Алексей Фирсов - Гнев Дракона(СИ)

-Нас не казнят, милорд?

-Нет, Кайл, твои руки еще мне пригодятся!

Бедняги сначала не поверили своим ушам, но принялись восхвалять мою доброту и я жестом велел их выпроводить вон. Что горцы с удовольствием и сделали.

-Говард, пиши мое повеление и пусть его прочтут во всех деревнях и во всех кварталах города:

"Я, лорд Грегори, владыка Севера, правитель долины Холлилох, защитник города Корнхолл повелеваю всем кто нанимает слуг, работников и работниц-платить им за работу в день не менее цены ковриги хлеба, ибо не справедливо перед лицом Господа нашего давать вознаграждение за труды не способное прокормить человека."

-Крейг, передай Элару Тудору, чтобы вечером в соборе были собраны все мастера и все главы цехов.

Они собрались, все эти хозяева города, люди, в чьих цехах, мастерских и лавках производилось и продавалось то, что создали другие люди с потными спинами и мозолистыми руками.

Отец Симон зачитал мое повеление.

Ропот раздался сразу же. Я посягнул на кошельки горожан. Кому такое по нраву?

Я поднялся из кресла и встал рядом со священником. Мой голос гулко прокатился под каменными сводами.

-Тот, кто не исполнит мою волю, пусть пеняет на себя! Молитесь, чтобы господь снял с ваших душ грех стяжательства!

Я вернулся в замок и долго плавал в бассейне. Есть ли края человеческой жадности? Почему люди не осознают бренность своего существования, и честное имя легко меняют на звон денег?

Струи горячего водопада били прямо по моим плечам, снимая напряжение и усталость. Я чувствовал себя одиноким как никогда. Моя любимая исчезла. Женщина, которую я вожделел осталась далеко. Что толку от власти, если ты несчастен и не можешь быть рядом с теми, кто тебе дорог?

Две голых руки обвили мой торс

Вздрогнув от неожиданности, расцепив эти руки, я обернулся.

Озорная улыбающаяся Адель, щурила глаза от водяных брызг. Она была совершенно голой, но вода была ей до подбородка и белое тело плохо видно через рябую воду.

-Я пришла, Грегори!

-Здравствуй мой паж!

-Ты рад?

-Очень!

Я обнял и тесно прижал ее к груди. Ее руки обняли мою шею.

-Не смотри на меня сейчас...Я стесняюсь... - прошептали ее губы. - Здесь слишком светло...

-Закрой глаза и будет темно....

Я целовал ее в губы, но мысли мои были далеко. Сью и Доротея не стеснялись в этом бассейне. Они брали свое. Подхватив ноги, Адель под коленями, я вошел в нее прямо в воде. Она тихо ахнула и прижалась ко мне животом, грудью. Она слабо двигалась и как я, и подозревал, оказалась неспособна, испытать наслаждение. Но, тем не менее, я получил свое. Моя монахиня оказалась полным неучем в любовной игре. Зато поцелуи она обожала и через час мои губы распухли. Завернув Адель в простыню, я на руках вынес ее наверх в свою комнату и положил на постель. Кроме шлепанцев на ногах на мне ничего не было. Была ночь. Я погасил свечи, вернулся к постели и лег рядом с девушкой. Ее маленькие груди легко умещались каждая в моей ладони. Я целовал ее соски, плечи, гладил бедра. Ее рука нашла мое отвердевшее копье.

-Ты опять хочешь меня? - она была явно удивлена и польщена.

Я положил левую руку на ее бутон, при этом Адель напряглась и замерла, а правую руку на живот выше пушистого лобка. Я сосредоточился. Кончики пальцев закололо. Жар побежал по ладоням.

-Горячо...

Мои пальцы медленно ласкали лепестки ее бутона. Обильно выступившая влага и частое дыхание подтвердили, что лечение прошло успешно.

Я лег на спину, а Адель привлек к себе и она оказалась сверху.

-А так можно? - удивилась моя невеста.

Я потянул ее бедра вниз и вошел в ее влажную и тугую пещерку. Адель застонала, ее ноги раздвинулись еще шире. Я заставил ее сесть на меня верхом. Наши пальцы сплелись в замок.

-Ты хотела оседлать дракона-так скачи теперь, мой паж!

Она оказалась хорошей ученицей и скачка принесла ей приз. Сладостно мужчине слышать крик женщины на пике наслаждения, когда она, содрогаясь в судорогах, бьется и стонет так близко. Два тела становятся одним. И хочется длить и длить эти мгновения.

Адель рухнула на мою грудь. Ее сердце выбивало ритм галопа.

- Это похоже на безумие...

-Это любовь, малышка. Это теперь с тобой навсегда...

За три дня до свадьбы в Корнхолл приехал епископ из Хагерти-отец Иоанн, а на следующий день епископ Давингтона-отец Иаков. Их разместили в лучших домах. Друг о друге они сразу же узнали.

Я посетил вначале отца Иоанна, поцеловал его руку с многочисленными перстнями, получил благословение.

-Кто же будет проводить обряд венчания? Мне передали, что отец Иаков тоже здесь! - капризным тоном осведомился епископ.

Моложавый, упитанный, он выглядел моложе своих пятидесяти лет.

-Венчание-не самое главное дело, отец Иоанн. Откройте ларец-Прошу вас.

Деревянный ларец, что я принес, стоял на столе.

Он открыл крышку и, сопя, стал перебирать бумаги, что хранились в нем.

Я разглядывал, свои ногти и ждал. Я только что предъявил его святейшеству расписки, что оставил у покойного ростовщика Грега Баксли как он сам, так и его два шалопая племянника-ровным счетом на 50000 талеров.

-Для чего вы принесли эти бумаги, лорд Грегори?

-Я их отдаю вам, отец Иоанн, мне они достались случайно! Можете их спалить в камине!

-Что вам нужно в ответ на такую любезность?

-Я прошу вас, рукоположить в епископы отца Симона, настоятеля храма из Гартунга.

-Но для этого обряда нужно два епископа. Ах, да, отец Иаков тоже здесь.

-Да и отец Иаков дал уже свое согласие.

-Мне нужно подумать, сын мой! Поспешные действия пользы не принесут.

-Вот здесь-в этом мешочке-три фунта чистого золота-для размышлений самый нужный предмет!

Поставив горцев у дома, где разместился отец Иоанн,/чтобы с горяча, не сбежал/ я отправился на другую сторону центральной площади, к дому в котором расположился епископ из Давингтона.

Этому святому отцу я оставил для размышлений десять фунтов золота и повторил просьбу об отце Симоне.

Отец Иаков был большой сибарит, любитель женщин и вина. Денег ему постоянно не хватало, по сведениям собранным Сэмми.

После вечери два епископа явились в собор и рукоположили отца Симона в епископы.

Я наблюдал за ритуалом и размышлял о том, сколько золота потребуется, для того чтобы продвинуть отца Симона на пост архиепископа.

Итак, дело сделано-у меня был своей епископ.

Пожалуй, наша свадьба была самым значительным событием в городе за последние пятьдесят лет.

Улицы были выметены и промыты потоками воды из бочек, что несколько дней возили из Клайва. Потоки нечистот и мусора слились обратно в Клайв уже самотеком.