Наталия Белкина - Гиперборея

На пороге блокгауза возник воин, скорее всего, начальник всего этого ополчения.

— Кто это? — грозно спросил он моих конвоиров.

— Еще один! — ответили ему.

Военачальник сбежал по ступенькам и подошел ближе ко мне.

— Отвечай, кто ты и зачем здесь!?

Ну, наконец-то конструктивный вопрос!

— Я наместница Медных Гор, ищу свою подругу, которая по моим сведениям должна быть здесь. Ее зовут Иверлин. Вы ее знаете?

— Впервые слышу. Как ты попала сюда?

— Это долгая история. Не могли бы вы помочь мне найти подругу, и мы тут же вернемся восвояси.

— Отвечай на вопрос!

— Как попала? Просто. Пешком.

— Кто тебе указал сюда путь?!

Тут я задумалась: стоило ли выдавать Неясыть? Все-таки она помогла мне. Да и понятно теперь, почему она сюда идти не хотела. Эти партизаны слишком подозрительны.

Я посмотрела на Трою, и чуть заметно кивнула ей, предупреждая, что придется соврать:

— Мой пес-дух нашел вас. По запаху.

— Этого не может быть!

— У нее очень острое обоняние.

— Ты лжешь! Ни один пес, пусть даже и дух, не мог бы отыскать нас. Тебя кто-то навел!

— Ну, что ж. Вы правы. Только я не могу сказать, кто.

— Посадите их в каземат, пока ареопаг не решит, что с ними со всеми делать! — вскричал военный с досадой.

Разговор на этом прекратился. Военачальник резко, по-военному развернулся и зашагал обратно к крыльцу блокгауза. Меня же снова схватили за руку и подтолкнули в направлении избушки, громко наименовавшейся казематом.

— Нельзя ли повежливей! — не выдержала я.

На довольно мощной для такого сооружения двери висел гигантский замок, а рядом стояли два стражника. Все это говорило о том, что здесь уже кто-то сидел.

— Может быть мне сбежать и позвать на помощь нашу гвардию? — тихо спросила Троя, пока отпирали замок. — Судя по всему, мне это легко удастся.

— Скажешь тоже! Найдем Иверлин и без всякой гвардии свалим отсюда к чертовой матери!

Я была разозлена бесцеремонным обращением и потому последнюю фразу произнесла довольно громко. Стражник обернулся на меня, промолвил что-то вроде "еще посмотрим", и дверь отворилась. Меня грубо втолкнули в избушку, едва освещенную дневным светом, шедшим из крохотного окошка, и заперли.

После того, как дверь закрылась, и вовсе невозможно стало хоть что-то рассмотреть. Однако, в углу я смогла заметить сидящую темную фигуру. Я попыталась присмотреться, но лица так и не увидела. В конце концов, мне пришлось отвернуться приличия ради. Я отошла к стене и села на устланный соломой пол, решив, что с сокамерником своим я еще успею познакомиться, и принялась выпутывать руки из веревок. С этим я быстро справилась. То же мне связали! И вообще, как-то несерьезно они относятся к арестантам. Что это за избушка? Даже и в отсутствии силы мне не пришлось бы применять особые старания, чтоб сбежать отсюда.

— Так я и думала, — нарушила молчанье Троя.

— Что?

Я посмотрела на нее. Она сидела и смотрела прямо на узника, бывшего тут до нас. Она явно его узнала.

— Это его запах я почувствовала в тоннеле, — подтвердила она.

— Чей запах, Троя?

Какое-то странное предчувствие нахлынуло на меня. Мой пес-дух напряженно вглядывался в тот самый угол, где сидел незнакомец. А ведь недаром этот темный тип сразу показался мне странным. Я поднялась и подошла к нему. Он поднял на меня улыбающееся лицо.

— Гавр!!?

Невероятно! Я сплю, наверное?!

— Этот экзотический наряд тебе очень к лицу, — произнес он.

— Как ты здесь оказался?!

— И экипировка, что надо.

— Перестань ухмыляться и ответь, что ты тут делаешь?! Черт возьми!

— Я смотрю, ты так и не утратила своей привычки чертыхаться?

— Ты что, издеваешься?

Понятно, что я была ошеломлена и совершенно растерялась. А он продолжал ухмыляться, радуясь моему удивлению. Потом он поднялся на ноги и едва не задел головой низкий потолок так называемого каземата. Я же, наоборот, уселась, потому что ноги у меня отчего-то задрожали.

— Ты ведь не думаешь, что я здесь из-за тебя? — спросил он, уже не усмехаясь.

— Конечно, нет!

— Хочешь знать, как я сюда попал? Да просто свернул не туда. Вот и все.

— Свернул не туда? На каком пути ты свернул не туда?

— А вот этого тебе знать не нужно.

— Вот тебе раз! Я потеряла на границе двух гвардейцев, рисковала в горах, была в плену у Прона, сбежала, блуждала по тундре и по пещерам, чтоб пробраться сюда! А ты?! Просто свернул не туда!?

— Твоя биография становиться все более богатой.

Я умолкла. Мне стало понятно, что ничего он мне не скажет, прячась за этой дурацкой иронией. Ну, разумеется, он пришел сюда не из-за меня. С какой стати? Кто я ему? А зачем? Для чего? С какой целью ему понадобилось оказаться именно в Гиперборее, именно в реликтовых лесах и именно в этом… каземате? Да просто совпадение. Наверное, бывает и такое. Ему надоело быть бессмертным, и он решил поискать приключений и испытать судьбу…Что ж эта судьба свела нас в плену. Что теперь так молча и сидеть? Троя отошла в сторону и легла у стены. Не захотела нам мешать. Неужели она подумала, что я стану выяснять отношения с ним? Никаких отношений ведь нет уже…

— Ты давно здесь? — спросила я лишь для того, чтобы нарушить длившееся довольно уже долго молчанье.

— Не знаю, — отозвался он. — За стеной — вечный день, здесь- вечные сумерки. Разве поймешь.

— А они что говорят? Долго будут держать здесь?

— Ничего они не говорят. Выжидают, наверное.

— Постой-ка, это место ведь не являлось конечной целью твоего пути, на котором ты свернул не туда?

— Нет.

— Нет? Так почему же ты все еще здесь? Не пытаешься вырваться?

— Нет.

— Предаешься черной меланхолии? Где твой меч? Ты что позволил его забрать?!

— Я оставил его дома.

— Оставил дома? Хотя чего я удивляюсь? У тебя ведь теперь сплошные тараканы в голове.

Я снова остановилась, чувствуя, что вот-вот меня понесет, и я начну припоминать ему все. Да, отдышись и переведи разговор на другую тему:

— Кстати, не знаешь, почему гипербореи так наместников не жалуют?

— Знаю. Они нас никогда не жаловали. И всегда боялись, что кто-то из нас или сам хозяин посягнет на их свободу. Потому-то и сила наместников здесь оборачивается против них же самих.

— Так ты знал?!

— Все знают. Это мера сдерживания.

— Почему меня не предупредил?!

— Ты ведь не спрашивала.

— Ну, спасибо…

Я надулась обиженно и скрестила на груди руки. Неужели он нарочно не сказал? Спесь сбить захотел? Хотя, может быть, просто забыл. На него это теперь вполне похоже.