Арилика Валентинова - Практикуйся, ведьма

— Чего тебе? — спросила я, потирая ушибленную макушку.

— Больно? — прошипел титан.

Меня хватило лишь на то, чтобы злобно сверкнуть глазами и попытаться встать. «Второй раз за одну неделю сознание теряю — позор!» — промелькнула мысль в голове.

— Дай сюда, — уже спокойно сказал Эдер и в его голосе послышались сочувствующие нотки.

Я удивлённо воззрилась на него, но сказать ничего не успела — мужчина рывком схватил меня рукой и близко прижал к себе, а ладонь левой руки положил на шишку. Я злобно засопела, пытаясь освободиться, но хватка у титана казалась металлической, правда все попытки вырваться прекратились сами собой, когда я почувствовала слабый холодок, протекающий сквозь пальцы Эдера и замораживающий боль… несколько секунд я просто сидела, прижавшись к его груди и могу руку дать на отсечение, мне это нравилось — словно маковичным настоем опоили.

В голову опять полезли нехорошие мысли, но все тут же были отогнаны холодным разумом.

— Может, отпустишь, а то создаётся впечатление, что тебе нежности женской не хватает… — прошипела я, пытаясь высвободиться. Эдер лишь снова злобно посмотрел на меня, но отпустил и даже ничего не сказал.

— Кстати, а почему ты здесь и где хранитель? — внутренне холодея спросила я, ожидая услышать, что титан услышав отказ, просто убьёт духа библиотеки.

— Я здесь, потому что ты теперь под моим контролем и обязана согласовывать свои планы со мной! — рявкнул Эдер.

Я скептически посмотрела на него — ну не умеет он играть из себя важного и злобного дядьку — мал ещё, а может практика плохая, но так или иначе — лучше всего могу я.

— Ты не посмеешь мне указывать что делать и как это делать, — спокойно произнесла я, тоном судьи, выносящим приговор.

— Ты не забыла, — усмехнулся Эдер, — Я твой муж!

У меня на секунду поплыло в глазах от такого хамства — словно пощёчину дали, но не успела я открыть рот, чтобы как следует просветить этого зарвавшегося шовиниста о его происхождении, как из-за стеллажа выскочила весёлая Вики и громко спросила:

— Кто чей муж? — Увидев меня и Эдера, девушка застыла с открытым ртом и…хитро улыбнулась:

— А вы всё воркуете голубчики!

Рррррррр! Убью гадину! Нет, заморожу! Или лучше сожгу её длинный язык.

Вики всё поняла по моим сверкающим яростью глазам, и тут же удалилась, нервно хихикая, я же перевела взгляд на улыбающегося титана. Этот нахал ещё смеет улыбаться, после того, как посмел поиздеваться надо мною, и теперь даже сестричка имеет повод «пошутить».

— Ну-ка спокойней, — серьёзно сказал Эдер и подал мне, валявшуюся у ног книгу — ту самую, что приложила меня по голове. — Сюда идут люди — похоже, твои друзья, думаю стоит показаться перед ними в положительном облике.

Этот гад ещё и шутить смеет? Но не успела я и рта раскрыть, как из-за угла стеллажа показалась группа моих друзей… Эвелина, Дарит, Жоарта, Малейр. Я тут же позабыла все свои обиды и кинулась навстречу друзьям — те в свою очередь тоже — результат — множество шишек и радостные объятия со всеми по очереди. О, забыла ещё злобное сопение Эдера недалеко — но это мелочи — так сказать бальзам на рану — особенно, когда кто-то из друзей отдавил ему ногу…

— Липа, что это? — воскликнуло что-то рядом в визгливой интонации. Я повернулась и обнаружила кисть своей руки, крепко зажатую в руках Эвелины, всё бы ничего, только рука-то левая, а подруга уже внимательно разглядывала изящный рисунок ярла…

В библиотеке повисла гнетущая тишина — парни смотрели на меня, так, словно я была виновата в войне Атлантии, подруги — Эвелина и Жоарта — просто недоумевали, а я молчала и молилась богам, чтобы Эдер не посмел вмешиваться. Но, похоже, за сегодняшний день я уже израсходовала весь запас удачи, дарованный богами, иначе не услышала бы за спиной тягучий и явно насмешливый голос титана:

— Олимпия, ты меня не познакомишь со своими друзьями?

Сердце бухнуло в груди куда-то в уровень пяток, а ладони странно вспотели — что я скажу друзьям, если ещё месяц назад отмахивалась от замужества и с упоением расписывала прелести одинокой жизни? Я посмотрела на лица друзей — они похоже меня поняли и…рады? Не может быть. Тогда почему так тепло и с пониманием улыбаются? Я не могла выговорить ни слова от нахлынувших эмоций и роя мыслей в голове, поэтому лишь хлопала глазами.

— Так почему же нас на свадьбу не позвала? — усмехнулась довольная Эвелина, поглаживая узор ярла. В её словах не было и доли упрёка — скорее искренне недоумение, приправленное радостью, у меня с груди, словно камень свалился.

— А вы спросите моего любимого, — ехидно сказала я и, улыбаясь своей самой милой улыбкой, повернулась к Эдеру — его лицо не выражало ровным счётом ничего, только глаза явно выдавали ярость, бушующую внутри. «Интересно, злость — это его постоянное состояние или наедине с собой он милый и добрый и только в моём присутствии чуть ли ядом не плюётся?» — промелькнула мысль в голове.

Всё оказалось намного хуже, чем я даже представить себе могла… Эдер щебетал без умолку, шутил и в глазах моих друзей плавно завоёвывал авторитет. Буквально через полчаса непринуждённой беседы я поняла, что учиться в школе на следующем курсе будет сложно, хотя бы оттого, что друзья завалят вопросами о том, почему я рассталась с таким «милым молодым человеком». О боги, дайте мне сил!

— А каким вы ветром здесь оказались, — наконец, спросила меня Эвелина.

Я пожала плечами, но ответила.

— Я пришла сюда, что бы найти кое-что. Ты же знаешь — информация — великая сила. А что вы тут делаете? — задала я ответный вопрос.

— Так мы поспорили с Жоартой поспорили с парнями, насчёт того, кто сможет произвести заклинание «Высшего огня». Поэтому и пришли сюда — ибо не знаем, какая для него нужна форма и сколько силы.

— Дарит, а где твой неугомонный братец? — наконец спросила я, ища глазами нашего общего друга и весьма колоритного члена компании.

Дарит пожал плечами и вновь принялся обсуждать политику Атлантии с Эдером.

— Макрос, кажется, флиртовал с симпатичной девушкой где- то в глубине библиотеки. — Подала голос Эвелина, слышавшая мой вопрос. Я кивнула и направилась искать свою сестрёнку, а заодно выглядывая Макроса, ведь зная его репутацию ловеласа, не сложно было догадаться, кто же эта «симпатичная девушка» — однозначно моя сестрёнка!

«А всё-таки мы разные» — подумала я, прохаживаясь между высоких стеллажей, в воздухе витал запах старой бумаги и пыль, что навевало воспоминания о днях, проведённых в библиотеке во время учёбы.