь. Но знай, вашим потугам не будет цены. Пока тебе мерещится в мечтах сказочное будущее, я буду вволю наслаждаться воздухом и теплом. Моя поступь станет для Зоргана сокрушительной. Вам не остановить меня! Вы проиграли глупые дайкины! Слишком мелочными и эгоистичными оказались ваши душонки, я вас купил, одного за другим. Сначала Лестора, а потом и Хорвута. Все началось с этих бунтарей, пешек. Ну и конечно, мои неугомонные потомки! Их продажность и тщеславие нельзя ставить в один ряд с вашими пристрастиями, эльфы бунтуют веками… Тысячелетиями. Дни Зоргана сочтены!..

Борнас оказался самым сильным духом, потому спокойно обратился к призраку с вопросом:

— Пусть и суждено с тобой сойтись в бою, так будь добрым, назовись!

Глумливое подсмеивание из пустоты.

— Баркл! Я — Бремиан Баркл! Вы ведь столько ради этого прошли? Столько вымучили ради правды? Вас бросили в горны пламени ради чего? Всего лишь отворить сокрытую в веках правду. А разгадка так проста. Разве для истины необходимы такие жертвы? Вы хотели узнать, кто такой Бремиан Баркл? Но ведь вам уже давно известна истинная правда моей судьбы, да я — эльф! Древний предок династии Эльсдинов! Я жил и правил в эпоху Императора Лилиафа. Меня изгнали и обрекли на вечное существование в чужом для живого существа мире. Я существую так долго, что успел устать от бессмертия и жажду мирского покоя. Жажду вернуться в мир тепла и жизни. Моя нога вскорости ступит на родную землю, наконец-то я покину этот проклятый туман! Эту проклятую тысячелетиями пещеру! Мои силы растут. Остались жалкие преграды… хрупкие стены, и я вернусь в родную обитель. Я обещал Зорган своим слугам!..

— Кто б вы ни были, но доверия вы нам не внушаете, и за гибель Крученя ты тварь ответишь! — Борнас широко размахнулся и выпустил искрящуюся молнию по голым стенам библиотеки, в самые потаенные уголки.

Энергия заплясала по вековым стенам. Вспышка! Треск грома и запах разреженной магии. Шар Желудя запылал на полную мощность.

Я схватил Борнаса за рукав и потянул его к себе, нужно немедленно отсюда убираться, хватит с нас бесполезных поисков. Свои шеи дороже.

Утробный, приглушенный хохот коснулся наших ушей. Завибрировал по барабанным перепонкам.

— И это все на что ты способен, человек? Я управлял Рубиновым Кругом и стихийной магией, когда вас, черви, еще на свете не было! Я ваш творец! Я ваш, насекомые, создатель! И вы еще смеете на меня подымать руку?! — орала дико пустота.

Кровь леденела в жилах, так ощутимо, как сегодня я еще не чувствовал крадущейся к нам смерти, она нависла над нами в смертоносном прыжке самого опасного и непредсказуемого хищника.