Нобору Ямагути - Бал Лун-Близнецов

- Собственно говоря, что... или лучше сказать, разве ты не была в расстроенных чувствах?

- Ты прав. Я была слегка расстроена. Ведь ты стал дворянином. Возможно, ты меня забыл, и у меня в душе клубились тучи.

- Я о тебе не забываю.

- Однако уже все в порядке.

- Вот именно поэтому, что же произошло? - спросил дядюшка Марто, и Сиеста низко ему поклонилась:

- Большое вам спасибо за то, что до сих пор заботились обо мне.

- Чтоо?

Девочка показала имеющему рассеянный вид шеф-повару бумагу, которую держала в руке.

- Разве это - не подпись Ее Величества Королевы?!

И действительно, то был документ, подписанный Анриеттой. Внизу также была подпись Старейшины Османа.

- Ну-ка, ну-ка. "Мистеру шевалье Сайто де Хирага назначить одного слугу, выбранного из штата Академии". И что это?

- Сегодня утром мистеру Осману из Королевского Дворца было доставлено это письмо. Соответственно главной горничной был отдан приказ выбрать кого-нибудь. И поэтому она выбрала меня. Должно быть, чтобы заботиться о Сайто, я подходила как нельзя лучше, ведь мы в очень хороших отношениях.

Мальчик растерялся, все еще не понимая, что к чему, и тогда Сиеста резко отвесила ему поклон:

- По этой причине, прошу, позаботьтесь обо мне.

* * *

В то же самое время Луиза... именно сегодня намеревалась реализовать тактику, которую она тайком распланировала, напряженно размышляя в течение двух дней.

- До сего момента мой образ действий был ошибочным.

- Каким же образом? - тем, кто задал этот вопрос девочке, перемежающей свои бормотания вздохами, был Дерфлингер. Как и всегда, Луиза назначила разумный меч на роль штаба по осуществлению ее тактического плана.

- Ну, как сказать? Я пыталась состязаться не в своей области возможностей. В костюме черной кошки, в костюме служанки... как бы там ни было, это - не те шаги, которые делают дворяне.

- Вполне возможно.

- Прежде всего, чтобы удовлетворить свою гордость, я решила вернуться к основам, - громко заявившая об этом Луиза наконец-то додумалась нарядиться в униформу... это была легендарная матроска. Недавно девочка вымолила ее на время у Монморанси. Некогда Гиш получил лишний комплект от Сайто и подарил эту вещь своей подруге. Та была худощавой, и ушила костюм так, чтобы ей шло, поэтому, хоть эту вещь и надела Луиза, смотрелось неплохо. Разумеется, лиф был великоват, и длина была излишней, однако... девочка подогнала это, заколов булавками.

- К основам?

- Да. Я должна блеснуть оригинальностью. Кошачьи уши и все тому подобное - это слишком. Как бы там ни было, твои идеи очевидны, не стоит об этом и думать, поэтому я буду сражаться с помощью своих собственных идей и своего таланта. Это - путь настоящего дворянина.

Луиза скрестила руки на груди, после чего удовлетворенно взглянула в зеркало.

Одетая в мешковатую матроску девочка раз-другой обернулась вокруг себя. При этом ее светло-розовые волосы, галстук и плиссированная школьная юбка легко взвились вверх.

- Разве это - не подражание служанке?

- Умолкни. Моя сила отличается от ее.

- Ты - слабее? Как-то мешковато костюмчик смотрится...

Глубоко вздохнув, Луиза протянула руку к волшебной палочке, которая лежала рядом на маленьком столе. Мнение Дерфлингера кардинально изменилось:

- Нет, ты - сильнее.

- Полагаю, это - очевидно.

Девочка с торжествующим видом позировала перед зеркалом.

Она начала делать разные движения: взявшись за подол юбки, приподняла ее, закусила мизинец... Дерфлингер охладил ее пыл:

- Как бы там ни было, если ты до такой степени любишь партнера... как насчет того, чтобы быть более откровенной? Не будет ли лучше, не бродя вокруг да около, сказать ему: "И со мной сделай то же самое", как ты сказала это раньше?

- Нет.

- Почему?

- Да ведь... если я так поступлю, он увлечется, разве нет? Это понятно из предыдущих моментов. Поэтому я буду придерживаться такой линии поведения, что трогать грудь - это запрещено. Такие действия невозможно позволить.

- Ты не ведешь себя честно.

- К слову сказать, - Луиза схватила меч и со свирепым лицом уставилась на его рукоятку, - Я его нисколько не люблю.

- Хорошо, - пробормотал Дерфлингер голосом, в котором ощущалось, что он совершенно не поверил ей.

И тогда девочка глубоко вздохнула.

- Что случилось?

- Все равно я - прелестная. Это - преступление.

- ...Также у тебя - прекрасный миролюбивый характер.

- Когда это ничтожество увидит меня такую, чистую и милую, ему ничего не останется, как пасть ниц передо мной.

- Уверена?

- Хи-хи-хи. Хи-хи-хи-хи-хи.

- Извини, но мне страшно.

- Это создание непременно ощутит именно такие чувства.

Увлеченная девочка распростерлась на полу. Пока Дерфлингер изумленно наблюдал, она устроила театр одного актера, который в последнее время был ей по душе.

- Луиза... Луиза... ты - такая милая... этот костюм подходит тебе лучше, нежели той служанке... я уже схожу от тебя с ума...!

Затем она резко вскочила:

- Фу ты! Разве это не очевидно?! Теперь ты заметил мое обаяние? Ничем помочь не могу!

Луиза снова распростерлась на полу:

- Прости меня... прости за то, что пренебрегал тобой... прости за то, что потерял голову из-за своего дворянского титула... прости за то, что самозабвенно играл в рыцарей... прости за то, что ухлестывал за служанкой... прости за то, что хватал странные груди той девицы-эльфа...!

Луиза вскочила на ноги:

- Полагаю, ты знаешь, как себя лучше вести, когда просить прощения?

Девочка распростерлась на полу:

- Да! Я - жалкий пес... вульгарный домашний пес к вашим услугам, мисс Луиза... сделаю все, что прикажете... прошу, позвольте мне быть рядом с вами...

Девочка вскочила, после чего скрестила на груди руки. Она сильно увлеклась. Сосем словно Сайто был перед ней. С причудливо выросшим возбуждением и торжествующей улыбкой от своего возвышения она взглянула сверху вниз на своего воображаемого фамильяра:

- Если ты все понял, л-лл-лижи мои б-ббб-ботинки.

- Да! Вылижу! Пес Сайто все вылижет! - распластавшись, Луиза низко склонила голову.

- Эй, дворяночка.

- Чего тебе?! Сейчас - интересное место! Не отвлекай! Ведь отсюда начнется самое поразительное!

- Дверь...

- Дверь - что?! Что с ней случилось?!

Когда девочка обернулась, оказалось, что на нее уставились Сайто и Сиеста, и у них были такие взгляды, словно они наблюдают за мучительной агонией живого существа. Луиза побледнела как мел.

Служанка, топая каблучками, подбежала к своей сопернице и схватила ее за руки.