Кристофер Раули - Драконы Аргоната

Вскоре они подошли к ущелью – глубокому каньону, пробитому в песчанике горным потоком. Здесь можно было взобраться наверх. Повсюду беспорядочно громоздились каменные глыбы, словно разбросанные расшалившимся малолетним великаном, однако то был кратчайший путь наверх, и для ловкого, бодрого драконопаса он представлялся не таким уж трудным. Однако для Базила, который две ночи и целый день объедался и бочками пил пиво, подъем превратился в нелегкое испытание. Дракон кряхтел, отдувался и громко сетовал на то, что драконопасы вечно заставляют бедных старых вивернов выбиваться из последних сил. Релкин не придавал этим жалобам никакого значения.

– Не надо было так наедаться перед дорогой. А три бочонка пива? Это ведь многовато, разве не так?

– Дракон не сможет пить пиво в послежизни.

– В послежизни?

– Ты думаешь, драконопас – единственное существо, которое попадает на небо?

Релкин воздел руки:

– Вот уж не знаю, берут ли на небо драконопасов. Сдается мне, нужно очень крепко веровать в небеса, чтобы тебя туда допустили.

– Что ж, поверь дракону. Пива на небе нет.

Релкин не мог не согласиться с этим. Порой небеса казались ему не такими уж заманчивыми. «Интересно, – призадумался Релкин, – примут ли на небесах драконопаса, который по-прежнему обращается к старым богам, да и такое ли уж благословенное место эти пресловутые небеса?» Релкин ничего не имел против мира и гармонии, ибо в жизни их явно недоставало. Но во всем нужна мера. Он не был уверен в том, что ему понравится жизнь, в которой не будет ничего, кроме этих самых мира и гармонии. В том числе не будет и пива. Нет уж.

Поднявшись по ущелью, путники ступили на каменистую тропу. Она тянулась вдоль высокого гребня, а затем, огибая утес, взбиралась на гору. На вершине Релкин бросил взгляд в небо. Оно по-прежнему оставалось голубым, но на юге, за холмом Паулерс, над сверкающим в лучах солнца Эрсоем, собрались тяжелые тучи. У Релкина появилось скверное предчувствие: все шло к тому, что они основательно промокнут, прежде чем доберутся до Кросс Трейз.

«Вечно не везет!» – подумал он, мысленно сетуя на судьбу. Вроде бы все шло прекрасно – так нет, надо взять да устроить дождик. Релкин частенько задумывался о превратностях судьбы, гадая, не являются ли они делом рук кого-то несравненно более могущественного, нежели он сам. И тут неожиданно раздался странный, дрожащий крик, эхом отразившийся от скал. Релкин резко обернулся.

– Это еще что?

Базил поднялся на ноги, вытянул шею и огляделся.

– Этот дракон никогда ничего такого не слышал.

– Уж не тот ли зверь, что подрал овец на холме Паулерс?

– Это не волк. И не дикий кот, насколько я знаю.

Они тщательно обозрели окрестности, но не обнаружили никаких признаков существа, испустившего столь громкий крик.

– Медведь?

– Никогда.

– Да, ты прав. Это не медвежий рев.

Крик не повторялся.

Двинувшись дальше, они внимательно присматривались к окружающим склонам, но так и не заметили ничего подозрительного. Тучи на юге сгущались медленно, и Релкин начинал верить, что они попадут в Кросс Трейз до дождя.

И тут они услышали раскатистый грохот. Он доносился с юга, но то был не гром. Релкин припал ухом к земле.

– Всадники. Множество всадников.

– Ополченцы, собранные фермером Пиггетом?

– Не знаю.

Грохот копыт приближался, и какое-то шестое чувство подсказало Релкину, что он несет с собой угрозу.

– Пригнись, – сказал юноша.

Всадники скакали через заросли вереска по направлению к путникам.

– Вниз! – скомандовал Релкин и потянул Базила за руку. Дракон предпочел не спорить. Он нырнул в расщелину в скале, цепляясь руками за древние карликовые сосны. Релкин скользнул туда же, но тут же приподнялся и выглянул через край.

Спустя несколько мгновений появились верховые. Впереди скакали три человека, затянутые в черную кожу. Всадники, следовавшие за ними, уступали людям ростом, но превосходили их шириной плеч. Их была дюжина, но за ними показались и другие.

Релкин охнул и непроизвольно выругался.

– Бесы! – прохрипел он.

– Бесы никогда не ездят верхом. Им запрещено.

– Не ездят, не ездят… ну а эти ездят.

– Никогда такого не видел. В Падмасе они этого не…

– Постой, но откуда они взялись? Бесы на Горбах? Как могли бесы пробраться сюда незамеченными?

– Может, они высадились с моря, в Эрсое.

Два десятка кряжистых наездников легким галопом проскакали по открытой местности и пропали из виду, направляясь вниз по склону, на север. Дракон и драконопас переглянулись.

– Тут без кавалерии не обойтись.

Релкин не мешкая натянул тетиву арбалета и подготовил стрелы.

– Нам нужно как можно скорее попасть в Кросс Трейз и доложить об увиденном. Пусть сюда вышлют кавалерийский патруль. Что-то определенно не так.

– Этому дракону не нравится, что в горах завелись бесы.

– Тогда нам лучше прибавить шагу.

Релкин зарядил арбалет.

– Почему дракон и мальчик не идут по охотничьей тропе? Через горы, минуя Львиные скалы?

– А затем вниз, к Тузаву и Миндену? Если двинуть по северной дороге, можно выиграть час, а то и больше.

– Мальчик все обдумал.

– Ну-ну. Есть тут один дракон, который, как я вижу, тоже умеет соображать, что надо делать.

– Спасибо, – виверн громко щелкнул челюстями. – Этот дракон учится думать сам.

Они двинулись на север, следом за всадниками. Те миновали заросли вереска и спустились вниз по овечьей тропе, такой узкой, что им пришлось ехать гуськом. Теперь они находились ниже Базила и Релкина, на тропе, ведущей к броду через речушку Инт. Добравшись до развилки, где верхняя тропа разделялась на вьючную и охотничью, дракон и драконопас увидели внизу, под деревьями, отряд всадников. Как раз там тропа, по которой ехали бесы, делала зигзаг и выводила к броду, находившемуся футах в ста ниже по склону. Охотничья тропинка, которой пользовались гораздо реже, забирала вверх и вела на восток. В конечном счете по ней можно было подняться на гребень Большого Горба, за которым громоздилась Старая Плешь – самая высокая гора из пяти Горбатых холмов.

Оставив брод и тропу бесам, Релкин и Базил повернули на восток и стали подниматься вверх. Вереск поредел, сменившись порослью корявых карликовых сосен. Повсюду цвели ярко-розовые и желтые дикорастущие флоксы.

Двое прошли мимо скальной стены, на которой в глубокой древности были высечены изображения людей и львов. Видимо, в незапамятные времена по девственным лесам Аргоната рыскали львы. Затем путники покинули гору Нищих и вышли к неглубокой чаще среди гор. Вдоль протекавшей внизу речушки росли деревья. Базил и Релкин спустились по поросшему сосенками склону, а затем, по противоположному, поднялись на следующий гребень.