Арилика Валентинова - Практикуйся, ведьма

— Пойдём, — я взяла её за руку, опасаясь, что в таком состоянии эйфории, она попросту споткнётся, упадёт и расшибёт себе что-нибудь.

Не смотря на то, что мы жили не так далеко от моря, с отцом мы редко выезжали за пределы провинции — наш единственный родитель был постоянно занят и лишь в редкие моменты брал с собой в небольшие путешествия. Он, конечно, мог отправить меня с сестрой с каким-нибудь сопровождающим, но отец всегда так боялся нас потерять, что попросту не доверял, ни одному охраннику.

Мысли прервала боль, толчками поднимающаяся от желудка и выше. Я прислонилась к стене и крепче сжала, мгновенно напрягшуюся, руку сестрёнки. «Наконец — то откат. А я — то думала, что меня в этот раз пронесло», — пришла запоздалая мысль.

— Липа, Липа, что с тобой? — Вики поддерживала меня, пока я сползала по холодной, шершавой стене, пещеры.

Боль приходила толчками и, казалось, вот-вот бешено стучащее сердце попросту остановится, не выдержав такого ритма. Откуда-то издалека слышался взволнованный голос Вики, а я ещё крепче сжимала горячую руку сестры, сейчас это казалось единственным лучиком спасения, связи с окружающим миром, сквозь пелену боли. Я кожей чувствовала беспокойство сестры, но попытки объяснить или хотя бы вымолвить одно слово, превращались в беззвучное мычание.

Впервые в своей жизни, я испытала откат, когда поступала в школу и там, выложив весь резерв на испытании, попросту отключилась. После пробуждения, я раньше других узнала основы пользования магией и последствия «перебора». Тогда ещё больше месяца мне «аукалось» то заклинание, призванное уничтожить всех врагов — итог — враги уничтожены, а сама я в самые неподходящие моменты становилась полностью недееспособной, испытывая при этом невероятные боли. В школе мне помогала Эвелина — своим даром, её чистая, исцеляющая энергия «сглаживала» боль, сейчас же подруги рядом не было, и я вновь ощутила все последствия своих необдуманных поступков… За всё в этом мире нужно платить — взял много, попользовался, а отдавать кто будет? Вот и платим мы болью за каждую каплю, высосанную из ауры.

— Липа, очнись… Ну очнись, Липа. Умоляю…,- рядом кто-то всхлипывал и гладил меня по волосам. Я открыла глаза и увидела сестрёнку, по щекам которой текли слёзы.

— Всё хорошо, — произнесла я сакраментальную фразу, и вяло улыбнулась.

— Я так за тебя испугалась. Что с тобой было? — спросила Вики, подсаживаясь ко мне поближе. Только сейчас я опознала, что лежу на полу пещеры и накрыта каким-то подобием старого плаща.

— Это откат, — облизнув потрескавшиеся губы, ответила я. Вкус крови заставил меня поморщиться.

Мгновенно накатившая апатия, принесла горечь и пустоту где-то на уровне груди, тело не повиновалось, хотя я честно старалась подняться. Даже мой маг — учитель, нанятый отцом предупреждал о «негативных последствиях» полного «высасывания» ауры, но в детстве как-то о преждевременной смерти не задумываешься, а когда взрослеешь и наступают моменты, при которых стоит выбрать — либо месяц мучиться болью, либо спасти собственную жизнь или жизнь близкого человека — тогда не до предупреждений, вбитых на уровне сознания. И перед глазами стоит единственная цель — выжить, или заплаканные глаза сестры…

Я не хотела, чтобы Вики была со мной во время приступа — так как по опыту знаю, что зрелище пугающее — всё тело выворачивается под неестественным углом и бьётся не то в судорогах, не то в конвульсиях. У меня так уж повелось, что плюс ко всему я ещё и губу закусываю, поэтому к концу «экзекуции» становлюсь похожа на жертву пластической магии по увеличению губ.

Я постепенно приходила в себя, тело, кажется, также начало повиноваться, поэтому я решила больше не разлёживаться — стоило ещё добраться до таверны, где мы условились встретиться с друзьями. Опираясь на заботливо подставленную руку сестры, я поднялась и тут же прижалась к ближайшей стене — внезапно в глазах потемнело, а желудок вновь решил вырваться на волю. «Может, правы маги — учёные, когда говорят, что во время отката наши внутренности выворачивает наизнанку?» — пронеслась мысль. Сейчас я бы поверила даже в это…

Солнечный свет ослепил на мгновение, лишив возможности оглядеть окружающий лес. Кое-как приоткрыв сопротивляющиеся веки, я, наконец, рассмотрела деревья — всё вроде спокойно, хотя кто в зрелом уме и твёрдой памяти придёт сюда? В школьный лес?

С самого начала появления школы, по городу стали разноситься слухи о якобы странных звуках, доносившихся, из тогда ещё городского парка, примыкавшего на свою беду к школе. После исчезновения пары-тройки людей, городские власти решили свалить вину на магов и их «магические эксперименты» и уничтожить лес. Однако, тогдашний директор решил вопрос по-другому — включил небольшой участок с деревьями во владения школы. С тех пор, как говорится, много воды утекло — хилые деревца превратились в необхватные дубы и сосны (местами), их количество также увеличилось, но, а ученики «спускали» неудавшиеся эксперименты в зелёную чащу. К слову, тот инцидент, из-за которого лес и стал частью школы магии — никто так и не раскрыл, но лично я склоняюсь к мысли, что «безвременно почившими» оказались просто люди, нарвавшиеся на бандитов. Правда, теперь в лесу действительно обитает много «неведомых зверушек», но учеников ни одна тварь ещё пока не тронула — ибо мы знаем к ним особый подход — несколько кусочков хлеба, как бы ненароком оставленные на пеньке — и никто прогулку в лесу не прервёт клацаньем зубов. Уж и не знаю, почему «наши» существа такие умные и понятливые, но факт, как говорится, на лицо. «А вот Вики про это говорить не стоит» — пронеслась в голове умная мысль — она не поймёт и наверняка ещё больше испугается — вон, как головой крутит по сторонам, цепляясь взглядом за каждый подозрительно шуршащий куст.

Пока мы спокойно следовали по еле различимой тропинке, мои мысли, как обычно витали совершенно в других местах — в отличие от тела, спокойно бредущего сквозь лесную чащу. Деревья мирно шептались между собой, ветер шуршал в зелёных кронах, и казалось в лесу, повисла неестественная тишина. Солнце слабо пробивалось сквозь густую шевелюру деревьев, поэтому, когда мы вышли из леса, полуденная жара навалилась густым пологом. Я тут же наложила заклинание, что использовала, когда мы вышли из гостиницы — конечно, перерабатывать энергию было ещё трудно и немного больно, после отката, но достаточно терпимо.

Улицы Астарты казались вымершими. Полуденный зной заставил большинство людей плюнуть на дела, и укрыться в каком-нибудь более-менее прохладном месте. Только несколько рабов, обливающихся потом и в простых набедренных повязках, спешили исполнить поручения хозяев, да парочка одиноко бредущих девушек — нас.