Наталия Белкина - Гиперборея

— Так ты знал?!

— Все знают. Это мера сдерживания.

— Почему меня не предупредил?!

— Ты ведь не спрашивала.

— Ну, спасибо…

Я надулась обиженно и скрестила на груди руки. Неужели он нарочно не сказал? Спесь сбить захотел? Хотя, может быть, просто забыл. На него это теперь вполне похоже.

Лежащая рядом со мной меховая сумка зашевелилась, и оттуда раздался гневный и заспанный глас:

— Что ж вы так орете то? Спать хочу.

Я обрадовалась возможности перевести внимание на другое существо:

— Хватит спать, Бес! Ты пропускаешь самое интересное. Вылезай!

— Это что, твой новый друг? — спросил Гавр, когда гном показался из сумки.

— А я вообще дружелюбная. Правда, Бес?

— Еще бы…

Он вылез, наконец, весь целиком и вытаращился на наместника.

— Позвольте представить, — сказала я. — Гавр, это Бес. Бес, это Гавр.

— О-о-о, — прогудел колобок.

— Кто это? — без особого любопытства спросил титан.

— Соглядатай Лютого Князя, шпион, проныра и нытик.

— И твой друг.

— Ну, да.

— Поздравляю.

Бес слушал все это хмурясь, но не встревал. Ему еще и не такие комплименты доводилось слушать от меня. Он долго разглядывал Гавра, потом встряхнулся.

— Госпожа. Я могу рассказать кое-что о том, что узнал во дворце диктатора.

— Рассказывай, — вздохнула я. — Не знаю только, пригодиться ли все это теперь. Так что там?

— Прон созывает ополчение. Тайно. Он организует армию.

— Армию? Зачем? Он собирается идти войной на кого-то?

Гавр слегка повернул голову в нашу сторону, но безучастное выражение его лица при этом нисколько не изменилось.

— Он собирается для начала разбить повстанцев, а потом… У него грандиозные планы.

— Какие планы? Не может же он пойти войной на наместничества?

— Нет. Но он зачем-то заманивает к себе наместников. В его дворце уже гостит Аттила, а может быть и еще кто-то, кого я не смог увидеть. Вот и ты теперь тут и Гавр…

— Как ты узнал это?

— Я ведь шпион и проныра. Я подслушал, как Прон разговаривал с тем темнокожим.

— Ильсаром.

— Да, Ильсаром. Только принципал его почему-то называет как-то по-другому. Кажется, Скра…

— Что?!! Не может быть!

Так вот откуда это странное чувство, не покидавшее меня с того момента, как я увиделась с принципалом. Мне постоянно казалось, что я вижу его не впервые. Скра — ворон Хамсина. А значит… Значит, Прон — это никто иной как… Я подскочила к двери и забарабанила в нее:

— Эй! Откройте! Мне нужно немедленно встретиться с ареопагом! У меня есть важные сведения из дворца Прона!!!

ГЛАВА 11

Я уже потеряла надежду и отбила кулаки, когда дверь наконец-то соизволили открыть. Гавр все это время равнодушно смотрел из своего угла, оставаясь спокойным. Все то, о чем говорил сейчас Бес, казалось, его нисколько не тронуло.

— Что у тебя за сведения? — очень подозрительно вопросил тот же самый военачальник.

— Я буду разговаривать только со старейшинами. Это очень важно!

Меня снова осмотрели с ног до головы весьма подозрительно, словно еще пытались понять, что в моем внешнем облике может быть опасного.

— Ну, хорошо. Только ты одна.

— Ладно. Они подождут меня здесь. Я только сумку возьму.

— Зачем сумку?!

— Ну, не буду, — согласилась я, но когда страж отвернулся, закинула торбу, в которой сидел Бес, за спину.

Я думала, что меня поведут в храм, но путь наш лежал в другую сторону, за скалы. Старейшины заседали в небольшом доме, выложенном из камня, успевшим за многие годы покрыться лишайником и зарасти всевозможной растительностью. Сколько времени они уже обитали здесь, сказать было трудно, ведь когда именно появился Прон, и когда был изгнан ареопаг я не знала точно. Однако сколько бы они тут уже ни жили, никакого намека на уют и устроенность не. Видимо они все-таки надеялись вскоре вернуться по домам.

Возле двери мой конвоир остановился и постучал. Послышались неуверенные шаги с той стороны. Дверь распахнулась, но вместо человеческой фигуры я увидела плотный клубок пара, который тут же окутал меня теплой влагой.

— Это что еще такое? — спросила я у военного.

— Терма. Стоит прямо на источнике, — пояснил он.

— Они что в бане меня станут принимать?

— Ты же сказала: срочно и важно. Или им планы менять прикажешь из-за тебя?

Кажется, до меня понемногу начало доходить, почему ареопаг оказался не у дел на выборах правительства.

В это время на пороге термы возник человеческий образ, то ли простыней обмотанный, то ли в тунике. Сквозь пар я смогла все же рассмотреть не низкого роста старика с белой головой. Поскольку под мышкой у него была деревянный ушат, я решила, что это, скорее всего, банщик. Не станут же сами старейшины двери нам открывать?

— Это она? — спросил он скрипучим голосом.

— Да. Она самая. Наместница из Дремучего Мира…

— Я не оттуда! Медные Горы! Попрошу не путать!

— Ах, да, — поправил себя вояка.

— Разберемся, — проговорил старик строго. — Проходи. Только жарко здесь.

Я вошла, а военный остался снаружи. Старик повел меня куда-то в неизвестность, покрытую густым паром, в которой он, однако, ориентировался неплохо. Я следовала точно за ним, но все равно постоянно натыкалась на что-то.

— Вы старейшина? — спросила я у моего гида, очередной раз налетев на что-то и чертыхнувшись.

— Я? Нет. Сейчас ты их всех увидишь.

— Да что тут вообще можно увидеть? А впрочем, я же видела их уже сегодня. На ступенях храма.

— Наклони голову.

— Что? — не расслышала я, и тут же здорово ударилась лбом о низкий дверной проем.

— Черт!

В небольшом помещении с высоким сводчатым потолком я их и увидела сидящими на краю бассейна, источавшего в больших количествах пар и влагу. И слава провидению они не были голыми! На всех были опять же то ли простыни, то ли туники. Иди разбери в бане…

— Здравствуйте, — поздоровалась я, но в ответ услышала только шипящую тишину.

Я стояла у порога и смотрела на них, а они на меня. За моей спиной чихнули и закопошились: Бесу стало жарко. Вскоре послышался и тихий жалобный скулеж.

— Это не я, — на всякий случай заверила я, заметив, как старейшины недоуменно переглядываются, — со мной тот, кто был во дворце Прона и кое-что узнал. Я нарочно вязал его с собой, чтоб не быть голословной… Вы меня выслушать собираетесь или нет?

Один из старейшин, который впрочем, вовсе и не походил на старика, поднялся с края бассейна и стал приближаться ко мне.

— Кто у тебя там? — спросил он.